Истинным злодеям свет (не) к лицу - Рина Чар

— Пришлось бы, но не в этом случае, — ответил отец. Он устало потер переносицу и налил себе кофе из подогревающегося кофейника. — Северин — гениальный теоретик, его формулы оказались безупречны. К тому же, твой… жених… передал мне потрясающие материалы: этот кристалл идеальной чистоты и металлы, которые не достать даже на черном рынке. Мне оставалось лишь адаптировать свои наработки по твоему блокиратору под его чертежи и собрать всё воедино.

Отец замолчал, глядя на свое творение долгим взглядом.

— Но есть один нюанс, Роксана, — поднял на меня глаза Алексан. — Искусственных катализаторов такой мощности, какие требовались в чертежах, просто не существует. Артефакту нужна была органическая основа. Что-то живое, что уже содержит в себе природу конфликтующих энергий.

У меня пересохло в горле.

— Что ты хочешь сказать?

— Чтобы повысить шансы на успех, я использовал твою кровь, — как-то неловко признался отец.

Я непроизвольно отшатнулась. Моя кровь?!

— Папа, ты уверен?! Если кто-то решит проверить состав…

— Никто ничего не найдет! — жестко оборвал он, ударив ладонью по столу. — Я запечатал эманации на атомарном уровне. Послушай меня. В твоих жилах течет свет от меня и деда, а от бабушки — первозданная тьма. Я здраво предполагаю, что кровь химеры — это единственный в мире природный балансир. Она уже объединяет необъединимое.

Алексан смягчился, заметив мой испуг, и мягко коснулся моего плеча.

— Этот кристалл — шедевр, Роксана. В момент сопряжения мага и искаженного он будет выступать буфером, принимая на себя ударную волну. Он будет подстраиваться под носителя. Но… вот.

Отец потянулся к ящику стола и достал еще два кристалла, точные копии первого.

— Что это значит? Одного недостаточно?

Я нахмурилась, теряя нить.

— Нет. Моя теория такова, что химеры тоже имеют существенные различия. Знаешь ли, создавая артефакты-блокираторы для других семей, я десятилетиями понемногу изучал природу химер. Как ты знаешь, твой артефакт тоже завязан на крови. Лучший способ что-то спрятать — это оставить на видном месте, — с толикой снисходительности пояснил отец.

— Конечно, — фыркнула я. Это была любимая фраза отца, которую он повторял, создавая очередной артефакт-блокиратор для новой химеры. — К чему ты клонишь?

— В твоем роду слились свет и тьма. У семьи Беатрис, насколько мне известно, воздух и, в далеком прошлом, земля. А у леди Мареи, что живет западнее от нас, в роду отметились водники, но также прослеживается четкий след огневиков. Хочешь сказать, это совпадение?

Я удивленно моргнула, осознавая масштаб его исследований.

— Но почему вы с матушкой никогда мне не рассказывали?

— Честно сказать, мы и сами не придавали этому значения. Не обращали внимания на закономерности, пока не потребовался вот этот артефакт, — ответил он, указав на кристаллы.

Я скрестила руки на груди, выстраивая в голове логическую цепочку.

— То есть ты считаешь, что для безопасного сопряжения нужна правильная комбинация кровей? Например, для мага огня катализатор должен содержать кровь химеры огня и воды. Для света и тьмы — мою кровь, верно?

— Ты проницательна, — гордо улыбнулся отец.

— Но что насчет других, нетипичных комбинаций? Например, тьмы и воды? Или огня и света? — с сомнением уточнила я.

— И здесь кроется главная проблема, — неудовлетворенно ответил Алексан. Было видно, как сильно его раздражают белые пятна в собственной теории. — Я предполагаю, что важна именно конфронтация противоположных стихий, таких как тьма и свет, огонь и вода, земля и воздух. Перерыв все свои архивы, я пока не нашел документальных подтверждений других элементов связи.

— То есть вот эти три кристалла — единственные подтвержденные комбинации?

— Верно. Я сам того не подозревая вел статистику: записывал те или иные факты о семьях, когда мы помогали им скрывать детей. И иных вариантов просто не встречал.

— Вот, значит, как… — задумчиво обронила я. — Получается, если случаев далеко не три, то для нестандартных стихий потребуется прямое вмешательство химер и новые исследования. Ты к этому клонишь?

Отец недовольно поморщился, признавая справедливость слов.

— Риск есть, но я уверен: если они появятся в будущем, создать артефакт станет проще. Эти три основы должны сработать как универсальный шаблон.

Я улыбнулась, подошла ближе и успокаивающе погладила его по руке.

— Ты провел потрясающую работу, пап! Если бы не твои исследования, мы бы уже совершили как минимум три фатальные ошибки, и ритуал закончился бы трагедией. Спасибо тебе!

— Что ты, дочь, пустяки, — неловко ответил он.

Алексан никогда не умел принимать похвалу от семьи, зато от чужих людей впитывал её как губка. Впрочем, нам он показывал куда больше искренних эмоций.

— Слушай принцип работы, — деловито продолжил он, переводя тему. — Твой негодник ведь в любом случае появится ночью.

— А ты, я смотрю, уже не так сильно нервничаешь из-за его визитов, — рассмеялась я.

— Если он тебя обидит, я его убью, — сурово припечатал отец, но углубляться в угрозы не стал, перейдя к сути: — Если ритуал проводит огневик — шестигранник заполнится жидким пламенем. Если водник — станет лазурным. Кровь химеры внутри кристалла заставит энергию течь плавно, не позволяя искаженному поглотить мага, а магу — выжечь искаженного. Нужны три составляющих: верная стихия мага, правильный искаженный и подходящий кристалл. Если что-то будет нарушено, я не могу ручаться за успех.

Я завороженно смотрела на прозрачные шестигранники. Неужели мы, клейменные как абсолютное зло, на самом деле созданы, чтобы спасти этот мир? Впервые за долгие годы я почувствовала небывалую гордость за свою природу.

— Артефакт сработает, — с облегчением выдохнула я, ни секунды не сомневаясь в гении отца.

— Сработает, — твердо кивнул Алексан. — Вечером я передам всё принцу. Пусть тестируют на здоровье. Или ты…

Мы не успели обсудить детали предстоящих испытаний, как в дверь лаборатории робко постучали.

Отец недовольно нахмурился. Он терпеть не мог, когда его отвлекал кто-то кроме матушки, а она с раннего утра отправилась за покупками. И всё же он щелкнул пальцами, снимая защитный контур.

Дверь приоткрылась, и на пороге показалась наша старшая горничная. Она выглядела взбудораженной, словно только что увидела привидение.

— Прошу прощения за вторжение, господин… миледи, — служанка судорожно сглотнула, нервно комкая белоснежный фартук.

— Что случилось, Марта? — недовольно скрестил руки на груди отец. — Опять гвардейцы Аурелия топчут клумбы моей дорогой жены?

— Н-нет, господин. Дело не в страже, — горничная перевела растерянный взгляд на меня. — Леди Роксана… К вам пришли.

Я удивленно вскинула брови. Деймос бы оповестил заранее или пришел тенями, а Беа явно была занята своими великосветскими интригами.

— Ко мне? Кто там? — с нарастающим напряжением спросила я.

— Это… — снова сглотнула