Карибская герилья. Крестовый поход против диктаторов - Дмитрий Костенко
На протяжении 1968–1969 гг. Артуро вновь бродил по тем местам, где действовала в начале 60-х его колонна, и пытался убедить старых знакомых вновь взяться за оружие. В 1968 году он обнародовал «Письмо соотечественникам», в котором заявил о необходимости возобновления вооруженной борьбы с целью уничтожения диктаторского режима — по его замыслу, вооруженное наступление следует начать в феврале 1968 года, когда Стресснер собирался в очередной раз «переизбраться» на пост президента.
Однако ситуация заметно изменилась: крестьяне были запуганы репрессиями, с одной стороны, а с другой — режим предпринял в партизанском районе определенные шаги, направленные на реализацию аграрной реформы. В годы отсутствия Артуро Лопеса в стране проводилась программа «колонизации» — интенсивного создания новых крестьянских хозяйств. Земельные участки продавались за символическую цену (иногда в несколько долларов) либо передавались новым владельцам в принудительном порядке. Поощрялась кооперация новых собственников, создание крупных агрокомпаний. На базе таких объединений возникло около ста новых поселений, некоторые из них разрослись в города. В итоге осуществления программы «колонизации» в Парагвае возникло около 200 тысяч новых сельскохозяйственных субъектов, и, хотя этот процесс сопровождался масштабной коррупцией, многие безземельные прежде крестьяне обзавелись собственными хозяйствами.
Таким образом, мотивов взяться за оружие у местных жителей стало куда меньше, чем в начале десятилетия. Потерпев неудачу в попытках возродить колонну, «Отважный Агапито» решает покинуть страну и вернуться в Аргентину, тем более что властям удалось арестовать практически всех находившихся в стране членов ЦК компартии Крейдта, а здоровье самого Артуро было окончательно подорвано. Человек, прежде проходивший босиком за день десятки километров, теперь едва передвигал ноги. Так как надежного «окна» на границе у него не было, Агапито Валиенте решается обратиться за помощью к двоюродному брату Бласу Кристальдо.
Существование такого неуловимого и ставшего легендарным партизана было самым серьезным вызовом для главного спеца по антипартизанской борьбе в Парагвае генерала Патрисо Кольмана. Он успешно разгромил все вторжения герильерос и не смог справиться лишь с колонной «Мариксаль Лопес», которая самораспустилась, так и оставшись непобежденной. Поимка Агапито Вали-енте стала для генерала-изувера навязчивой идеей. Он плотно взял в оборот всех родственников команданте СМЬ и, с одной стороны, запугиванием, а с другой — обещаниями золотых гор склонил их к сотрудничеству. Кузен Агапито к тому моменту был уже завербованным агентом.
Блас Кристальдо по наущению Кольмана убедил Артуро, что наиболее безопасным способом переправки в Аргентину станет поездка до границы в багажнике его машины, которая затем пересечет Парану на пароме. Тот согласился с планом и 17 мая 1970 года забрался в багажник машины своего кузена на шоссе на 66-м километре от столицы. Но на 35-й минуте поездки автомобиль свернул с дороги к посту, на котором его ждал Патрисио Кольман в окружении офицеров полиции.
Агапито, обладавший мощной интуицией, понял, что дело неладно. К лодыжке под брюками у него была прикреплена кобура с миниатюрным револьвером. И как только торжествующий Кольман открыл багажник, партизан успел дважды выстрелить ему в пах, до того как пули, выпущенные полицейскими, прошили его собственное тело. Будучи уже смертельно раненым, Артуро не переставал стрелять из своего дамского пистолета, что стоило жизни еще двум полицейским.
Последние два года своей жизни «эксперт по борьбе с партизанами» провел в мучениях. Его прооперировали, но он едва мог ходить. В конце концов Кольман умер в роскошной клинике в США, так и не дождавшись повторной операции…
Однако вернемся в конец весны 1960 года, когда FULNA готовил свое отдельное от «14 мая» вторжение из Аргентины в Парагвай.
24 мая 1960 года колонна «Мариксаль Лопес» провела рейд, призванный отвлечь внимание репрессивных органов от аргентинской границы, где готовилось вторжение колонны «Итоторо». В этот день отряд из 13 партизан, возглавляемый вторым команданте колонны Селсо Авалосом Окампосом, занял городок Бареро-Гранде, ныне переименованный в честь либерального президента, при котором Парагвай одержал победу в Чакской войне, Эусе-био Айала. Сам Агапито Валенте присутствовал в городе тайно, оставаясь в тени, и через связных давал команды своему заместителю. Бареро-Гранде был его родным городом, где многие знали его в лицо, и опытный подпольщик старался не привлекать внимания во время акции вооруженной пропаганды.
Вторжение произошло в тот момент, когда в городке проходил официальный митинг стронистского режима, посвященный открытию регионального турнира по футболу. На самом деле на митинг согнали сельских старост, командиров проправительственной сельской милиции, функционеров прорежимной части «Партии Колорадо».
Партизаны окружили собравшихся на митинг и под дулами винтовок зачитали им сельскую программу преобразований FULNA — распределение государственных земель и угодий прорежимных асьендадо между крестьянами, отмена одиозного «дорожного налога», который делал нерентабельными поездки в город для торговли на рынках, и аннулирование долгов по кредитам, выданным крестьянам Banco Agricola del Paraguay. После этого партизаны по указанию Агапито Валиенте, который был в курсе обстоятельств быта горожан, потребовали, чтобы местный ранчеро Альфонсо Гонсалелес (впрочем, не стро-нист, а фебрерист) передал им имеющуюся у него радиостанцию, после чего в организованном порядке покинули площадь, отступив на глазах изумленного «стронистского актива» по дороге, а затем через пампу в предгорья, где находилась их база.
Каратели прибыли в город лишь спустя полчаса после того, как последний партизан покинул площадь. Репрессии развернулись нешуточные: 300 подозреваемых в неблагонадежности крестьян из окрестных селений собрали в здании пункта связи Бареро-Гранде, муниципалитет Пирибебуй в представительстве правительства в Каакупе и допрашивали с пристрастием, пытаясь выведать сведения о дислокации партизан, а наиболее подозрительных затем отправили в военную тюрьму Ингави в Чако.
Рейд на Бареро-Гранде стал, пожалуй, самой удачной акцией вооруженной пропаганды за всю историю парагвайской герильи.
Колонна «Итороро» в составе 48 мужчин и 3 женщин-медсестер под командованием капитана Адольфо Авалоса Карисимо должна была двигаться тем же маршрутом, что и колонна «Либертад» М-14 от места переправы к горному хребту Ybytyruzu, чтобы оказать поддержку остаткам «катосерас» и связаться с другими колоннами «крестьянского фронта» FULNA. Помимо «Марискаль Лопес» во главе с Агапито Валиенте в Бареро-Гранде и Пирибе-буе, в Гуайре существовала спящая ячейка FULNA, состоявшая из производителей тростника и рабочих сахарных заводов, под руководством члена ЦК компартии, бывшего главного редактора центрального органа партии — газеты «Аделанте» Антонио Алонсо Рамиреса.
За несколько дней до того, как «Итороро» вошла на территорию Парагвая, городские ополченцы также задержали двух местных боевиков FULNA в окрестностях Ка-асапы и Вильяррики. В командном пункте генерала Коль-мана в Шараре комиссары полиции получили от партизан информацию, запытав одного из них до смерти. Военные добыли нужные