О войне читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 121

Александр Тутов в своей новой книге освещает малоизвестные события войны на Балканах. Герой повести, русский доброволец, врач по профессии, Алексей приезжает в Сараево, чтобы лечить и спасать, а не убивать, но в условиях войны он вынужден делать и то, и другое: оказывает помощь и своим, и чужим (мусульманам, хорватам, сербам) и участвует в боевых действиях. В самые критические минуты своей жизни он встречает девушку Раду, не зная еще, на чьей стороне она воюет. Эта встреча многое определяет в судьбах героев.Писатель ставит в повести вопрос, что делали в Югославии в 1992–1995 годах русские, почему там оказались и гибли в боях за Сербию? И отвечает на него, потому что он сам в эти годы был там…Мнение редакции не всегда совпадает с точкой зрения автора.

В книге рассказывается о боевой и политической деятельности Серебрянской подпольной комсомольской организации и 10-й Журавичской партизанской бригады на Гомельщине в годы Великой Отечественной войны, о руководстве партии вооруженной борьбой в тылу врага.

Рассказы для детей о храбром и смекалистом красноармейце Николае Кушеве

Книги 1 и 2: На долгие годы опустилась над Чехословакией черная тень фашистской оккупации. Но борьба с ненавистными захватчиками — борьба кровавая, бескомпромиссная — не прекращается ни на мгновение.Книга 3: Завершилась Вторая Мировая война. Но перед народом Чехословакии стоит непростая проблема — определить путь по которому идти дальше. И вновь герои романа «Это было в Праге» вынуждены бороться с врагами Родины, защищать завоеванное в смертельной борьбе с фашизмом.Роман знаменитого мастера отечественной остросюжетной литературы.

Развал великой империи, пылающий Кавказ. Забытая, брошенная на произвол судьбы советская ракетная часть. Судьбы русских офицеров — песчинки между жерновами армяно-азербайджанского конфликта.Как не изменить своей Родине под дулами автоматов? Как не изменить своей совести, когда автомат — уже в твоих руках? Как не изменить своей любви, если вокруг только ненависть, грязь и кровь?Как вернуться живым — с чужой войны?

Орешек, Нотебург, Шлиссельбург… Этой крепости, когда к ней подступили в 1941 году немцы, исполнилось уже шесть веков, но она вступила в бой и, захватчики так и не сумели одолеть ее. Древние стены, скрепленные веками русской истории и духовности, сумели выдержать обрушившуюся на них огневую мощь врага. О подвиге защитников Шлиссельбурга, о героической, но такой не простой судьбе старинной крепости, о чудесах и загадках ее истории, неотделимой от истории всего нашего государства и рассказывает эта книга.

Эта книга повествует о жизни офицеров в Богом забытом гарнизоне на задворках Советской Империи. События, происходившие там, — это и комедия, вплоть до фарса, и драма, вплоть до настоящих шекспировских страстей. Всего понемножку. Но все это было…О чем хотел рассказать автор? О том, чего нужно стыдиться, и о том, чем можно гордиться, — с какой стороны посмотреть. Какова главная мысль повествования? Не все то золото, что блестит, а среди разгильдяев встречается немало надежных и порядочных ребят.

Второй том избранного составляют произведения, в основу которых легли реальные события.Острота ситуаций, достоверность изображения позволяют автору раскрывать широкий диапазон проблем: преемственность патриотических традиций, утверждение наших моральных принципов, единение героического прошлого, с сегодняшним днем,Издание рассчитано на массового читателя.

Роман «Всегда настороже» — это хроника партизанской борьбы в чешских Бескидах в 1944–1945 годах. В этот горный район с тяжелыми боями прорвалась партизанская бригада имени Яна Жижки, ядро которой составляли советские бойцы и чехословацкие патриоты.Несмотря на огромные трудности, партизаны смело вступали в бой с врагами, уничтожали немецкие воинские эшелоны, взрывали мосты и склады.Автор создал запоминающиеся образы партизан, рассказал о людях, которые, рискуя жизнью, помогали бойцам бригады в их мужественной борьбе с оккупантами.

Роман, принадлежащий перу современного писателя, посвящен освободительной борьбе болгарского народа за свержение монархо-фашистского строя, участию БНА в разгроме гитлеровских полчищ в боевом содружестве с Советской Армией.Автор раскрывает причины и характер глубинных социальных конфликтов, приведших к вооруженному столкновению двух классовых группировок: буржуазии с ее аппаратом насилия и трудящихся масс Болгарии.Книга рассчитана на массового читателя.

В. Московкин — писатель преимущественно городской темы: пишет ли о ребятишках («Человек хотел добра», «Боевое поручение»), или о молодых людях, вступающих в жизнь («Как жизнь, Семен?», «Медовый месяц»); та же тема, из жизни города, в историческом романе «Потомок седьмой тысячи» (о ткачах Ярославской Большой мануфактуры), в повести «Тугова гора» (героическая и трагическая битва ярославцев с карательным татаро-монгольским отрядом). В эту книгу включены три повести: «Ремесленники», «Дорога в длинный день», «Не говори, что любишь». Первая рассказывает об учащихся ремесленного училища в годы войны, их наставнике — старом питерском рабочем, с помощью которого они хотят как можно скорее уйти на завод, чтобы вместе со взрослыми работать для фронта. В повести много светлых и грустных страниц, не обходится и без смешного. Две другие повести — о наших днях, о совестливости, об ответственности людей перед обществом, на какой бы служебной лесенке они ни находились. Мягкий юмор, ирония присущи письму автора.

По традиции этот номер «Роман-газеты» открывается портретом автора. Всмотритесь в лицо Нгуен Динь Тхи: как оно хорошо. В нем и душевная сила, и мужество, и великое благородство. Когда я впервые увидел Тхи, меня поразило именно его лицо: что-то было в этих чертах от героев вьетнамского эпоса, какими их воссоздали умельцы по лаку и дереву. Помню, в ту первую встречу Тхи говорил, что своеобразными символами сегодняшнего Вьетнама стали винтовка и велосипед. У всех за спиной винтовка: у крестьян, стоящих по колено в воде на рисовом поле, у рыбаков, осторожно ведущих свои джонки вдоль лесистых берегов, у рабочих… А велосипед? Он способен пройти там, куда не проникнет ни автомашина, ни двухколесная вьетнамская фура, а при дополнительной бамбуковой раме может взять треть тонны. «Шутка ли, треть тонны! — воскликнул Тхи. — Что хочешь, то и думай: где он, предел прочности!» — «Разумеется, не только вещи, но и человека?» — спросил кто-то из нас. «Именно человека! — ответил Тхи. — Он явил такое, во что не просто поверить…»Я невольно повторил: «Он явил такое…» Повторил и подумал: наверно, эти слова и о Нгуен Динь Тхи.Жизнь писателя воедино слилась с жизнью борющегося Вьетнама. Он родился в 1924 году. Его патриотическое сознание мужало в Ассоциации спасения родины, в которую он вступил юношей. Сын Вьетнама, Тхи все эти годы шел дорогами джунглей… Первое время — как боец-партизан, сражающийся с колонизацией французской, позже американской. Своеобразным военным дневником писателя в это время стали романы и повести, его рассказы, стихи, поэмы. Дневником, который возникал в окопах стрелкового взвода, в блиндажах ракетчиков, в подземных ангарах летчиков.Часто бывает так: поэт, начавший писать прозу, навсегда оставляет стихи. В творчестве Тхи поэт не противостоит романисту, а помогает ему. Прозаик учится у стихотворца точности и емкости языка, поэт у прозаика масштабности видения и мышления. Прозаик Тхи — автор книги рассказов «На берегу реки Ло», романов «Прорванные берега», «Вперёд, в атаку!», повестей «В огне» и «Линия фронта прочерчивает небо». Поэт Тхи — творец стихов, любимых народом, глубоко гражданских, философских, лирических, восславляющих подвиг Вьетнама. Человек деятельной мысли, Нгуен Динь Тхи всегда занимал высокое общественное положение в стране. Ныне он один из руководителей Ассоциации литературы и искусства, генеральный секретарь Союза писателей.Что характерно для творческого почерка прозаика Тхи? Он верит в ценность непосредственно виденного, в эмоциональную силу факта. Тхи как бы протоколирует войну, при этом нередко языком спокойно-будничным. Его увлекает хроника с ее достоверностью события, доподлинностью самого духа войны. Может показаться, что, творя таким образом, писатель самоограничивает себя, не использует всех прав, принадлежащих художнику издревле. Если подобное мнение возникает, оно неверно. Чем подлиннее выглядит произведение, тем большего умения требует от писателя. Особенно в такой трудной и своеобычной сфере художественного мастерства, как характеры. Тхи не просто рассказывает о событиях войны, он изображает людей, повествует о них психологически достоверно и глубоко.Батальная проза писателя, которую так убедительно характеризуют повести «В огне» и «Линия фронта прочерчивает небо», переносит нас на землю Вьетнама, дает возможность увидеть сражающийся народ, почувствовать глубину его трагедии. Сегодня во Вьетнаме нет человека, которого война не задела бы железным своим крылом. Поистине горе страны переплелось с личным горем ее сыновей и дочерей. Враг применил здесь знаменитую формулу угнетателей: разделяй и властвуй. Вьетнам был разделен, но враг не обрел над ним власти. Едва ли не впервые древний метод колонизаторов не сработал. Произошло это по воле соотечественников писателя, а точнее — благодаря таким, как Нгуен Динь Тхи. Первое, что говорит автор своими повестями: люди, заклеймите агрессора и помогите делу вьетнамского друга — война еще жжет живое тело его родины.Как ни коротка эта заметка, справедливо отметить труд переводчика. Наверное, надо быть верным своему призванию так, как верен ему Мариан Ткачев. Не раз и не два в год летит он в дальний конец планеты, пересекает страну отнюдь не по самым спокойным ее тропам с единственной целью добыть произведения, способные поведать советским людям о подвиге Вьетнама, — добыть из огня войны. Книга, которую предстоит прочесть читателю, такая книга.Савва Дангулов

«Афганки». Кто они? Авантюристки или героини? «Чекистки» или «афганские мадонны»? Пронизанные меркантильным расчётом добытчицы или безрассудные девчонки, из-за бесперспективности будущего в рабочих посёлках, из-за беспросветной нищеты в городах, из-за неудач в личной жизни в молодом пылу менявшие домашний уют на пропахшие порохом чужие южные горы? Какой мерой измерить военный подвиг тех, кто лечили наших солдат и офицеров от всевозможных болезней, при этом заражаясь и иногда — умирая; тех, кто, седея в 20 лет от увиденного ужаса, вырывали из пасти смерти раненых; тех, кто обстирывали, обшивали, обглаживали, обштопывали, обкармливали, печатали, звонили, телеграфировали, подбирали литературу, снабжали товаром, выступали на концертах, да и просто своим ухоженным видом поднимали настроение личного состава 40-й армии, не давая закиснуть в страшной рутине военных будней…»