Читая стихи - Михаил Федорович Маваши
Иллюзии рушатся — и тем самым рушат твой мир. За последующие пять месяцев я дошел до самого дна… В январе 2017 года на мне поставили крест и заживо меня похоронили 90 % моих друзей и знакомых, даже мой отец поступил так же. Я сам уже почти сдался, хотел умереть и не мучиться. А потом, как я уже рассказывал, меня увезли в Воронеж. Спасибо еще раз всем, кто участвовал в этой непростой операции по моему спасению!
И вот июнь 2017 года, я сижу и пишу стихотворение «Невозможное возможно», в убитой квартире, без денег, но с крышей над головой, живой, здоровый, в меру сытый, а в ногах лежит 30-килограммовый Ахиллес и лижет мне пальцы. Я вспомнил все эти события — и родилось стихотворение, а потом и песня.
Сейчас август 2020 года, я пишу эту книгу. Я живу в хорошей квартире, я создал МАВАШИ group (стал писать альтернативную музыку с коллективом живых музыкантов), и за два года существования мы сделали огромный прорыв в творчестве (набираем обороты сейчас), у меня красавица и умница невеста Лера, она же главная вокалистка в МАВАШИ group. У нас с ней хороший автомобиль, у меня стабильный заработок, я запустил производство своего именного чая Шу Пуэр МАВАШИ и буду производить еще три сорта чая в будущем. Мои ресурсы растут с каждым днем, я вешу 90 кг, занимаюсь спортом, читаю книги, развиваюсь, а Ахиллес — самый красивый, умный, здоровый и счастливый пес на свете. Общение с отцом и братом я восстановил тоже. Мама счастлива как никогда.
Конечно же, без помощи людей я, вероятнее всего, и не справился бы, как знать? Но мне дали шанс поправить здоровье, и я им воспользовался в полной мере. А потом работал над собой, над творчеством, над стихами, как одержимый. Я пахал, как проклятый, не спал ночами, стремился к развитию, как жаждущий человек в пустыне стремится к глотку холодной воды. Я хотел вернуться, хотел жить, хотел писать. И я смог, хотя все мне говорили и в лицо, и за спиной, что это невозможно, а мне как человеку и как артисту пришел конец. Но невозможное возможно.
НЕВОЗМОЖНОЕ ВОЗМОЖНО А кто тебе вообще сказал, что будет легко? Сильным — испытания сильней, слабым — сил, но Сила далеко не в том, чтобы слабого сломить, Но сделать сильным слабого, почувствуй эту нить. Я прошел поножовщину, стрельбу и кражи. Лежал с разломанными щами средь многоэтажек. Я был бесстрашен! Так думал. Был безумен, так-то. Слабел, теряя силы, сердце замедляло такты. Терял доверие, здоровье, распустил рассудок. Ломал людей, ломал их судьбы. Двигал как ублюдок. И стоя в тупике, устав ломиться в эти стены, Смирился вроде как с бессилием — себе измена. Но что-то в каждом из нас, оно толкает к действию. И это что-то сказало мне: «Вставай и бейся!» Оно в тебе сейчас кричит, и взаперти так тошно. Легко не будет, но невозможное возможно! Я буду спорить с этим морем и не проспорю. Вода, бушуя, тащит в глубину обратно. Я был в агонии и заживо был похоронен, Но все же дожил и умножил силу многократно! И мне казалось, не гребу и планка не моя. И мне кричали, что я все сгубил и достаю до дна. И цель моя, мои идеи иллюзорны, в сущности. А я вот как-то не тонул и продолжал грести. Завязывай рассказывать себе о том, как ты несчастен. И людям не рассказывай, по большей части класть им. Твоя судьба, твоя дорога и этот день — он твой. И кем закончишь ты его — выбор за тобой. Смотря сквозь грязное стекло, я видел только грязь. Я вырос там, где все сдыхали ближе к вечеру. Мрази Стремления мои меняли в страх оценки. И вот я в главной роли стою — про обесценку сценка. Давайте выберем быть, а не казаться отныне. Есть шансы отыскать воды, блуждая по пустыне. Запомни — если тяжко, ты на правильном пути. А тех, кого простить не мог, обязательно прости. Я буду спорить с этим морем — и не проспорю. Вода, бушуя, тащит в глубину обратно. Я был в агонии и заживо был похоронен, Но все же дожил и умножил силу многократно! Мы забываем, что дорога между адом и раем Сложена телами наших близких. От истины краями уходя, друг друга убеждаем: Летать нам высоко, а падать низко. Ладонь преврати в кулак, свой свет в очаг. Любовь — в силы знак и неустанно