О чем живут женщины. 10 ироничных новелл о смелости и любви - Лариса Парфентьева

Да, она могла готовить пирожки с капустой и смачно вытирать руки о цветастый халат. А потом съесть восемь пирожков подряд, прижать голову сына к груди и сказать: «Ну, Мишенька, натрескались мы с тобой от души».

Да, она могла смеяться так, что долька мандарина, которую она ела, выскакивала прямо из носа. Да, она могла не стесняться в выражениях и сказать: «Какой хреновый фильм». Иногда она могла упиться порошкового вина из пакета и плясать с размазанной помадой под «Макарену». Но больше всего она любила Мишу: поддерживала его во всем, а однажды даже потратила последние деньги на «Артек», чтобы сын оказался в компании детей из зажиточных семей.

В общем, Миша жаждал в глубине души образа из детства: он хотел смеяться с девушкой так, чтобы не думать, кто и как выглядит при этом; уткнуться в чью-то объемную и неидеальную грудь, жирную от пирожковых пятен одежду и просто уснуть. Но понты, как известно, дороже денег. Ему по статусу была положена девушка-кукла: красивая, глупая, с «тремя функциональными подогреваемыми отверстиями» (так пишут в секс-шопах на силиконовых куклах).

М-да, в Москве всегда тяжело понять: чего хочешь ты, а чего хочет общество. И ты не можешь остановиться и продолжаешь подкидывать в пасть «дракона» своих «девственниц», то есть свои настоящие желания.

А чего хочет общество? Оно хочет больше денег и поэтому старается как можно чаще и сильнее макать тебя лицом в экскременты, чтобы ты осознал свою неидеальность. А лучше — свою никчемность.

«Ты ездишь на „Киа-Рио“? Ничего страшного, конечно, но на таком только таксисты в экономклассе ездят».

«Ты летаешь отдыхать в Турцию? Нет, с Турцией все окей, конечно. Это не мое дело, но почему не на Мальдивы?»

«У тебя проблемы с деньгами? Почему новый айфон у тебя не в максимальной комплектации? Тебе помочь?»

«Ты встречаешься с толстым человеком? Ну ладно, мы очень толерантные. Бодипозитив, дайверсити и инклюзивность — наше все. Но только давай не будем брать его на фото: во-первых, он не помещается в кадр, во-вторых, это нам портит эстетику».

Общество пытается сделать все, чтобы ты почувствовал свою ущербность. Ведь если ты будешь свободным, то мир встанет. Потому что свободному человеку невозможно что-то продать. Тебе будет не нужна дорогая машина, чтобы доказать свою крутость. Тебе будет не нужна премиальная сумочка, потому что глупо переплачивать за маркетинг. Тебе будут не нужны пластические операции, потому что ты умеешь принимать свое тело.

Миша и сам не заметил, как его начала иметь одна мысль: «У тебя должна быть идеально красивая женщина, пусть и пустая, главное, чтобы обложка была достойная». И ему стало дико страшно обделаться и привести на посиделки с друзьями в ресторан кого-то не по статусу. Не поймут!

С этими мыслями Миша подошел к девушке с профилем.

— Маша, привет! — сказал Миша.

Маша повернулась к Мише, и он на секунду завис, ведь внешне Маша была не просто девушка, а настоящая богиня. Точнее, богинесса! Как будто перед нами была не женщина, а экспериментальная маска из «Инстаграма». Было видно, что на Машином лице успели заработать все пластические хирурги Москвы. И не один раз. Опытный взгляд вашей рассказчицы приметил в ее скулах армию филлеров, которые сделали их острыми и точеными. Казалось, этими скулами можно разрезать Lustenberger Sbrinz, один из самых твердых швейцарских сыров. Или брать эти скулы с собой в поход вместо бритвы. Если бы Машин нос мог говорить, он бы издавал легкие хлюпающие звуки SOS, когда слышал слово «ринопластика». Да, он явно был знаком с этим явлением пластической хирургии.

Ее носик был узким, а ноздри словно прилипли к внутренней стенке. Выглядело это так, будто она втянула своим носом депешу с государственной тайной. И теперь ей нельзя было разжать ноздри, чтобы депеша не выпала и враг государства случайно не узнал чего-нибудь лишнего.

В ее губы был закачан не один миллилитр увеличивающих ингредиентов так, что верхняя губа тоже практически слилась во французском поцелуе с нижней частью носа. Если бы Маша отправляла воздушный поцелуй, его бы хватило на роту солдат.

Над нижней частью ее лица тоже как следует поработали: были вырезаны комки Биша (если вы не знаете, что это за операция, лучше и не знать), а «угол молодости» был тщательно вылизан то ли лифтингом, то ли скальпелем.

С волосами и ресницами все было понятно. Волосы до того, как их превратили в капсулы и повесили на Машу, явно принадлежали какой-нибудь Марии Валентиновне — сорокалетней женщине из села Охмурилово. Мария Валентиновна всю жизнь растила эти волосы, но ей не хватило денег, чтобы отпраздновать свое сорокалетие, поэтому пришлось, как в новелле «Дары волхвов», отрезать их и продать ради высшей цели: праздничной поляны для родственников.

Затем волосы Марии Валентиновны, за которые ей заплатили 3 тысячи рублей, подвергли обработке и привезли в московский салон красоты.

Где и нарастили Маше уже за 50 тысяч рублей. Надо сказать, что сама Мария Валентиновна никогда не была в Москве, зато ее волосы уже успели побывать в Монако, Австрии и на Мальдивах. Ах да, я же забыла вам рассказать еще про грудь и зубы. Ее зубы были такого белого цвета, как только что положенная краска на пешеходном переходе. Белизна была такой неестественной, что улыбка Маши даже пугала. Обычные люди с кремовыми, желтоватыми или сероватыми зубами считывали Машу как существо другого биологического вида, потому что у обычного гомо сапиенс не бывает таких белых зубов.

Белизна зубов устрашала до такой степени, что у некоторых человеческих самцов пропадало желание сношаться с такой белозубой самкой, потому что организм говорил: «Чувак, я не могу с этим спать. Это межвидовое скрещивание. Ей-богу, лучше притащи сюда колорадского жука — по крайней мере, он выглядит естественным». Оказаться в постели с самкой другого биологического вида никому из самцов не хочется. Если только он не девиант в девятом поколении.

Итак, ваша рассказчица уже изрядно утомилась, но осталось описать еще грудь. Хотя вы и сами можете обо всем догадаться: лучшие упругие импланты, стоящие сосочки, отсутствие белья. Эта грудь имела пугающе-идеальную форму. Мы-то с вами знаем: от всего, что