Thornbird - Эль Кеннеди

Чейз наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже.

— А где ты хочешь быть, Райан?

Я не знаю ответа на этот вопрос. Всё, что я знаю, — прошло много времени с тех пор, как я встречала парня, от которого у меня так бешено колотится сердце.

Поэтому я делаю абсолютно неправильную вещь.

Я облизываю губы.

Он замечает. Конечно, замечает. Мы в нескольких сантиметрах друг от друга.

Он изучает меня, будто решает, какую часть меня хочет поглотить первой. Это тот же взгляд, который он бросил на Софию сегодня вечером. Возможно, он переспал с сотнями девушек, и я просто очередная в списке. Но когда он протягивает руку и убирает прядь мокрых волос с моего плеча, его взгляд ищет мой, мне всё равно.

— Чейз...

— Ммм?

Этот простой звук, едва заметный вздох, зажигает между нами электричество. Я чувствую, как мозоли на его пальцах царапают моё голое плечо. Моё сердце колотится от предвкушения. Я снова облизываю губы, и он снова сосредотачивается на этом жесте. Его серебристые глаза горят от желания.

Это действительно происходит.

И я хочу этого.

Он пододвигается ещё ближе, его губы приближаются к моим, а затем он зависает, давая мне секунду сказать «нет».

— Просто поцелуй меня, — шепчу я.

Рот Чейза находит мой. Его губы тёплые и неторопливые, он даёт мне пространство, чтобы отстраниться, если я захочу. Но я не хочу. Я проскальзываю языком в его рот и наслаждаюсь звуком, который он издаёт.

Я уже поняла, что он целуется совсем не так, как Эверетт. Он более голодный. Более настойчивый. И это хорошо. Очень хорошо. Мне мало. Я целую его сильнее, глубже, желая, чтобы он был в моей крови. Моё сердце бешено колотится от ощущения его обнажённой груди под моими ладонями, его рук, запутавшихся в моих волосах.

Когда он прерывает поцелуй, мы оба задыхаемся. Мы смотрим друг на друга, притяжение настолько магнетическое, что я клянусь, вижу искры электричества между нами.

Нам не нужно говорить ни слова. Мы идеально синхронизированы в этом.

Опуская голову ниже, он целует мою шею. Он трётся носом о моё горло и слегка покусывает мочку уха, затем засовывает руку внутрь моего полотенца в тот же момент, когда снова целует меня.

Раньше я не знала ответа на его вопрос.

Теперь я знаю.

Я хочу быть здесь.

Впервые с тех пор, как я приехала в Теннесси, я чувствую, что я в правильном месте.

Даже если это сложно

Я просыпаюсь от первых лучей солнца, пробивающихся сквозь жалюзи.

Утро, думаю я, переворачиваясь и готовясь снова заснуть. Но прежде чем я это делаю, я чувствую, как край матраса прогибается от чьего — то веса. Кто — то садится. Жасмин, думаю я.

Она наклоняется надо мной.

— Эй. Моя мама скоро вернётся.

Но голос не Жасмин.

Это Чейз.

Странно. Что Чейз Хедлунд делает в моей комнате? Должно быть, он мне снится.

Я приоткрываю один глаз и вижу тёмно — синюю стену, которая совсем не похожа на белую спальню Жасмин. Чейз сидит на краю кровати, спиной ко мне, натягивая джинсы. Моя стопка сухой одежды лежит рядом с ним.

Уже утро. И я в постели Чейза.

Уже утро, и я в постели Чейза!

Я вскакиваю и понимаю, что на мне ничего нет. Боже мой. Рванув вперёд, я хватаю свою одежду, прикрываясь ею от него. Мы, должно быть, уснули после того, как переместились в его спальню. Тогда, между поцелуями, я помню, как думала, что никогда не усну, потому что не думала, что когда — нибудь насыщусь им.

Он оглядывается на меня, и я визжу, натягивая нижнее бельё. Его губы изгибаются в усмешке, я забираюсь под одеяло и пытаюсь одеться там. Когда я надеваю большую часть одежды и сбрасываю одеяло, мой цветочный топ оказывается надетым задом наперёд. Чёрт.

Он наблюдает, как я пытаюсь перекрутить его, не снимая, наслаждаясь представлением. Я хмурюсь на него, пальцами расчёсывая колтун на голове. Я, наверное, выгляжу как кошмар.

— Зачем ты дал мне уснуть? У меня будут большие проблемы!

— М — м — м, — говорит он. Конечно, ему все равно. Поиск проблем — его любимое занятие.

Я хватаю телефон и нахожу около пятидесяти сообщений — от Коннора, Жасмин, Эверетта, Мэгги, Дэна и даже от отца Эверетта. Все они задают разные версии одного и того же вопроса — где ты?

Единственное спасение в том, что Мар нет в этом списке, значит, я могу использовать её как алиби, если она разрешит. Я уже печатаю просьбу, когда бегу в прихожую в поисках обуви.

Я: SOS. Я случайно не ночевала дома, и мне нужно алиби. Могу я сказать, что была у тебя?

Несмотря на ранний час, она все же отвечает, и я испытываю облегчение.

Мар: Без проблем. Но позже я жду все подробности. И я имею в виду ВСЕ ПОДРОБНОСТИ. Или я тебя сдам.

Я: Договорились.

Я со стоном засовываю телефон в карман.

— Это ужасно.

Чейз встаёт перед дверью, преграждая мне путь. Его голос звучит хрипло, когда он спрашивает:

— Ты жалеешь о том, что случилось прошлой ночью?

После долгой паузы я качаю головой.

— Нет.

Один уголок его губ приподнимается.

— Я тоже.

Сжав губы, я заставляю себя не позволить глупой улыбке появиться на лице.

— Мне всё равно нужно идти.

Я кладу руки ему на грудь, пытаясь оттолкнуть его, но он обхватывает меня за талию и притягивает к себе. Я пытаюсь сопротивляться, но стоит мне взглянуть на него, как я сдаюсь и улыбаюсь, когда он меня целует.

Всё, что находится за этими дверями, — полный хаос. Хотела бы я остаться здесь навсегда. Но рано или поздно мне придётся столкнуться с реальностью, потому что настоящий мир всегда вторгается. Мы с Чейзом, возможно, и не жалеем о том, что сделали, но это не отменяет того факта, что мы оба предали Эверетта.

С этой мыслью в голове я наконец вырываюсь. Он отвозит меня домой, высаживая в конце подъездной дорожки. Когда я бегу к дому Шипли, реальность обрушивается на меня.

Внутри я застаю Мэгги за телефонным разговором и моего дядю, который