Черная дама - Андреас Грубер

— Я из Майдлинга. Так заметно?

— Ещё как. Почему вы смеётесь?

— Ничего. Просто вы мне нравитесь.

К лицу прилило тепло. Он явно поступал не так, как советовал Димитри. Более того, здравый смысл подсказывал: надо убираться отсюда как можно скорее, пока он не оказался с пулей в голове на дне Влтавы.

Обвинить Короля Праги в убийстве — одно дело. Заигрывать с его девушкой — совсем другое.

— Спасибо за комплимент.

Похоже, ей тоже стало неловко: на секунду она отвела взгляд.

— Так откуда у вас такой хороший немецкий? — не отставал он.

— Мой бывший начальник жил в Вене. Я работала переводчицей, переводила договоры. Ваше произношение напоминает мне его.

Она помолчала.

— У вас есть планы на сегодняшний вечер? Можно пригласить вас на ужин?

— Простите?

Хогарт решил, что ослышался. Невольно он бросил взгляд на часового с рацией.

— Не смотрите так. Это всего лишь ужин. Я не кусаюсь. Я приготовлю еду, а вы расскажете мне что-нибудь о Вене. Я слышала, в зоопарке есть две китайские панды. Это правда?

Хогарт кивнул.

— Отлично. Тогда в восемь? Я живу на острове Кампа. Если спуститься с Карлова моста — последний дом слева. Не ошибётесь: дом на сваях, наполовину в воде, с настилом вокруг. Dobry den… И до вечера держитесь подальше от Димитри. Даже если он бьёт как девчонка.

Он смотрел ей вслед, пока она уходила. Он всё ещё не мог в это поверить. Эта женщина действительно пригласила его к себе домой. В последний раз такое случалось с ним двадцать пять лет назад. Тогда он ещё ходил в школу, и Ева, самая красивая девочка в классе, захотела с ним познакомиться.

Хогарт спрашивал себя, что нужно от него Ивоне. Возможно, это ловушка Владимира Греко. Но это ему предстояло выяснить самому. Может быть, заодно он узнает больше о Греко. Как бы там ни было, он уже сейчас знал: Ивону он забудет не скоро.

Но сначала ему надо было выяснить побольше о двух пандах.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 3

Уже смеркалось, когда Хогарт оставил машину у Карлова моста. Уличные фонари разливали желтый отсвет по влажной от тумана брусчатке. Вечер выдался заметно холоднее вчерашнего — почти морозный.

Подняв воротник пальто, Хогарт направился к мосту. С каменной балюстрады другие мосты ниже по течению Влтавы казались круглыми арками, горбато поднимающимися из воды. Плавучие отели у берега наполовину терялись в тумане и дрейфовали по водной глади, словно блуждающие огни.

В боковых рукавах Влтавы тоже покачивались огоньки: очевидно, ночные прогулочные лодки, билеты на которые продавали в многочисленных деревянных будках перед мостами.

Насколько Хогарт успел понять Ивону — женщину самостоятельную, эмансипированную, — букет цветов вряд ли произвел бы на нее впечатление. Хороший коньяк она оценила бы скорее. Поэтому он купил бутылку Château la Montanage и двух маленьких плюшевых панд.

Перейдя Влтаву, он на другой стороне Карлова моста спустился по мраморной лестнице. Поднимавшаяся от воды пелена тумана почти наглухо окутывала полуостров Кампа.

Этот клочок земли между рекой и Чертовкой, как назывался естественный боковой рукав Влтавы, был всего лишь узким, обособленным городским уголком, окруженным водой, старыми жилыми домами и корявыми деревьями.

Чем дальше Хогарт шел по дорожке, тем холоднее и темнее становилось вокруг. Изогнутые ветви кое-где свисали в воду и в свете редких фонарей отбрасывали длинные тени на протоку. Мостики, шириной не больше пешеходной тропы, вели на другой берег. Из-под темных мостовых арок местами выступали носы гребных лодок.

Днем полуостров, должно быть, был очаровательным местом, которое не зря называли пражской Венецией. Но ночью он выглядел мрачно и неприветливо. Хогарта сопровождали лишь гулкое плесканье лопастного колеса и эхо собственных шагов.

Впрочем, слышал он и еще кое-что: чужие шаги — медленные, шаркающие, будто кто-то волочил за собой хромую ногу. И вдруг Хогарт понял, что именно его тревожило: с той минуты, как он ступил на полуостров, у него не проходило чувство, что за ним наблюдают.

Он остановился, чтобы прикурить. На другом берегу Чертовки брел какой-то потрепанный юнец. Рваная пуховая куртка поверх серого свитера, капюшон низко натянут на лицо.

Когда парень, прихрамывая, вышел из тени деревьев в свет фонаря, Хогарт заметил блеск очков в стальной оправе. Похоже, этот тип все-таки не был опустившимся бродягой. Возможно, люди Греко уже сели ему на хвост. А может, его трюк с визиткой начал приносить первые плоды.

Хогарт медленно пошел дальше и докуривал сигарету, когда мнимый бродяга нырнул под арку ворот и исчез во внутреннем дворе.

Как вообще можно жить в таком месте?

Хогарт уже решил было, что стал жертвой дурной шутки Ивоны Маркович, когда в конце ряда домов из темноты действительно проступил дом на сваях. Прямо перед ним тротуар обрывался. Как Ивона и описывала, через воду тянулись деревянные мостки, огибавшие дом.

Жилищу из просмоленных досок наверняка было лет пятьдесят, а то и шестьдесят. Под карнизом грубо, кое-как тянулся электрический провод. Из трубы поднимался дым, в окнах горел свет. Сам Хогарт ни за что в жизни не забрел бы в этот закоулок города.

Когда он ступил на скрипучие мостки, входная дверь открылась. На пороге появился крепкий высокий мужчина с бородкой и наголо выбритой головой. На нем было распахнутое тяжелое кожаное пальто, под ним — майка в рубчик. Через плечо перекинута спортивная сумка.

Великан был лет на десять с лишним моложе Хогарта. По фигуре сразу угадывалось: каждый день он проводит по несколько часов в тренажерном зале. А по взгляду Хогарт понял другое: этот человек вырос на улице.

Здоровяк обнял Ивону и поцеловал ее в щеку. Потом прошел мимо Хогарта, не удостоив его ни единым взглядом.

От мужчины пахло эвкалиптом — запах совершенно не вязался с этим типом, который удалялся тяжелой поступью в кожаных сапогах, звякая металлическими подковками.

Ивона стояла, прислонившись к дверному косяку. На ней были серые спортивные штаны и черная водолазка; волосы собраны в хвост. Она высунула нос наружу.

— Пока погода еще держится, но в ближайшие дни все переменится. По радио обещают дождь и холод. — Она улыбнулась. — Не думала, что вы найдете дорогу.

— Я слишком рано? — Ничего умнее ему в голову не пришло.

— Глупости. Заходите.

Хогарт вошел в дом. Внутри доски были такими же темными, но толстый ковер и несколько ламп с