Николай Пряничников - Золотой гроб

— Я понимаю одно — не обращая внимания на слова товарища, стал размышлять вслух Михаил — хлопцы сверху к нам не сунутся, поскольку понимают, что, коль скоро, выстрелы уж прозвучали, то и от нас они могут получить пулю.

— Какая пуля, Миша, ты о чем?! В тюрьму хочешь загреметь? — убежденно заговорил Валерий — Ты пойми, Михаил, они же из милици — и! Не будем же мы вечно пропадать в этом подземелье, и дожидаться пока они уедут?! Они не уедут, а будут сидеть там наверху, и ждать нас тепленьких и с поднятыми руками. Надо сдаваться, отдать им все, что ты нашел Иван, и уезжать отсюда. И чем быстрее мы это сделаем, тем будет лучше. Пока еще дело не зашло совсем далеко, мы можем все свести как к какому — нибудь недоразумению.

— Это бандиты, Валера — сказал Михаил. Неужели тебе это еще не понятно? Это о них рассказывал Александр.

— Валера, а ты не обратил внимания, что в нас они уже стреляли! — поддержал я друга — Они стреляли в нас, стреляли в ребят, которые были на плоту, и я не знаю — живы ли они теперь? Ты считаешь, что они нас отпустят восвояси, даже если и отдадим им найденное?

— В общем так, я знаю выход…

После этого я кратко и довольно сбивчиво рассказал парням и о подземном ходе под Керженцем, и о том, что попытался затопить галерею, когда выносил остатки клада из склепа. Не забыл упомянуть и о 'хитром' столбе, стоящем посреди прохода в галерее. И сказал, что если поторопиться, то шанс выйти отсюда у нас есть. Если галерея и затоплена, то 25 метров под водой каждый из нас проплывет. А если не в состоянии проплыть (я подумал об Игоре), то прежде чем прыгнуть сюда, захватил это — я кивнул на тугую связку крепкой и капроновой веревки.

Наши прения были прерваны скинутой сверху горящей автомобильной покрышкой. Гудя от пламени, она рухнула на пол, и по подземелью пополз едкий удушливый смрад. Наверное, покрышки они взяли с кузова, ржавеющего на краю поляны грузовика? Я вспомнил, что этих покрышек там навалено штук пять. Хотя, и одной вполне хватит, чтобы выкурить нас отсюда.

Володя схватил лопату, оставленную хлопцами, поддел накиданную при разгребании обвала землю и стал издали бросать ее на покрышку. Сверху прозвучала автоматная очередь, и посыпались крошки кирпича. Пули вонзились в песок вокруг покрышки, но мы для пуль были недосягаемы. С одной стороны автошины пламя сбить удалось, но она продолжала гореть и извергать угарный чад изнутри.

Я с ужасом подумал, если сверху кинут гранату, то дело совсем плохо… Слава богу, гранат у хлопцев не было?

Дышать стало трудно, слезились глаза. Вовка выкинул руку вперед, пытаясь заступом зацепить дымящуюся автопокрышку и втянуть его в галерею. Сверху раздался выстрел, пуля попала в рукоятку лопаты, и от нее откололся значительный кусок дерева.

— Эй, вы! — послышался голос, принадлежавший Саньку. — Ну, вы поняли, что у вас нет выхода? Вылезайте сюда, базар будет.

— Базарь сразу, чего хотите? — поддержал я сленг Санька.

— Чего вы нашли в подземелье и откуда узнали, что там хранится?

— Мы ничего и не знаем… — крикнул Саньку Валерий.

— Не знаете?! А откуда иконы и серебреные штофы? И вообще, с какого хрена вы начали здесь копать? — допытывался насмешливым голосом Санек. После конфуза на берегу его тональности была переполнена издёвкой.

— Слушай, Санек, а ты не понимаешь, что твои друзья у нас в руках? И если вы будете что — то предпринимать в отношении нас — то пострадают и они? — задал я Саньку вопрос.

— Другом больше, другом меньше — не раздумывая, ответил Санек. — В общем, что такое хлор пикрин знаете?

— Ну!

— Через час — полтора наши хлопцы доставят сюда парочку шашек, и мы вас ими угостим. Поэтому, поднимайтесь наверх, пока не поздно и будем базарить. — По одному! — на всякий случай добавил он, как будто мы и в правду, могли появиться из ямы лавиной, как тараканы?!

Хлор пикрин я помнил еще по военному училищу, где нас 'окуривали' этим газом и помилуй бог, если на тебе не плотно сидит противогаз?!

— Базарь сам с собой, придурок, — крикнул ему Вовка — жаль я тебе шею не свернул. Но я надеюсь, что у меня еще будет такая возможность?!

— Надежда умирает последней! — крикнул Санек и после этих слов, к нам под ноги полетела еще одна горящая шина. Она ударилась о земляной пол, подскочила, покатилась по проходу, ведущему в сторону реки, упала в колодец с водой и там с шипом утонула.

— Сука! — не выдержал Вовка!

Начало покалывать в висках, наверное, от дыма. Еще десять минут этой душегубки и мы, не дожидаясь обещанной Саньком газовой атаки, все угорим от скопившегося в подземелье марева от коптившего колеса. Володя почти полностью забросал его землей, но дым предательски вырывался из — под песка.

— Пиролиз — сказал Михаил

— Чего?

— Пиролиз говорю, горение без доступа кислорода.

— Да, да — в рассеянности сказал я, — пошли, ребята. Мы медленно отступали в глубь подземелья.

Обвал все — таки произошел на всю длину галереи, от выбитой мною двери до пробитого нами в стене входа в боковую галерею. Я осмотрел нору, выкопанную в завале хлопцами. Она была довольно просторной, но такой длиной, что луч фонаря не смог высветить ее конец. Я обернулся к поэту:

— Игорек, настала пора испытаний. Ты самый юркий из нас, имею в виду габариты. Слазь и посмотри там, что к чему?…. Если лаз действительно насквозь, то не возвращайся, стой на месте и жди нас.

Игорь, ни слова не говоря, взял у меня фонарь, встал на четвереньки и скрылся в темной норе, за собой он тащил свой рюкзак. Через пару минут мы услышали его глухой голос: — проход метров пятнадцать, широкий, никто не застрянет…

— Иван — продолжал он. Вы лезьте сюда, а я проверю, — что там с галереей? Насчет столба помню.

— Все ребята, пошли — сказал я, кивая на нору. Владимир оставил лопату и полез в зияющее отверстие.

— Смотри, не застрянь там, — сказал я нашему великану.

Володя улыбнулся. Я подумал, что если ребята сохраняют способность к улыбке, мы вырвемся отсюда. В это мгновение мне показалось, что со стороны треугольника, куда мы загнали двоих Палычевских землекопов, донесся подозрительный звук. Михаил также его услышал и насторожился. Звук повторился вновь, и мы отчетливо услышали какую то кирпичную возню. Значит, Серому и его компании надоело бездействовать, и они все — таки рискнули расчистить проход и высунуться из своего треугольника?

— Миша их надо задержать.

Мишка шагнул за поворот галереи и скрылся в темноте. Затем я услышал его голос:

'мы вам говорили, что будем стрелять?! Не обессудьте, господа бандиты. После этого я услышал сначала три, потом еще два глухих хлопка выстрела. Через пару секунд ответные, еще более глухие два хлопка. Вернулся возбужденный Михаил