Валерий Денисов - По кличке «Боксер»: Хроника времен культа личности
Но не только мертвый ни о чем не догадывался, и живой – Сатов – не ведал, что совершил свое последнее преступление. Это ему станет ясным лишь тогда, когда офицер, бегущий без шапки и без шинели, размахивающий над головой какой-то бумажкой, приблизится к толпе, окружившей грузовик.
Вот он уже совсем рядом, и звучит в морозном воздухе его наполненный тоской крик:
– Сталин умер!
Вздрогнула толпа и застыла: страшная весть сковала ее. Шапки будто ветром сдуло с голов. Жуткая тишина наполнила все пространство. Из чьих-то глаз покатилась слеза, кто-то; выйдя из оцепенения, украдкой перекрестился, кто-то низко опустил голову. А что Сатов? Его лицо окаменело в испуге. Всем существом своим он почувствовал, понял – это начало конца. Ему, за долгие годы тайной службы до тонкостей понявшему закулисный механизм существующей власти, было ясно как день: грядут большие перемены.
– Немедленно подготовьте мою машину! – приказал он офицеру, принесшему потрясшую всех весть. – Я еду в город…
* * *
– Не Сатов я, – зло бросил Боксер. – Ошибаешься, гражданин начальник. И не было ничего, не было.
Нет, все было так, как изложено в этой повести. Было… было… было…