Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр

– Минуточку, – перебил его полковник Марч. Он осекся и нахмурил лоб. – Поймите, вы не обязаны отвечать…

– О, не волнуйтесь, – отмахнулся от его слов Делафилд. – Я только хочу, чтобы эти джентльмены и леди выслушали меня. Я не собирался ничего рассказывать, пока вы сами обо всем не догадаетесь. Но я в самом деле не желал ему зла. – Так же решительно и с видимым усилием он разжал руки и поднял их. – Вот в чем причина, – объяснил он. – Возможно, сэр, вы знаете, как мистер Уилсон любил тепло в доме? И что переносные обогреватели стояли у него везде, даже в коридорах и ванных комнатах?

– Да, – тихо ответил полковник Марч.

Делафилд кивнул.

– Один из таких обогревателей я уронил в ванну, – признался он. – Вот и все. Ужасно, но очень просто. Мистер Уилсон предупреждал, что такое может случиться. Снова и снова повторял, что я могу его убить, сам того не желая. Я приходил в ужас при одной только мысли, что могу сотворить своими руками, а потом он буквально спровоцировал меня… Видите ли, когда-то давно мистер Уилсон читал в газете о нескольких случаях, когда люди погибали подобным образом. Кажется, это случилось в Бристоле. Несчастные случаи. В холодные дни они ставили включенный обогреватель на край ванны. Казалось бы, люди не должны быть настолько глупыми, чтобы поступать подобным образом, но тем не менее. Мистер Уилсон, разумеется, никогда так не делал. Но он любил тепло, и ему нравилось, чтобы обогреватель находился рядом с ванной. Он боялся, как бы не случилось чего-то подобного. Постоянно говорил мне: «Не вздумай этого делать, не то тебя повесят за убийство». Например, не позволял мне брить его. В конце концов, я уже не мог спокойно смотреть на электрические обогреватели в ванной. А он еще специально изучал, какие симптомы бывают у людей, получивших удар током в подобных обстоятельствах. Кажется, эта книга называется «Медицинская юриспруденция» Тейлора. Он все-таки работал юристом, но даже его эти симптомы удивили. В пятницу вечером он просто заморочил мне голову разговорами о призраках. Потом пошел принимать ванну и позвал меня, велел подвинуть обогреватель поближе к ванне. Я поднял обогреватель, совершенно не задумываясь, а он вдруг крикнул: «Положи его на пол, слабоумный старый олух!» – и схватил меня за руку. – Делафилд снова взглянул на свои ладони.

В комнате стало тихо. Кэтлин встала и положила руку ему на плечо.

– Он упал, – продолжил Делафилд. – Потом я испугался, что меня повесят, если узнают о случившемся, как говорил мистер Уилсон. Я решил, что, если притворюсь, будто все было по-другому, никто ничего не узнает. В той книге говорилось, что при ударе током симптомы похожи на смерть от сильного испуга. А бедный мистер Уилсон всегда боялся призраков и темноты. Я вытащил его из ванны. Одел, сложностей у меня не возникло, ведь я занимался этим много лет. Отнес вниз. Тут тоже все было просто, вы сами видите, я достаточно сильный человек, а он весил не очень много. Машина стояла у дверей. Я не боялся, что нас увидят, ведь всю улицу заволокло туманом. У меня был ключ от квартиры, и я знал, куда именно он собирался ехать. Я знал, что в коридоре около квартиры выключат свет и что рядом находится дверца служебного люка. Примерно в одиннадцать часов я положил мистера Уилсона в спальне той квартиры. Потом включил радио и ушел. Причем радио я включил погромче, чтобы его поскорее нашли. Мне не хотелось, чтобы он долго пролежал там в одиночестве. Вот и все. Возможно, он был непростым человеком, но я служил ему пятнадцать лет, а за это время ко всему можно привыкнуть. Он почти не мучился, когда умирал. Просто закричал и сразу обмяк. И все равно я не могу об этом забыть, поэтому и решил вам рассказать. Думаю, теперь меня повесят, но, клянусь, я не желал ему зла.

Кэтлин покрепче сжала его плечо. Чейз почувствовал, как проникается к Делафилду сочувствием, и это осознание пришло к нему так же неожиданно, как удар электрического тока. Он посмотрел на полковника Марча и сказал:

– Сэр, его ведь не…

Полковник Марч покачал головой и смерил Делафилда долгим задумчивым взглядом.

– Если он говорит правду, – сказал глава департамента Д–3, – его точно не казнят. Возможно, он даже не понесет никакого наказания. А мне кажется, что он говорит правду. И свой отчет я буду составлять, основываясь на этой точке зрения.

Кэтлин быстро заморгала, словно пытаясь сдержать слезы. А потом еще раз, когда пальцы Чейза сомкнулись вокруг ее руки.

– Я могу… мм… извиниться за то, что была к вам так несправедлива? – обратилась она к полковнику Марчу. – Возможно, Арнот Уилсон был прав; возможно, я зря считаю себя такой всезнайкой. Но, пожалуйста, будьте так добры, объясните один момент. Мне интересно, чисто из научного любопытства. Как вы догадались, что произошло?

– А, вы об этом? – проворчал полковник Марч, жмурясь и усмехаясь над тем, с каким пылом она обратилась к нему. – Это было несложно. Гораздо больше сложностей у Департамента странных жалоб возникло с любителем звонить в чужие двери в районе Хаммерсмит. Здесь же все оказалось просто, особенно когда я понял главное: Уилсон умер не в той квартире, его привезли туда уже мертвым. В том, что он не входил туда при жизни, почти не осталось сомнений. Ведь он не взял с собой предмет, без которого точно не отправился бы в это место. Мы не нашли его ни в карманах, ни в квартире. Все говорили о страхе Арнота Уилсона перед темнотой. Я могу поверить, что он все же набрался мужества и пошел туда, ведь у него был дополнительный стимул, он хотел последить за вами. Но я не поверю, что он решился бы в одиночку провести несколько часов в квартире, где, по слухам, обитал призрак, и не взял с собой ни фонарика, ни свечки, ни даже спичек.

Каких только странных посетителей не доводилось принимать полковнику Марчу из Департамента странных жалоб в своем офисе в Скотленд-Ярде. И все же его редко посещали такие знатные особы, как леди Патриция Мортлейк – единственная дочь графа Крея.

Одним весенним утром, года два или три назад, она, словно ураган, ворвалась к нему, едва не фыркнув при этом своим аристократическим носом. А ведь обычно леди Патриция производила впечатление одной из тех томных особ со скучающими пустыми глазами и капризно выпяченной нижней губой, которая могла бы стать идеальной героиней пьесы мистера Кауарда[90].

– Сэр, она отказалась заполнять официальный бланк, – предупредили полковника Марча. – И