Смертельные ловушки - Кэй Клевер Стрэхен
– Чепуха! – сказал мистер Лаки и невольно поморщился. Осознав, что гримасничает, он понадеялся, что Рода не заметила выражения его лица. – Нет, – продолжил он, – ты встала не с той ноги. Услышав шум внизу, Эймос не потерял головы. Он схватил пистолет и побежал к месту происшествия. Почему нет? Эймос рассказал, что он сделал. Все так и есть. Весьма похвально для такого пожилого джентльмена, как он. Все логично. Да и второй пистолет при деле. С ним все прояснилось. Хаос приведен в порядок. Меня очень беспокоило наличие двух пистолетов.
– Так вы считаете, что Боб выстрелил из своего револьвера и спрятал его под абажуром, где Джастин и нашел его?
– Рода, ты же знаешь, что это не так! Обвинить меня, будто я думаю такое о твоем брате! Нет. Дай подумать. Назовем револьвер Эймоса «орудием А». Эймос приносит «орудие А» на террасу, а ты отбираешь его у него (вот понять бы еще – зачем?) и засовываешь под ковер. Теперь назовем пистолет Боба «орудием Б». Рода, послушай, возможно, некто принес на террасу «орудие Б» столь же невинно, как и Эймос принес «орудие А».
– До сих пор я вынуждала папу молчать. Но если он решит, что рассказав эту нелепую басню, он поможет Бобу или кому-то еще, то я уверена – он нарушит данное мне обещание.
Мистеру Лаки пришла новая мысль, и на мгновение он лишился дара речи – до того он поразился собственной проницательности. Наконец, Рода спросила:
– Вы решили не отвечать на мой вопрос о деньгах?
– Рода, послушай. Так не пойдет. Если ты в самом деле веришь, что это был твой папа, то почему вчера ты перед всеми обвинила мисс Мэддор в стрельбе?
– Потому что… – говорить она начала еще до того, как мистер Лаки закончил вопрос, – потому что… если хотите, из вредности! Я низкая, испорченная…
– Нет-нет! – попытался возразить ей мистер Лаки, но поток ее слов полностью заглушил его речь.
– …и развращенная. Я, Рода Декстер, бессовестная лгунья. А почему? Почему? Только лишь ради того, чтобы защитить бедного, старого, бестолкового отца от позора, бесчестья и постыдной кончины…
– Эй! Постой! – громко возразил мистер Лаки. – Рода, я уже замечал это в тебе. Тебя заносит. Остановись на минутку и послушай. Чисто гипотетически предположим, что твой папа действительно набросился на твоего брата. Но все ведь окончилось, не так ли? С Джералдом все в порядке. Серьезной раны не было. Все уладилось. И все эти речи о постыдной кончине, в них нет никакого смысла; все это пустое.
– Джералд думает, что нет. Из-за того, что похороны были отложены, он уверен: полиция все еще продолжает расследование.
– Все как я и говорил. В точности. Ты все смешала: и одно, и другое, и третье. Полиция не занималась и не займется ранением Джералда – это ведь всего лишь царапина. Ты совсем запуталась. Совсем, – повторил мистер Лаки, поскольку это хорошо прозвучало. Затем он поднял пухлый указательный палец. – Трагедия с Вирнегами – это одно, а фарс с делом Джералда – это другое, – он поднял вторую руку, также с выставленным пальцем. – Видишь, Рода. Один? Два? Вот. Они далеки друг от друга. Или хотя бы отделены друг от друга.
– Ох-х-х, – вздохнула Рода, словно эти пальцы были горами, на которые ей пришлось взбираться до полного изнеможения.
Глава XXIX
Мистер Лаки соединил пальцы, потёр свои розовые ладони и встал:
– Мне надо пойти наверх и повидать Мамулю…
– Это отказ? Вы не одолжите мне денег? – Рода схватила его за полу пиджака.
– Что это с тобой? – мистер Лаки высвободился из ее хватки и, устыдившись своей раздражительности, продолжил помягче: – Дело не в деньгах. Но сейчас не самое подходящее время, чтобы покидать дом и куда-то уезжать. Во-первых, ты не одна. Во-вторых, я уверен, что Эймос откажется. Почему бы тебе не подождать и немного позднее не навестить нас в благословенной Якиме?
– Вы не понимаете, – безнадежно произнесла Рода. – Все еще не понимаете?
– Нет, – вздохнул мистер Лаки и опёрся коленом на кресло. – Боюсь, что не понимаю, к чему ты клонишь.
– Пообещаете хранить секрет? Дадите священную клятву?
– Угу, полагаю, да, – еще глубже вздохнул мистер Лаки. – Что у тебя?
– Не стану никого обвинять. Расскажу факты. В ночь на вторник отец не вернулся вместе со мной из больницы. Я просила его. Он отказался. Я покинула его, когда он садился в такси. Вы слышали, что та служанка наговорила о такси – «машине смерти», стоявшей ночью у подъезда Вирнегов.
– Так ты думаешь, что это твой папа подкрался к окну Вирнегов и до смерти перепугал их?
– Ох, как вы можете! Не садитесь на ручку кресла – пружины сломаются.
Мистер Лаки ощупал подлокотник кресла.
– Хлипкое, наверное, изготовлено где-то на востоке. Значит, он загипнотизировал их?
– Не понимаю вашего легкомыслия. Вы так же хорошо, как и я, знаете, что папа мог легко войти в дом Джастина и Саллиэнн, просто постучав в их дверь.
– Угу, понимаю. Значит, они впустили его? А он вынул из кармана пузырек с ядом, налил его в ложку, как матери обычно наливают касторку, и сказал Джастину: «Попробуй. На вкус не так уж плохо». Затем налил вторую ложку и повторил то же с миссис Вирнег. Или же яд был в таблетках, и папа добавил их в яблочный джем. Вирнеги тут же съели его, сказали: «Спасибо большое», – папа ушел, и они заперли за ним дверь. Чепуха! Рода, мне стыдно за тебя. Не только за твои мерзкие подозрения. Мне стыдно за… как бы ты это назвала, ход твоих мыслей. Так рассуждать не может даже малое дитя! Когда во вторник твой отец покинул больницу, с Джералдом все было в порядке – опасность миновала. Допустим, что у Эймоса был страшный секрет и он боялся, что Саллиэнн раскрыла его и рассказала Джастину. Но если все пошло на улучшение, то с чего бы твоему папе приезжать на такси и травить соседей?
– Не говорите так громко, – сказала Рода. – Сейчас все идут завтракать. Слабоумие нельзя оценивать логически. Вы забыли, что Джастин затеял ту