Оскар и Лев - Адам Барон

Нет.

Он ему улыбался.

– Приятно с тобой познакомиться, – сказал лев.

Когда Карлтон не ответил, лев нахмурился.

– Я сказал: «Приятно. С тобой. Познакомиться».

Но Карлтон снова ничего не ответил. Вместо этого, он отступил на пару шагов – назад, а потом в сторону, будто выполняя какой-то официальный танец.

А затем, словно папина куртка, соскользнувшая со спинки стула, медленно осел на пол.

– Ну и манеры! – пробормотал лев, удаляясь от дома по дорожке. Оскар с трудом за ним поспевал. – Всё чаще замечаю их отсутствие. Конечно, я понимаю: в наш современный век, но неужели так трудно поздороваться и спросить «Как поживаете?» Лев со вздохом оглянулся на Оскара. – Возможно, ты при случае напомнишь об этом своему другу.

– Вовсе он мне не друг, – буркнул Оскар. – Ему пришлось пригласить меня на день рождения, раз мы соседи. Он сам так сказал. Вообще-то он опять пригласил ме-ня, на следующей неделе, но что на этот раз…

Но лев уже не слушал. Он остановился в конце подъездной дорожки, вытряс мелкий гравий из лап и оглядел улицу.

Оскар тоже посмотрел сквозь деревья и кусты на простиравшийся за ними луг Блэкхита. Вдали ехали машины. А невдалеке бегун промчался мимо женщины в костюме, которая что-то писала в телефоне. Проехал велосипедист. Казалось бы – обыкновенное утро, но на самом деле нет. Родители. У Оскара снова защемило сердце: они исчезли. Их… больше нет. Вот именно. И визит к Карлтону ничего не изменил. Он по-прежнему не знал, что делать, и совсем было пал духом, но тут увидел такое, отчего замер на месте и ему стало ещё хуже. Мимо прошла мама с двумя детьми.

Она вела их в школу.

А кто отведёт его?

Оскар ещё ни разу не ходил в школу один. От одной мысли об этом у него засосало под ложечкой. Ему ведь придётся переходить дорогу (и не одну). А что, если встретятся собаки без поводков (он боялся собак)? Да и помнит ли он вообще дорогу?

Значит, придётся льву проводить его вместо родителей – другого выхода нет. Но сможет ли он? Такой огромный, выше Оскара, и такой длиннющий! И он всё-таки лев! Жители Блэкхита раскричатся, как ненормальные, или попадают на землю, как и Карлтон (которого Оскару теперь стало немного жаль).

Так что же ему делать?

Оскар собрался было спросить об этом льва, но ничего не вышло – обернувшись, он увидел, что лев исчез.

Ну и ну!

Оскар рассердился. Только что лев сам сетовал на плохие манеры, а теперь вот взял и бросил его одного. Оскар вздохнул и хотел уже отправиться на поиски льва, чтобы сделать тому выговор, но тут знакомый голос проворчал:

– Осторожнее!

Оскар мигом обернулся. Раз. И ещё. Он собирался повернуться и в третий раз, но тут тот же самый голос сказал:

– Да посмотри же вниз! И поосторожнее, а не то меня раздавишь.

У своих ног Оскар увидел большого блестящего жука.

Такого же величественного, как и лев, но только на свой размер. Оскар присел на корточки, чтобы рассмотреть его. Тело у жука было чёрное и гладкое, а по бокам торчало по три лапы. Мощная голова – темнее, чем тело – выглядела весьма грозно, но не столь угрожающе, как два рыжих рога, похожих на огромные челюсти величиной почти со всего остального жука.

Оскар посмотрел на жука и уже собрался продолжить поиски, как вдруг его осенило.

– Да, – сказал лев, – я могу превращаться.

– Ты можешь…?

– На время. Превращаться в кого-нибудь ещё, – объяснил лев и пошевелил рогами. – А теперь будь хорошим мальчиком и подними меня. Ты спрашивал, люблю ли я птиц. Эти зяблики совершенно безобидные, но вот вороны – другое дело, а на этом лугу их видимо-невидимо. Пойдём отсюда!

Оскар сперва зажмурился, но потом протянул руку.

Если в школу тебя провожает жук-олень (который на самом деле лев), тебе, ясное дело, будет немного не по себе, но Оскар постепенно привык.

Жук-лев в его правой руке так щекотался, что пришлось попросить его не слишком шевелить рогами. Жук поуспокоился, но всё равно странно было слышать, как он говорит зычным звериным рыком. Голос у льва не изменился, в отличие от тела, но теперь, казалось, звучал прямо у мальчика в голове.

Но Оскар и к этому привык. Скоро он присоединился к родителям и детям, которые шагали гуськом по направлению к школе и как раз завернули за здание вокзала. Оскар было обрадовался: так он без труда доберётся до школы, но тут заметил, что одна женщина внимательно на него смотрит. Мама Джулии. Оскар быстро сообразил: ей кажется, будто он идёт один.

– Пока, папа! – крикнул он, обернувшись к проносившимся по дороге автомобилям.

Мама Джулии кивнула и улыбнулась, и Оскар зашагал дальше. Но вскоре ему снова пришлось остановиться, к горлу подступил комок: он понял, что сделал вид, будто кричал «до свидания» кому-то из своих родителей. Вот бы так и было на самом деле! Но их нет. И бабушки тоже.

Входя в школьные ворота, он горько вздохнул, и у него защипало глаза от слёз. Возможно, он и расплакался бы, если бы мистер Паркер ни сказал, щёлкнув пальцами:

– Поторопись, Оскар.

На этот раз строгий тон учителя его даже порадовал.

Через две минуты он был уже наверху в своём классе, вокруг валялись портфели, стулья были выдвинуты. Он снял куртку и, сев за парту, прошептал в сжатую ладонь:

– Куда мне тебя деть?

– В коробку от футбольных карточек.

У Оскара и правда лежали в рюкзаке такие карточки (вот только откуда лев об этом узнал?). Он высыпал карточки с футболистами, и жук забрался в пустую коробку.

– Что станешь делать?

– Посплю, – ответил жук-лев. – Отдохну после утренних хлопот.

Его рога раздвинулись, словно жук зевнул. Оскар убрал коробку в рюкзак.

– Оскар, смотри, пожалуйста, на доску, – сказал мистер Паркер.

И начался обычный школьный день. Сначала они писали (предложения, начинающиеся с наречий). Потом считали (числовые пирамиды). Оскар пересел за другую парту, чтобы быть рядом с Джулией, это её мама тревожилась о нём по пути в школу.

Когда прозвенел звонок, Оскар заглянул в рюкзак, но в коробке из-под карточек вроде было тихо. Перемена прошла нормально, если не считать того, что Оскар на полной скорости чуть не врезался в Карлтона, который гнался за футбольным мячом. Карлтон затормозил, уставился на Оскара