Делиться всем - Арно Штробель
ГЛАВА 17
Она зажмуривается от яркого света — вспышка смартфона дважды коротко мигает, потом горит чуть дольше.
Что вы делаете? — хочет она крикнуть фигуре в комбинезоне, но кляп во рту превращает слова в «М-ммм-ммм-ммммм». Да и так всё ясно. Этот тип фотографирует её с задранной футболкой. Снимает в лифчике.
Пожалуйста, не надо. — М-мм-мммм.
Как будто это произведёт впечатление на похитителя — даже если бы он её понял.
Она снова открывает глаза и смотрит на мужчину, который неподвижно стоит перед ней и пялится сквозь узкую прорезь в маске. Этот взгляд для неё почти хуже всего остального. Эта неизвестность — зачем её похитили и что её ждёт. И снова ей кажется, что в похитителе что-то изменилось по сравнению с тем, каким он был дома, когда вытаскивал её из комнаты.
Внезапно мужчина приходит в движение. В два шага оказывается рядом, одёргивает на Леони футболку — и вдруг в руке у него нож. Подносит лезвие так близко к её лицу, что остриё касается щеки, и она начинает скулить сквозь кляп.
Нож исчезает из поля зрения, через мгновение она чувствует резкие рывки у запястий. Несколько секунд — и руки свободны.
В ней вспыхивает надежда. Это всё? Дело только в фото, и…
Додумать она не успевает — остриё болезненно упирается в горло. Снова лишь несколько секунд, но достаточно, чтобы понять: шевелиться нельзя.
Следом он освобождает ноги — тоже примотаны к стулу несколькими слоями скотча. Всё происходит в почти призрачной тишине, которую нарушает лишь хрустящий звук разрезаемой ленты.
Потом она свободна.
Мужчина делает шаг назад и смотрит на неё. Леони всё ещё ощущает укол остриём ножа.
Кивком велит встать. Она упирается руками, поднимается, но ноги тут же подгибаются, и она оседает обратно на стул. Только со второй попытки удаётся устоять.
Похититель ещё мгновение наблюдает, потом двигается с места. Обходит её, хватает за запястья и заводит руки назад. Снова хрустящий звук — и руки связаны за спиной.
Покончив с этим, хватает её за локоть, толкает вперёд и кивает на дверь, одновременно поднимая нож — безмолвная угроза.
Она понимает. Не сводя испуганного взгляда с похитителя, трогается с места. За спиной — его шаги.
Они выходят из комнаты и оказываются в обшарпанном подъезде — таком тёмном, что она едва различает ступени: слева ведут наверх, справа — вниз. Лишь грязное окно на правой стене пропускает немного света сквозь слой грязи.
Она оглядывается — мужчина по-прежнему стоит позади и указывает ножом вниз. В сумраке его силуэт — не более чем тёмное плоское пятно, словно злой демон из другого мира.
Отворачивается, смотрит на лестницу. Чутьё подсказывает, что они на втором или третьем этаже, хотя обосновать это она бы не смогла.
Неужели сейчас — на свободу?
Со сдержанной надеждой, что кошмар скоро закончится, ставит ногу на ступеньку.
Двадцать две ступени спустя взгляд упирается в двустворчатую дверь — она перекосилась на петлях, но всё равно заперта. Маленькие стеклянные вставки в верхней части пропускают не больше света, чем окно выше в подъезде.
Она уверена: это выход на улицу.
Ответ приходит в следующую секунду — грубая рука хватает за плечо и толкает мимо двери, к следующему пролёту.
Вниз.
В подвал.
На площадке она замирает, тело деревенеет и инстинктивно сопротивляется хватке.
Взгляд устремлён вниз.
Первые восемь-десять ступеней ещё можно разглядеть, дальше — кромешная тьма.
Остриё ножа болезненно вонзается сзади в шею — и она делает первый шаг.
Её трясёт так сильно, что зубы стучат.
Никогда в жизни ей не было так страшно.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 18
— Я не хотел вас напугать, — сказал старик. — Не подскажете, я ищу семью…
— Нет, — выпалил Маркус, резко развернулся и бросился бежать.
— Стойте! — крикнул кто-то за спиной, но Маркусу было плевать. Марафонец, он привык распределять силы так, чтобы хватило на все сорок с лишним километров. Сейчас он выжал из мышц всё, чтобы бежать как можно быстрее.
Вскоре он приблизился к дому Сары.
— Стоять!
Маркус снова услышал голос, но не мог понять, увеличил ли отрыв или тот полицейский, что помоложе, наоборот, сократил дистанцию.
Только бы не стреляли, — мелькнуло в голове, и тут из-за куста появился Юсс и растерянно уставился сначала на него, потом на преследователей.
Маркус почти поравнялся с ним и подавил порыв подбежать, попытаться удрать вместе на мотоцикле. Слишком долго — полицейские настигнут их раньше, чем оба усядутся. К тому же Юсс стоял рядом с машиной как вкопанный и смотрел на него через улицу.
В следующий миг Маркус пробежал мимо и сосредоточился на том, как оторваться.
Взгляд метался в панике — узкий проход между домами, тропинка вдоль участка, хоть что-нибудь достаточно запутанное, чтобы дать преимущество. Безнадёжно. Да, он опытный бегун и на длинной дистанции, скорее всего, быстрее преследователей, но рано или поздно тем придёт подкрепление. И тогда конец.
Именно это и случилось — не прошло и десяти секунд.
До перекрёстка оставалось метров сто пятьдесят, когда из-за угла вывернули ещё двое. На миг замерли, оценивая ситуацию. Потом побежали — прямо на него.
Всё! — пронеслось в голове. Конец.
Бежать некуда. Погоня окончена.
— Сдавайтесь! — прохрипел сзади один из преследователей, задыхаясь.
Маркус притормозил, оглянулся. Отрыв он увеличил, но теперь это ничего не даст. И всё же снова рванул с места, выскочил на проезжую часть, уворачиваясь от бегущих навстречу.
До них оставалось метров шестьдесят-семьдесят, и они быстро приближались, когда громкий рёв и огромная тень прямо рядом так напугали Маркуса, что он чуть не споткнулся.
— Давай, прыгай! — крикнул Юсс, резко затормозив перед ним.
Маркус действовал инстинктивно — отчаяние вело его. Перекинул ногу через заднее сиденье и алюминиевые кофры, вцепился в куртку Юсса — и мотоцикл рванул вперёд с такой силой, что в следующую секунду пронёсся впритирку к одному из полицейских, и его вытянутая рука болезненно ударила Маркуса по плечу.
Юсс газанул так, что мотор взревел, а потом заложил такой крутой вираж, что Маркус едва не слетел.
Две минуты они неслись по улицам на бешеной скорости, Маркус судорожно вцепился Юссу в бёдра — и наконец тот сбросил газ.
— Блин, еле ушли, — сказал Юсс, качая головой, словно сам не верил в то, что только