— Никогда не привыкну к такому, — выдохнула она, с болью в сердце. — Это же несправедливо… Ребенок-то в чем виноват? Отчаяние накрыло удушающей волной, а совесть, что дремала где-то внутри, выбралась на свободу, терзая и мучая всевозможными «если». — Так бывает… никто не виноват, — мягко произнес Костя и приобнял ее в знак поддержки. — Ты сделала все, что смогла. Но мы не боги… Такие простые, банальные, но очень нужные слова подействовали умиротворяюще. — Спасибо, Кость, — улыбнулась Вера и положила голову ему на плечо. Позволила себе эту маленькую слабость. — Не раскисай, старушка. — Константин уткнулся носом в ее макушку. — Еще повоюем. МЧС — это не просто работа, куда люди приходят с девяти до шести. Это семья. Когда больно одному — больно всем. Это не пустые слова. Это искреннее сочувствие родным, близким и всей смене..
— Моей дочери нужна мать, — холодно произносит он.
— В каком смысле?
— Фиктивная, — нехотя поясняет. — На несколько месяцев, пока идут судебные разбирательства с моей женой.
— Но это же жестоко… — растерянно хлопаю глазами.
— Жестоко — это если она выиграет суд и заберет дочь к себе, — рявкает он.
— Но она же мать.
— Её настоящая мать погибла несколько лет назад.
— Ничего не понимаю, — качаю головой.
— А тебе и не надо. Условия я озвучил. Тебе всё ещё нужны деньги?
Очень нужны. И он это знает.
Он — хладнокровный юрист, ведущий борьбу за дочь.
Я — официантка, мечтающая заработать денег на операцию сестре.
Сделка, которая выгодна нам обоим.
Семья, которой никогда не будет.
И чувства, которые никто из нас не предусмотрел.