Свидание с Ангелом Смерти - Екатерина Владимировна Новак

— Ты будто даже не удивлена, что увидела нас здесь? — спросила Клиффорд. — Или инспектор тебя просветил? Я думала, получится сюрприз.

— Мамма Мия! Да вся Прага знает, что вы гоняетесь за мной, как слепые щенки, да только поймать вам меня не под силу. Кишка тонка без мозга всех операций.

Ринальди нахально посмотрела на троицу, сидящую напротив, и схватила меню. Саша и Генри словно воды в рот набрали, зато Джо вспыхнула как спичка.

— Да как ты можешь так говорить о нас?! Какая же ты неблагодарная…

— Лучше закройте рот, виконтесса Клиффорд. Не пристало дамочке из высшего общества Лондона произносить гадкие слова при людях.

— Мишель… — тихо, но уверенно вступился Генри.

— Что? Джо мне теперь не сестрица, я не обязана ее любить.

— О, а раньше ты меня любила?!

— Умело притворялась.

— Я так понимаю, не только со мной.

— Джо! — в одно мгновение воскликнули Генри и Саша, но было поздно.

Ринальди схватила со стола вазу с цветами и выплеснула содержимое на Джо. От вселенской катастрофы друзей-врагов спасло только то, что цветы оказались искусственными, а ваза пустой. Цветы коснулись лица Джо, и она рявкнула: ей было не больно, но ужасно обидно.

Официант, кажется, не ожидал, что начнется потасовка. Молодой человек растерянно переводил взгляд с одной противницы на другую. Сабантини искренне пожалел, что посадил итальянку напротив Джо. Впрочем, посадить ее к Покровской тоже было чревато, разумнее всего вообще изолировать ее от этого общества.

Джо открыла рот, чтобы высказать все, что думает о довольной своей выходкой итальянке, но Саша не дала ей этого сделать.

— Пожалуйста, прекратите! — взмолилась она. — Не заставляйте нас разнимать вас на глазах у народа. Позорите сами себя. Взрослые же люди.

Бунтарки оглянулись и слегка поутихли. На них уставились посетители. Бармен держал трубку телефона и явно звонил в полицию. Сабантини кинулся к нему, чтобы уладить ситуацию. Он оглянулся на Генри и сделал жест, который, вероятнее всего, означал что-то вроде «контролируй ситуацию без меня».

И тогда Генри Клиффорд поднялся из-за стола. Он навис над сидящими по бокам от него Сашей и Джо и посмотрел на Мишель. Прямо, не отводя глаз.

— Мишель Ринальди, мы собрались здесь, чтобы извиниться перед тобой. Мы виноваты и хотели бы получить твое прощение. Нам тебя очень не хватает.

Три девушки вновь одновременно загалдели. Генри ударил по столу рукой, и в кафе воцарилась тишина. Даже Сабантини обернулся и с уважением посмотрел на товарища.

— Мы нехорошо поступили с тобой, — продолжил Клиффорд. — Мы предали тебя. За твоей спиной у нас с Сашей возникли чувства. Мы должны были сказать. Прости.

Мишель молча смотрела на Генри снизу вверх, и друзья заметили, как по ее щеке скатилась слезинка. Она отрывисто кивнула. Генри тяжело вздохнул, сел на место и посмотрел на Сашу. Была ее очередь что-то сказать.

У Покровской пересохло в горле. Она несколько раз пыталась начать свою речь, которую так долго прокручивала в голове, готовясь к их встрече, и все время срывалась на кашель. Ринальди отстраненно смотрела на ее попытки завязать разговор.

— Прости за то, что я совершила, — наконец справилась с собою Саша, — прости за боль, которую причинила тебе…

Мишель все так же молча, не меняя выражения лица, смотрела на нее, а затем резко повернулась к подходящему Сабантини. За ним семенил официант, сгибаясь под тяжестью заказанных инспектором блюд. Он явно радовался, что намечающийся дебош отменился.

— Как же вовремя! Умираю с голоду! Несите сюда все!

Им принесли сытный ужин: перед каждым на столе появилась тарелка с гуляшом в хлебе, Сабантини предусмотрительно заказал сырное и овощное плата. На десерт подали трдельники — мягкие булочки из дрожжевого теста, внутри которых находилась вкусная масляная начинка.

После еды настроение у всех улучшилось, градус противостояния начал снижаться. Однако Саша понимала, что Мишель ничего не ответила ей, даже не кивнула, как Генри. Значит, она не готова была простить ее. Покровская посмотрела на бывшую подругу — та довольно причмокивала, поедая лакомство и не заботясь о том, как оно может сказаться на ее идеальной фигуре. Сейчас она выглядела вполне миролюбиво.

— Мы не бросим тебя, — вырвалось у Саши. — А ты не сможешь вечно бегать от нас. Расследовали вместе дела, и дальше тоже будем расследовать все вместе.

— Давай заключим хотя бы временное перемирие, — предложил Генри, а Джо кивнула. — Это в наших общих интересах. Мы поможем тебе в новом деле, а ты простишь нас и больше не будешь исчезать в неизвестном направлении, заставляя всех беспокоиться.

Ринальди спокойно доела трдельник, облизнула губы, неспешно взяла салфетку и аккуратно вытерла рот, даже не смазав помады.

— Хорошо, — благодушно согласилась Мишель, — я позволю вам таким образом искупить вину. Но! Имейте в виду! Действовать будем только по-моему. Я буду главной в этой операции, ну, может, и Сабантини немного.

Она посмотрела на инспектора, тот усмехнулся и кивнул в ответ.

— Итак, на повестке дня дело об Ангеле Смерти! Жутковато звучит? Не испугались еще?

— Мы уже в курсе про него, думаешь, как мы на оперу-то попали? — парировала Джо.

— Ну и отличненько! Сначала все узнаем про этого Ангела, а он, на минуточку, убивает людей, а потом найдем способ его упокоить.

— Все-таки я была права… мы снова отправляем несуществующих духов в мир иной, — усмехнулась Джо, но увидела гневный взгляд Мишель и поправилась: — Да хорошо! Хорошо! Я тебя услышала. Более того, я знаю то, чего не знаешь ты.

Ринальди посмотрела вопросительно.

— Я знаю адрес деревни, откуда пошло сие предание.

— А я знаю, что Леош, главный артист театра, видел его! Ширялся по-страшному, и он ему явился!

— Наркоман… ну-ну… — Джо никак не хотела мириться с мистическим настроем Мишель, но та снова зыркнула на нее, и девушка замолчала.

— С другой стороны, по рассказу горничной Марека Червинкова, тот тоже говорил, что к нему приходит Ангел Смерти. И все это как-то неспроста, — задумалась Саша.

— Марек видел его? — удивилась Мишель, а потом гордо посмотрела на