Антирейдер. Незаконные корпоративные захваты. Проблематика и защита - Александр Владимирович Аронов

Среди таких вопросов особое значение имеет необходимость разработки видовой частной криминалистической методики, специально предназначенной для расследования незаконных корпоративных захватов. Однако серьезным препятствием является отсутствие в российском уголовном законодательстве нормы, предусматривающей самостоятельное основание для возбуждения уголовного дела по фактам рейдерских атак. В связи с этим дела возбуждаются по другим статьям Особенной части Уголовного кодекса, диапазон которых достаточно широк. Как следствие, расследование осуществляется с использованием уже существующих методик, предназначенных для иных категорий преступлений. По сути, это означает, что на фоне качественного и количественного усложнения способов совершения корпоративных захватов правоохранительные органы остаются во многом неподготовленными и неспособными в полной мере эффективно противодействовать данным проявлениям.

Эта ситуация усугубляется недостаточностью научно-методических разработок, созданию которых должно способствовать изучение особенностей расследования преступлений указанной категории. Выявленные специфические черты способны существенно облегчить понимание закономерностей, присущих незаконным корпоративным захватам. Соответствующие научные положения могут быть систематизированы в частной криминалистической методике, предназначенной для формирования практических рекомендаций по расследованию данных преступлений.

Более сорока лет назад один из наиболее обстоятельных исследователей общих теоретических основ криминалистической методики – А. Н. Колесниченко – предложил понимать под ней систему средств расследования преступлений. В своей докторской диссертации, защищенной в 1967 году, он впервые выделил системность как важнейшее качество криминалистической методики, определив ее содержание через две части: общие положения и конкретные частные методики[5]. Позднее отдельные ученые предлагали иные варианты ее структуры, однако большинство криминалистов поддержало концепцию А. Н. Колесниченко[6]. В их работах подчеркивалось, что появление новых составов преступлений неизбежно повлечет необходимость разработки соответствующих разделов криминалистической методики[7]. С учетом регулярных изменений и дополнений уголовного законодательства Российской Федерации эта мысль сохраняет актуальность и сегодня.

Дальнейшее изучение данной проблемы сопровождалось появлением многочисленных научных статей, в которых излагались различные точки зрения на содержание и сущность криминалистической методики[8]. Наиболее полно, по нашему мнению, суть научных положений, лежащих в основе методических рекомендаций криминалистики, была раскрыта в работах И. А. Возгрина. В одной из них он писал, что криминалистическая методика «…изучает закономерности организации и осуществления раскрытия, расследования и предотвращения отдельных видов преступлений в целях выработки, в строгом соответствии с требованиями законности, научно обоснованных рекомендаций по наиболее эффективному проведению следствия»[9]. Именно эта точка зрения, полагаю, оказала влияние на позицию Р. С. Белкина, который в своих трудах охарактеризовал криминалистическую методику как систему «…научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по организации расследования и предотвращения отдельных видов преступлений»[10].

Простота и ясность данного определения предопределили его широкое признание. Опираясь на его содержание, Р. С. Белкин предложил научной общественности трактовать частную криминалистическую методику как «…типизированную систему методических (научно-практических) рекомендаций по организации и осуществлению расследования и предотвращения отдельного вида преступлений»[11]. Такой подход получил поддержку многих криминалистов и был впоследствии развит. В результате понятие «частная криминалистическая методика» стало интерпретироваться как «программа практической работы», «программа, осуществляемая комплексами познавательных средств», «программа, носящая целенаправленный характер», «программа, содержащая определенную последовательность действий» и т. п.[12]

Обосновывая приведенное выше определение частных криминалистических методик, Р. С. Белкин справедливо отметил их комплексный характер, отражающий типичные особенности расследования преступлений определенного вида. Комплексность методик обусловлена характером решаемых задач, необходимостью систематизации действий для их выполнения, а также участием, кроме следователя, сотрудников органов дознания, экспертных учреждений, специалистов и представителей общественности. Кроме того, в комплексность входят реально существующие связи и зависимости между рекомендациями[13].

Аналогичное мнение содержится в работах И. М. Лузгина, который определял частные методики как систему теоретических положений и практических рекомендаций для рациональной организации расследования конкретного вида преступлений[14]. С этой трактовкой согласился И. А. Возгрин, уточнив, что методики должны содержать рекомендации по судебному исследованию только конкретных видов преступлений, поэтому их называют не всеобщими, а частными. Они представляют собой «системы научно обоснованных рекомендаций по организации и осуществлению раскрытия, расследования и предотвращения отдельных видов преступлений»[15].

Таким образом, в ходе научной дискуссии криминалисты пришли к выводу, что содержанием частных методик является совокупность криминалистических знаний, изложенных в виде описания «…условий и порядка расследования отдельных видов преступлений»[16], имеющих высокую степень теоретической обоснованности. Каждая методика отражает специфику расследования соответствующих преступлений, что справедливо отмечал А. Н. Колесниченко[17].

Схожее мнение высказал И. Ф. Пантелеев. Он утверждал, что криминалистическая методика расследования преступлений, как составная часть науки криминалистики, содержит основанные на законе рекомендации по расследованию конкретных видов преступлений. Каждый вид преступлений характеризуется своими особенностями расследования, и основная задача частных методик заключается в раскрытии и научном обосновании этих особенностей применительно к отдельным видам преступлений[18].

Следует подчеркнуть, что методика расследования преступлений, направленных на совершение незаконных корпоративных захватов, должна разрабатываться «…на основе выявления и анализа уголовно-правовых, уголовно-процессуальных, криминологических и криминалистически значимых признаков преступлений, а также раскрытия характера связи и взаимосвязи основных структурных элементов преступной деятельности»[19]. Однако серьезным препятствием является то, что преступления данной группы могут быть как разновидовыми, так и разнородовыми. Это означает, что существующие частные криминалистические методики, разработанные для отдельных преступлений, не могут полностью служить эффективным инструментом для расследования этих же преступлений, когда они совершаются в рамках подготовленного или состоявшегося незаконного корпоративного захвата.

Совокупность преступлений, направленных на совершение незаконных корпоративных захватов, не носит случайный характер. Она формирует самостоятельную специфическую группу противоправных уголовно-наказуемых деяний, объединенных по признаку фактической общности предмета преступного посягательства, которым, как правило, выступает имущество юридического лица и связанные с ним организационно-управленческие полномочия. Общность предмета преступного посягательства предопределяет сходство механизмов совершения незаконных корпоративных захватов. Это сходство позволяет выявлять типичные следственные ситуации и разрабатывать рекомендации по формулированию версий и планированию расследования, а также по технико-криминалистическому обеспечению и тактике проведения отдельных следственных действий.

Все это и должно составлять содержание предлагаемой к разработке частной криминалистической методики. Она должна обладать выраженным комплексным характером и включать:

1) криминалистическую характеристику преступлений, направленных на незаконные корпоративные захваты, как целостной группы;

2) особенности планирования расследования;

3) описание первоначальных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий;

4) изложение типового круга и особенностей проведения последующих следственных действий.

В практическом использовании такая методика должна быть «…видоизменена, максимально упрощена и представлена в виде совокупности криминалистических алгоритмов и программ расследования преступлений.

Используя одержащиеся в них сведения, следователь с помощью несложных операций сможет достаточно быстро наметить оптимальные пути переработки исходных данных о следственной ситуации в искомые результаты»[20]. При этом, как справедливо заметил И. А. Возгрин, частные методики не являются готовыми рецептами на все случаи жизни. «В них содержатся только общие советы, отражающие особенности организационной и исполнительской деятельности при расследовании какого-то вида (разновидности) преступлений»