Мифы о ночных чудовищах - Коллектив авторов

Вацлав Холлар. Тифон. XVII в. Библиотека редких книг Томаса Фишера. Торонто, Канада

Сама мысль о приближении Тифона заставила богов Олимпа испытать настоящий ужас — возможно, впервые в жизни. Только Зевс и Афина остались, чтобы дать отпор. Началась битва, равной которой мир не видел. Тифон метал в противников целые горы, изрыгал потоки раскаленной лавы и яда, а его головы извергали пламя, способное спалить саму твердь небесную. Он даже сумел на какое-то время одолеть громовержца, вырвав у него сухожилия медным серпом, и заточить его в пещере.

Но божественная воля не была сломлена. Хитроумный Гермес похитил сухожилия Зевса и вернул их владельцу. Вновь обретя силу, разгневанный Зевс вознесся на колеснице и обрушил на Тифона всю мощь своих молний. Огненные стрелы пронзали чудовищные головы одну за другой, а когда обессиленный Тифон рухнул на землю, Зевс низверг его в ту самую бездну, которая его породила, — в Тартар.

Но даже там мощь гиганта не угасла. Согласно мифу, Тифон не был убит, а всего лишь заточен под горой Этна на Сицилии. Его огненное дыхание и бессильная ярость стали причиной извержений вулканов и землетрясений. Каждый раз, когда земля содрогается, а из горных жерл вырывается пламя и дым, — это стонет поверженный Тифон, порождение тьмы, тщетно пытающееся вырваться из своей каменной темницы и вновь бросить вызов небесам.

Таким образом, Тифон — это чудовище ночи в самом глобальном смысле. Он — порождение вечного мрака Тартара, последний рык древней, доолимпийской тьмы, восставшей против небесного света. Его история — напоминание о том, что под тонкой корой установленного миропорядка дремлет первобытная, всесокрушающая ярость самой Земли, и ее глухой ропот мы слышим в грозу и под ногами во время подземного толчка.

Когда над Древней Грецией опускалась ночь, являло себя самое таинственное и грозное божество греческого пантеона. Это Геката — богиня всего, что боится солнечного света: магии и колдовства, призраков и некромантии, тайн луны и ядовитых трав. Ее имя вызывало священный трепет, а власть простиралась над тремя мирами: небесным, земным и подземным.

Происхождение Гекаты не менее загадочно, чем она сама. Есть предположение, что ее культ зародился не у греков, а у фракийцев — воинственного народа, обитавшего к северу от Греции на землях современных Болгарии и Турции. От них почитание таинственной владычицы магии перешло к эллинам. Дискуссии о происхождении Гекаты также иногда уводят нас в Месопотамию или, вслед за изысканиями оккультистов XX века, в Египет. Высказываются предположения, что ее прототипом могла стать сиро-месопотамская богиня Атаргатис, покровительница плодородия, чей образ со временем преломился в верованиях греков. Хотя полностью отвергать исконно греческое происхождение тоже нельзя.

В отличие от богов — обитателей Олимпа, чьи владения и обязанности были четко очерчены, Геката оставалась божеством пограничья, не поддававшимся простому определению.

Ричард Косвей. Геката. 2-я половина XVIII в. Британский музей. Лондон, Великобритания

Первые письменные упоминания мы находим у поэта Гесиода в его «Теогонии» («Происхождении богов», VIII–VII века до нашей эры). Согласно ему, Геката была дочерью титанов Перса («Разрушителя») и Астерии («Звездной»), принадлежа, таким образом, к древнейшему, доолимпийскому поколению богов. Напомним: титаны — дети Геи и Урана (Неба), были первыми повелителями мира, которых позже свергли боги-олимпийцы во главе с Зевсом. Геката получила от него небывалые почести: власть над судьбой земли и моря, долю в царстве небес и даже в подземном мире Аида. Она стала единственным древним божеством, сохранившим свое могущество при новой власти олимпийцев. Правда, фрагмент из «Теогонии» Гесиода, где Зевс оказывает богине небывалые почести, ряд исследователей считают более поздней вставкой[1]. Зачем и кем она была сделана — вопрос без ответа. Иногда в этом видят политическое влияние со стороны Малой Азии или иные сложные культурные заимствования. Возможно, к VII–V векам до нашей эры у самих греков не хватало божества, которое могло бы стать для простого человека ближайшим посредником в общении с потусторонним миром. Это «вакантное место» заняла Геката, чей культ активно продвигался заинтересованными силами, например жрецами. При этом жречество в политически раздробленной Греции никогда не обладало такой мощью, чтобы сделать ее верховной богиней. Тем не менее их усилия увенчались успехом: Геката прочно вошла в греческий пантеон.

Существовала и более темная, архаичная версия ее происхождения, согласно которой Геката считалась дочерью богини ночи — Нюкты. Эта версия еще теснее связывает ее со стихией тьмы, с тайнами, рождающимися в кромешной мгле, с теми силами, что существовали еще до установления космического порядка.

Внешний облик Гекаты так же многолик, как и ее сущность. Чаще всего ее изображали в виде трех соединенных спинами женских фигур, смотрящих в три стороны. Этот образ символизировал ее появление на перекрестке трех дорог — месте магической силы, где сходятся миры. В руках она держала факел, освещающий ночные дороги; иногда у нее можно было увидеть ключ от царства Аида, кинжал или змей. Иногда Гекату сопровождали свирепые псы преисподней.

Мраморный рельеф с изображением Гекаты. Около V–IV в. до н. э. Национальная галерея Праги, Чехия

Ее связь с ночным временем была абсолютной: жертвы и мистерии в ее честь совершались исключительно в темное время суток, в безлунные ночи, а появление Гекаты знаменовало собой час, когда грань между мирами живых и мертвых становится зыбкой.

Ценным источником, раскрывающим раннее понимание Гекаты древними греками, является так называемый гомеровский гимн «К Деметре» (написанный, правда, не Гомером, а безымянными авторами между VII и II веками до нашей эры)[2]. Здесь Геката выступает ключевой