Госпожа Шим это убийца - КАН ДЖИЁН

За моей спиной, пропитанной потом, я слышал, как храпит муж начальницы, крепко спящий. Он просыпался только в полдень и с энтузиазмом разрешил мне пойти и встретиться с этим человеком в детективном агентстве. Дни, когда мне разрешали выходить, обычно совпадали с днями, когда начальница приезжала в мотель для проверки бухгалтерии. Муж начальницы взял немного денег из кассы и незаметно положил их в мой карман.

Мы не договорились о времени, но я решил, что будет вежливо подождать до обеда, поэтому купил недожаренные булочки «бунгеппан» у тележки на улице перед зданием и перекусывал этими рыбками, пока ждал. Я посмотрел на часы, и когда было немного больше одного, поднялся на третий этаж. Там было два офиса, и на одном из них висела табличка: «Детективное агентство "Смайл"». Когда я открыл дверь, раздался весёлый звон колокольчиков. Мужчина встал и подошёл ко мне, освещённый солнцем. Он был не очень высокого роста, но выглядел сильным, стоя передо мной.

«Итак, вы из мотеля "Нимбора", — сказал он. Он подвёл меня к дивану, где я сел, поджав колени. — Вы сказали, что ищете кого-то, это так?»

Внезапно у меня на глазах выступили слёзы. Возможно, это было связано с тем, что этот человек был первым в Сеуле, кто говорил со мной вежливо, или потому, что кофе, который он мне приготовил, был таким горячим. Мужчина выслушал мою ситуацию, всё это время кивая и проводя пальцем по шраму на ладони.

Как только я закончил рассказывать ему всё, он сказал: «Я могу найти вашу мать, но сделать это бесплатно будет сложно».

«Сколько это будет стоить? У меня сейчас нет денег, но если я свяжусь со своей семьёй на родине, я, вероятно, смогу собрать приличную сумму».

«Аванс, расходы на проведение поиска и компенсация за успешное нахождение вашей матери — всё это взимается отдельно. Сумма варьируется в зависимости от того, сколько времени это займёт, но это не та сумма, которую студенту будет легко собрать», — сказал мужчина.

Я понял, что это означало отказ. Но я не собирался сдаваться. И я не осмелился бы искать маму в одиночку.

«У меня есть ещё один предмет из старого центра сашими. Если вы найдёте мою мать, я принесу его вам, чтобы покрыть компенсацию. Обещаю».

Это была ложь. У меня ничего такого не было. Но это был единственный способ убедить этого человека, который казался таким твёрдым, когда у меня не было абсолютно ничего. И я сразу увидел результат. Его равнодушные глаза загорелись.

«Не могли бы вы сказать мне, что это за предмет?» — спросил он.

«Это письмо. Я случайно нашёл его на хранении. Я могу доставить его вам немедленно, если вы найдёте мою мать. И если вы дадите мне работу здесь, я смогу доставить его вам ещё быстрее».

Сейчас я вёл переговоры с ним смелым образом, который совершенно не соответствовал моей истинной, деревенской натуре. Его запавшие глаза заблестели, и он кивнул один раз, энергично. Он принимал моё предложение. И я даже получил обещание работы. У меня даже не было вещей, за которыми нужно было вернуться. Начиная с того дня, я бросил работу подсобного рабочего в мотеле «Нимбора» и начал работать сотрудником в детективном агентстве «Смайл».

Через пару дней мужчина из агентства — Пак Тхэсан — отправился в командировку в мой родной город, чтобы попытаться проследить шаги моей матери. Я чувствовал себя неспокойно, думая о том, что буду делать, если он найдёт её раньше, чем ожидалось, и мне придётся придумать это «письмо». Деньги — это самое отвратительное, что есть в мире, поэтому, вероятно, опытному человеку, такому как господин Пак, будет легко найти мою мать и вернуть её ко мне, схватив за шиворот.

Как и ожидалось, когда господин Пак вернулся из командировки, он передал мне свой телефон.

«Попробуйте позвонить в ресторан "Розмари"», — сказал он.

В какой-то момент он начал разговаривать со мной непринуждённо. Возможно, это было связано с тем, что он был немного зол. Смущённый, я набрал номер своего старого дома. Бабушка ответила.

«Бабушка, — сказал я. — Это я, Чонги».

«Маленький хулиган. Ты хоть представляешь, как сильно твоя мама тебя искала?»

«Мама? Она вернулась? Правда?»

Я не мог поверить. Мама вернулась. Как в глупой сказке, синяя птица, которую я искал, была дома всё это время. Мама всё это время была в «Розмари».

«На следующий день после того, как ты ушёл, она вернулась домой, выглядя как нищенка. Она потратила все свои три миллиарда вон, выигранные в лотерею, поехала в Сеул и потеряла всё. Вернулась ни с чем, только с пакетом мандаринов».

Господин Пак забрал у меня телефон и закончил разговор.

«Теперь отдай мне письмо и иди домой», — сказал он.

Если бы я вернулся, меня бы ждала только бабушка и её прогрессирующий артрит, тётя, которая, вероятно, набрала ещё больше веса, мама, которая выкрикивала такие ругательства, что они могли бы разорвать оболочку кимбапа, и дядя, который, возможно, всё ещё находился в тюрьме. Может быть, я никогда и не хотел возвращаться домой.

«Нет», — сказал я.

«Ты должен сдержать слово».

«Если мы будем действовать в соответствии с тем, что было обещано, то, поскольку вы не были тем, кто нашёл мою маму, соглашение становится недействительным. Я не могу дать вам письмо сейчас. Я не могу вернуться, пока не поработаю и не заработаю достаточно, чтобы оплатить операцию на суставах бабушки. И когда я закончу здесь, я дам вам письмо. Но если вы заставите меня уйти раньше, я сожгу его».

Господин Пак, казалось, испытывал головную боль, сел и опустил глаза, и так, казалось, прошло несколько часов.

Я всё ещё думаю об этом. Каким бы я был сегодня, если бы меня выгнали из кабинета господина Пака и я вернулся бы в родной город? Возможно, я поступил бы в специализированную среднюю школу и закончил её на последнем месте в классе из тридцати семи учеников, а затем провёл бы остаток молодости, готовя рамен в кафе «Розмари». Но сейчас я был лучшим сотрудником в детективном агентстве «Смайл».

Или, по крайней мере, был им, до того как появилась госпожа Шим.

Тем не менее, я не ненавидел её. Не завидовал ей, нет. Скорее, я восхищался ею. Она никогда не совершала ошибок. Каждый раз, когда она приходила в офис, эта маленькая женщина с плотно сжатыми губами, как генерал, возвращающийся с победой, её нож всегда был испачкан кровью. Если мои глаза были полны благоговения при виде неё, то в глазах господина Пака читались страх и тревога.

«Могу ли я поговорить