Читая стихи - Михаил Федорович Маваши
17. Наши сердца
Огня жаждут наши сердца!
Человек может получать вдохновение из огромного множества источников, так же как и мотивацию к действиям. Будь то действия физические, будь то на духовном или умственном уровне — изменить направление мышления, например. Но, сугубо на мой взгляд, все же фундаментальный, сакральный и переживший время источник вдохновения — это искусство. Живопись, скульптура, театр, литература (поэзия и проза), кинематограф, музыка (включая песни). В наше время именно песни стали занимать огромную часть среди источников вдохновения для молодых людей.
В 2012 году со мной очень хотел встретиться человек из Института социологии РАН. Этот институт по заказу Кремля делал сначала социологический опрос, а потом по результатам опроса давал оценку настроений в массах, как говорится. Суть была такой: откуда молодые парни в возрасте от 17 и до 30 лет вдохновляются и получают мотивацию к действиям, к кому прислушиваются, чье мнение учитывают — и так далее. И получилось у этого института вот так: берут они знания и вдохновение из музыки, на тот момент по большей части музыкой этой был русский рэп, а из русского рэпа по опросам я попал в топ-5 (у меня тогда был взлет карьеры).
И вот со мной решили побеседовать. Вышли на меня через Илью Дурманова — он концертный директор и админ группы «25/17», мы как раз за год до этого выпустили наш хит «Моя крепость». Илья мне рассказал про этот запрос на встречу и посоветовал, если я соглашусь, беседу вести крайне аккуратно (Кремль все-таки). На встречу я согласился — мне было интересно. Встретился.
Пришла женщина лет тридцати двух с диктофоном. Вопросы задавала витиеватые, на которые сложно было ответить в одном ключе, будто ответ уже заложен в сам вопрос. Мне было жутко интересно с точки зрения психологии. Спрашивала про мое отношение к Дмитрию Медведеву (он тогда был президентом), к ситуации в стране, про мою политическую позицию, про личностную мотивацию к написанию остросоциальных стихов и песен и много еще чего. Вопросы были круто и грамотно перемешаны: один-два простых о творчестве и планах, чтобы разболтать, а за ними сразу компрометирующий вопрос или неоднозначный в том, как на него ответить так, чтобы потом не понести ответственность. (Как раз тогда был разгар начала работы по 282-й статье, которая была и остается одной из самых прозрачных и «водянистых» статей УК РФ.)
Пообщались мы около двух часов. Я почти на все вопросы отвечал уклончиво и без конкретики. Я не виню эту даму за такой диалог: она социолог, это ее работа. А хотя, может, и не социолог вовсе — ну, вы знаете, «эти чекисты»… Куда делся потом этот наш разговор, я не знаю.
Зачем я согласился на него? Чтобы для себя убедиться еще больше в том, насколько песнями можно влиять на целый социум. Понять, насколько «они там» этим всем заинтересовались.