Свидание с Ангелом Смерти - Екатерина Владимировна Новак

— Ох, Пресвятая Мадонна! — Мишель не на шутку разозлилась.

Она знала, стоит ей повернуть голову, и ее лицо снова окажется слишком близко от его, поэтому Ринальди продолжала говорить, пялясь на значок автомобиля.

— Все ты понимаешь! Не мальчик, в конце концов! Не заставляй меня объясняться! Это нечестно!

Сабантини усмехнулся, положил ладонь правой руки на щеку Мишель и настойчиво развернул ее лицо так, чтобы она смотрела прямо на него. Ринальди хотела отвернуться, но не успела. Сабантини придвинулся к ней еще ближе и быстро поцеловал в губы. Миша зависла на минуту, потом, неожиданно для себя, густо покраснела, судорожно вздохнула и снова развернулась так, что Тадео увидел лишь ее профиль.

— Вот и объяснились… — с тихим неестественным смешком произнесла она, а потом отвернулась к окну своей дверцы.

Она подушечками пальцев коснулась щеки — казалось, та горит от его недавнего прикосновения — и от чего-то заплакала.

— Тадео, скажи мне, у тебя кто-то есть?

— Да, — уверенно заявил Сабантини, — теперь есть ты.

Робин вышел из подъезда ближе к вечеру. За это время было еще несколько поцелуев, объяснений, планов. Потом позвонил Горак и сообщил, что успел исключить несколько подозреваемых. Потом Саша, но ни Сабантини, ни Мишель не приняли ее звонка. Затем и Джо осведомилась, не нашли ли они чего. В ответ услышала: заняты, ждем.

Мишель лежала на плече Сабантини и вдруг встрепенулась и снова спряталась под рулем. Тадео тоже заметил их подозреваемого, которого отнюдь таким не считал, но последовал вслед за Ринальди.

Они дождались, пока Робин сядет в машину и уедет, и потом пошли к подъезду его дома. Прошли внутрь, поднялись на нужный этаж и встали у двери в его квартиру.

— Надо было одному из нас остаться внизу, — прошептал инспектор. — Робин может вернуться в любой момент.

— Так спускайся, — подмигнула Ринальди. — Сам же знаешь, не в моем характере стоять на шухере.

Сабантини тяжело вздохнул.

— Ну и?

— Ой, только не ругайся, ладно? — попросила девушка, достала свои отмычки и быстрым движением открыла замок.

— Ого! — удивился Сабантини.

Миша виновато пожала плечами. Они юркнули в квартиру, закрыли за собой дверь и остановились на пороге. На улице уже стемнело, и Сабантини решился включить свет.

Квартира Робина была небольшой, аскетичной: недорогая мебель и дешевая одежда на вешалках. Никто бы по ней не сказал, что этому человеку оставили неплохое наследство.

Мишель, в отличие от Сабантини, сразу приступила к работе. Она открыла шкафы, заглянула под кровать, потом проверила холодильник, фыркнула, обратив внимание на то, что питается Робин непотребно, и пошла дальше по квартире.

Тадео старался ничего лишнего не касаться, все проверял взглядом. Из гостиной прошел в спальню, потом тоже на кухню. Он вполне ожидал, что они ничего не найдут, и поэтому не сильно усердствовал. Мишель заметила это и взбрыкнула.

— Ты на задании или как? Чего ходишь из угла в угол?

— Да нет тут ничего.

— Не знаю… не знаю. Я нутром чую, что-то должно быть.

На рабочем столе подозреваемого лежала куча бумаг. Сабантини кончиками пальцев перебрал их. И остановился как вкопанный.

— Странно… очень странно.

— Что там? — Мишель подбежала и сразу поняла, о чем речь.

Среди бумаг, относящихся к фонду «Живая вода», нашлось пару вырезок из газет на чешском, английском, немецком и даже итальянском языке. Все о людях. Червинков, ди Конте, какой-то яхтсмен и еще несколько людей. Почти все они были ныне почившими самоубийцами.

— Это он! Явно же он!

— Либо ведет собственное расследование, — предположил Сабантини. — Как видишь, одежду Ангела мы пока не нашли.

Тут под его ногой скрипнула половица. На этот раз предчувствие появилось и у него. Он быстро откинул дешевенький ковер и прощупал дощатый пол. Одна из досок сидела не вплотную, и Сабантини поддел ее ногтем. Она легко поддалась. Их взору открылась довольно приличная ниша. Мишель не смогла стерпеть и сунула руку внутрь, поводила ею, совсем не по-женски присвистнула и стала тянуть на себя черное одеяние. Через несколько секунд вытащила длинный плащ с капюшоном. Один в один, как на афише.

— Боже мой! — охнула она.

— Преступник найден! — воскликнул вслед за ней Сабантини.

Он поспешно набрал номер Горака. И тут дверь в комнату распахнулась. Мишель взвизгнула от неожиданности. В проеме появился Робин. Совсем немного времени ему понадобилось, чтобы оценить ситуацию, а потом рвануть прочь. Мишель бросилась за ним. Сабантини схватил ее за руку, отдал ей телефон, приказал все рассказать Гораку и оставаться здесь, а сам убежал вслед за преступником.

Он за несколько минут слетел вниз по лестничным проходам, услышал топот впереди и скрип входной двери. Вылетел на улицу, лишь краем глаза успел увидеть, как Робин скрылся в одном из переулков, и помчался за ним. Завернул за угол и ощутил сильный удар по голове кулаком, перед глазами закружилось. Он пошатнулся. Когда пришел в себя, в проулке уже никого не было. Сабантини побежал вперед, теперь более осмотрительно, чем раньше. В самом конце проулок пересекался еще с двумя. Везде тишина. Ни топота, ни дыхания. Стало очевидно, что преступник упущен.

Потирая темя, Сабантини ругался всеми известными ему итальянскими словами, как последний сапожник. Потом вспомнил про Мишель, испугался, что Робин мог вернуться, и она окажется в опасности. Быстрым шагом Сабантини пошел назад. Забежал в подъезд, взлетел по лестнице, зашел в квартиру и чуть не получил снова по голове чем-то более увесистым, чем кулак. На этот раз успел увернуться и увидел перед собой маленькую Мишель с огромным томом какой-то книги.

— А… это ты, — бросила она. — А что Робин?

— Смылся. Гораку позвонила?

— Да. Они едут сюда.

Мишель и Тадео дождались приезда полиции. Они рассказали Гораку все, что знали сами. Тот, конечно, пожурил их за проникновение со взломом, но обещал прикрыть. Его коллеги опечатали квартиру и собрали улики. Доказательств хватало, осталось только найти самого преступника. Горак сокрушался над тем, что Сабантини упустил его, но был благодарен. Он отправил наводку во все участки