Под чадрой Ирана. Рассказы о жизни в современной Персии - Тамара Концевая
Сидела, значит, у камина и думу думала. Ехать на такси в деревню Субатан за 85 озвученных долларов даже не собиралась. За такую сумму я в самолёте летаю! Поэтому с лёгкостью выбросила из головы дурные мысли. А поеду завтра в городок Асалем. Потом в Хальхаль. А затем куда Бог направит! Но эту тему надо будет обсудить с работником, который лепетал английский вроде меня, а он только завтра явится. Хотя на сегодняшний день событий было столько, что казалось, я уже всё видела. Время позднее, оставалось пойти отдыхать от нагромождения мыслей и лёгкой физической усталости.
В тот момент, когда собиралась подняться к себе, произошло чудо.
Рассказ 4. Чудеса случаются
Я не знаю как ещё назвать случившееся в тот вечер. Разве только подарком Вселенной, не иначе.
В ресторан, где распивала чаи перед отправлением в номер, как явление Христа вошли двое, один из них мужчина в возрасте до сорока лет. В его глазах сверкали озорные искры, открытая улыбка играла во всё лицо, добродушный облик говорил сам за себя. Прямо с двери он направился ко мне, и уверенно, перебив мой диалог с официантом, обратился многословной тирадой:
– Ты русская? Что ты здесь делаешь? Путешествуешь? Одна? Это как? Совсем одна? Говоришь на фарси? Нет? А как же путешествуешь? Первый день в Иране? А почему сразу в Талеш, а не в Тегеран? Туда все туристы едут. Талышские горы хочешь увидеть? Деревни горные? Знаешь, я восемь лет езжу в Иран по делам бизнеса, а в этом ресторане иногда ужинаю и сейчас на ужин пришел, но ни разу в Талеше не видел русских. Я вчера приехал из России. Я тоже россиянин, но я талыш по национальности, хоть родился и вырос в Санкт-Петербурге. Мой отец из Ленкорани, я знаю талышский язык. Здесь живут талыши, это несколько регионов Ирана. Во время русско-иранской войны часть наших исторических земель отошла русскому царю, но у нас здесь остались дальние родственники по отцу и мы поддерживаем связь. Иран ещё и страна моих друзей. За эти восемь лет общения с ними я выучил язык фарси. Очень трудно было, меня учил мой родственник. Но удивительно то, что чувствую себя россиянином, чувствую себя петербуржцем. Я люблю мою родину.
Патриот моей страны снял куртку и повесил её на спинку стула, при этом заказал ужин, одновременно продолжая свой монолог.
– Ты знаешь, меня Парвиз зовут. Я многим туристам помогал в Тегеране, почему-то у них у всех были проблемы. Я не хочу, чтобы ты, то есть моя землячка, страдала в этой стране. Какой план у тебя назавтра? В Субатан хотела ехать? Я пришлю машину с утра, водитель отвезёт тебя в Субатан. Ты ему ничего не плати, я всё сделаю сам, это мой друг. У меня много друзей в каждом городе. В Талеше буду несколько дней, потом в другой город поеду в зависимости от работы. У меня бизнес в торговле с Ираном. Самое главное, ты меня не бойся. Иран – очень верующая страна, правила у них строгие, преступность минимальная. Тут тебя никто пальцем не тронет, а проблемы у туристов другого характера. То у них денег не хватило, то отель не могут найти, а там вещи, то таксисты наглеют по отношению к ним. Талеш совсем нетуристическое место. Тебе не надо туристическое? А, вон что! Ты фотографии красивые в интернете видела! А теперь в реальности хочешь глянуть? За отель ты уже заплатила? Тогда сегодня оставайся ночевать тут, а завтра утром с вещами на выход. Да не пугайся ты! Вещи в машину кинешь, в Субатан съездите, а в обед вернётесь в Талеш, сразу позвоните. Я приеду и всё обговорим. Завтра виллу хочу снять на несколько дней, родственник ещё прибудет из Кума. Будет тебе отдельная комната. За несколько дней привыкнешь к стране, а там сама решишь что делать. Если бы ты приехала в гости или по работе, то я бы не переживал, а вот туристам надо помогать. Человек едет за свои деньги, чтобы только увидеть чужую страну. Ни родственников, ни друзей, ни языка. Почётно. Помогать надо. Это сильно. А другому типу до магазина лень сходить. Извини, забыл представить. Это мой водитель. Называй его Миша для простоты общения.
Молодой человек с приятным лицом, невысокого роста и выраженным намёком на стильную молодёжь всё это время разговаривал в стороне, но услышав своё имя, резко повернул голову к нам, встряхнув модной стрижкой, и улыбнулся.
Мой земляк мог бы ещё многое сказать, но тут принесли ужин на троих. Я сопротивлялась, успев до прихода мужчин выпить бутылку молока с очень сладкими круассанами. Парвиз ничего не хотел слушать. Ужин состоялся. Я пыталась заплатить за себя, но мой земляк так на меня глянул, что я чуть в пол не ушла. Мне пришлось прислушаться к его словам и согласиться с ним, как с мужчиной, который хорошо знает Иран. Парвиз уверенно заявил, что я должна придерживаться его компании, во всяком случае, сейчас. Я интуитивно почувствовала, что этот человек не подведёт.
Встреча с петербуржцем стала судьбоносной. Он спутал все мои планы и повернул течение ожидаемых событий в иное русло. Город на севере Ирана между берегом Каспийского моря и Талышскими горами ознаменовал себя встречей с талышом российского происхождения. Дальнейшие события наворачивались как снежный ком.
Рассказ 5. Иранский вояж русской авантюристки набирает обороты
С утра, как условились с моим земляком, упаковала вещи в сумку и в нетерпении ожидала обещанную машину у отеля, но все они проскакивали мимо, не задерживаясь ни на мгновение, и каждую из них я провожала очередным тоскливым взглядом. Я нервничала, заходила в отель, снова выходила и изо всех сил мозолила глаза водителям, чтобы кто-нибудь узнал во мне свою пассажирку. Но даже имея на голове мексиканскую шляпу, которая на весь Иран единственная, и является верным отличием иностранки среди талышей, меня никто не узнавал. Даже табличка на грудь не помогла бы!
– Но не может быть, чтобы вчерашний разговор оказался злой шуткой. Я смотрела в глаза тому человеку, слушала его пламенную речь и безоговорочно поверила в искренность обещаний.
Прошёл час, когда осмелилась позвонить Парвизу и вывести его на чистоту. Сотрудники отеля набрали номер, тот сонно взял трубку.
– Так значит, ты спишь, а я жду? В шесть утра с кровати спрыгнула, чтобы Субатан увидеть! Всю ночь эта деревня мне виделась! Это же надо? Спит!
Тут петербуржец слегка проснулся и заявил, что ровно час назад водитель присланной им машины позвонил и доложил, что ждёт меня у отеля. Я онемела.
– Как ждёт? Где ждёт? Вдоль обочин стоят машины, но как я узнаю мою? К тому же все машины белого цвета и одной модели от местного автопрома. Почему он не вошёл в отель? Почему не спросил обо мне, как положено?
Парвиз совсем не нервничал в отличие от меня, это же не он проснулся в шесть утра, и не он одиноким маятником больше часа фигурирует вдоль дороги, машет шляпой каждой проезжающей машине, вызывая недоумённое удивление на лицах водителей.
Мой земляк приехал через полчаса и без задержки прошёл к одной из машин. Там сидел водитель, терпеливо ожидая в течение двух часов пассажирку из России.
Я потрясена! Неужели водитель думал, что я найду его машину среди десятка совершенно одинаковых легковушек местного производства? Почему он элементарно не вышел из машины и не огляделся по сторонам? Почему он меня не искал? А когда мы ехали в деревню Субатан, то он подпрыгивал от каждого моего восклицания типа «Ой!», «Ах!», «А!», при этом вопросительно оглядывался на меня с испуганным лицом.
В эти моменты он вилял по дороге, которая и без того вилась серпантином. Я быстро поняла, если хочешь жить, то не восхищайся! Это позже узнала, что водитель не в меру стеснительный.
– С ума сойти! Стеснительный! А как он живёт?
Но как бы там ни было, с машиной он управлялся ловко.
Хороши Талышские горы! Поросшие дубовыми рощами, они возвышались по обе стороны от дороги могучими зелёными стенами, иногда горы расступались чистыми