Призрачный амбар - Джон Вердон
Если это и был настоящий вопрос, Гурни решил его проигнорировать.
Ранзак улыбнулся. — Рад был с вами познакомиться, мистер Гурни. Но по-прежнему не понимаю, почему человек вашего ума захотел связаться с настолько опасным и неуравновешенным типом, как Стюарт Уилмот.
Если это была последняя попытка спровоцировать Гурни, она не удалась. Оба встали из-за стола, и Ранзак повёл его к выходу из зимнего сада.
Они прошли половину мраморной прихожей, когда из комнаты видеонаблюдения вышел мужчина. Одет он был как завсегдатай престижного загородного клуба — тёмно-синий блейзер, жёлтая рубашка поло, светло-зелёные брюки, мокасины на босу ногу. Но в его тёмных глазах было что-то дикое, звериное.
— Дэвид, — произнёс Ранзак, изобразив холодное подобие улыбки и впервые назвав Гурни по имени, — вы знакомы с Харланом Стоуном?
— Нет.
— Харлан — один из моих незаменимых людей.
Гурни окинул мужчину взглядом. — Любопытная должность. Чем конкретно вы занимаетесь?
Стоун никак не показал, что услышал вопрос.
Ранзак продолжал улыбаться. — Харлан занимается понемногу всем, главным образом вопросами безопасности. Теперь это всё важнее: кругом столько враждебности.
Гурни с любопытством посмотрел на Стоуна, словно ему только что пришла в голову мысль. — Недавно я слышал фамилию Стоун в связи с группой под названием «Братство». Это случайно не вы?
— Может быть, — ровно и негромко сказал Стоун.
— А что за организация это «Братство»?
— Общественная польза. Поддержание порядка. Добрые дела.
— Звучит достойно.
— Да.
— Наверное, сейчас непросто поддерживать порядок.
Стоун промолчал. Если бы взглядом можно было убить, Гурни упал бы замертво.
Гурни ответил ему таким же пристальным взглядом, добавив едва заметную усмешку. Через секунду он увидел, как в тёмных глазах Стоуна вспыхнула ненависть: тот понял, что над ним насмехаются.
Гурни поблагодарил Ранзака за угощение и сказал, что уверен: они ещё встретятся.
Гурни надеялся, что его вызывающий уход из поместья Ранзака спровоцирует реакцию, которая многое прояснит. В ожидании того, как она проявится, он отправился переночевать в домик в Адирондакских горах.
Разведя небольшой огонь в огромном каменном камине и сварив столь необходимый ему кофе, он по привычке осмотрел дом и участок, наколол несколько десятков поленьев и целый час безрезультатно пересматривал запись своего разговора с Фрэнки Даласио. Ему хотелось снова позвонить Стоуни Бёрку, но он понимал, что новый нажим скорее раздосадует того, чем побудит действовать. Поэтому Гурни решил отложить звонок, пока у него не будет новой информации.
Под вечер он сложил наколотые поленья в поленницу и приготовил себе ужин, больше похожий на завтрак: яичницу-болтунью из трёх яиц, четыре ломтика бекона и два тоста.
Перед сном проверил замки на окнах и дверях, убедился, что перед тлеющими углями установлен защитный экран, и положил заряженную «Беретту» на столик у кровати.
Утром он упаковал в чемодан несколько комплектов сменной одежды, ветровку, дождевик, резиновые сапоги, ноутбук и запасной магазин к «Беретте». Выпив две чашки крепкого кофе, отправился обратно в Гладстон.
Весеннее утро было ослепительно прекрасным. После ночного дождя зелёные склоны холмов блестели на солнце, а небо сияло пронзительной синевой. Белые фермерские дома и красные амбары, пасущиеся на лугах чёрные абердин-ангусские коровы, вездесущие велосипедисты в жёлтой обтягивающей спортивной одежде — всё вокруг напоминало открытку с мирным пасторальным пейзажем.
Но на подъезде к Гладстону его грубо вернула к другой действительности череда рекламных щитов, будто перекрикивавших друг друга:
УИЛМОТ — ЭТО БОЛОТА, ЗМЕИ, НАСЕКОМЫЕ, НИЩЕТА, НАРКОТИКИ, ПРЕСТУПНОСТЬ
РАНЗАК СОБИРАЕТСЯ ПУСТИТЬ ПОД БУЛЬДОЗЕР НАШИ ЛУГА, НАШИ ЛЕСА, НАШИ РУЧЬИ, НАШ ОБРАЗ ЖИЗНИ
УИЛМОТ = ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КРАХ
РАНЗАК = ОТРАВЛЕННАЯ ВОДА
Когда он свернул на затенённую стоянку перед «Трёхцветным котом», телефон пискнул: пришло сообщение от Уилмота. «Сегодня в полдень Джордж Страм из „Трай-Каунти стар“ берёт интервью у Ранзака. Прямая трансляция на сайте газеты. Рекламируют как „Бескомпромиссный предвыборный спецвыпуск“. Надеюсь, посмотрите. Объективности ждать не приходится, но кое-что любопытное наверняка услышим».
Гурни задумался, что ещё можно узнать о Ранзаке после личной встречи с ним. И всё же чем больше сведений, тем лучше. Когда он вышел из машины, его встретили лёгкий ветерок, аромат сирени и Джастин Клейборн в пекарском фартуке, стоявший в дверях гостиницы.
— Услышал, как по гравию захрустели шины, — сказал Клейборн. — Думал, это гости, которых я жду.
— Всего лишь я. Хотел договориться остаться ещё на несколько дней.
— Нет проблем. Комнату, в которой вы ночевали, забронировала пара из города, но есть другая, получше, за ту же цену — наверху, у лестницы.
Гурни достал чемодан с заднего сиденья и пошёл за Клейборном в просторный вестибюль, где стоял небольшой стол с компьютером. Клейборн зашёл за стол и застучал по клавишам.
В прошлый приезд Гурни был слишком утомлён, поглощён своими мыслями и слишком спешил, чтобы разглядывать дом. Теперь он осмотрелся с большим интересом. На стенах висели репродукции в рамах, в основном с трёхцветными кошками. На полках красовались вырезанные из дерева утки. На настенном гобелене затейливым курсивом было выткано: «Дом там, где сердце». Сильно пахло ароматической смесью сухих лепестков.
— Всё готово, — сказал Клейборн, подняв глаза от монитора. — Что-нибудь принести? Кофе? Чай? Сок асаи? Маффин с черникой?
— Только пароль от домашнего вайфая.
— Если позволите спросить… интернет вам нужен для конфиденциальных дел или для развлечения?
— Хочу посмотреть прямую трансляцию.
— Не в полдень ли она начинается?
— Именно.
— Тогда, вместо того чтобы смотреть с ноутбука, можете устроиться перед большим экраном в моей гостиной. Смотреть на Ранзака для меня мучение, но удержаться не могу. Наверное, надеюсь, что он когда-нибудь подавится собственной ложью. Не хотите присоединиться?
Первым побуждением Гурни было отказаться. Но на большом экране, с более качественным звуком, можно было лучше уловить оттенки интонации и выражения лица, поэтому он принял приглашение.
— Спасибо, приду. Где у вас гостиная?
Клейборн указал через вестибюль на дверь в дальнем конце общей гостиной.
Гурни поднял чемодан в свою комнату. Обои были украшены переплетёнными цветущими лианами. Пухлые подушки в цветастых наволочках занимали половину кровати. Он сдвинул их, поставил будильник на телефоне, снял ботинки и прилёг ненадолго вздремнуть.
За минуту до полудня Гурни вошёл в личную гостиную Клейборна и увидел хозяина, примостившегося на краешке кожаного дивана перед экраном на стене.
На экране Гурни узнал стеклянную оранжерею Ранзака. Страм и Ранзак сидели на тех самых вычурных стульях, на которых прежде сидели Гурни и Ранзак, ещё до появления передвижного стола с угощениями.
Клейборн жестом предложил ему сесть на диван.
Включился звук. Страм,