Под чадрой Ирана. Рассказы о жизни в современной Персии - Тамара Концевая
Погода нынче радовала, нам предстояла долгая дорога в священный город Кум. Снова маковые поля замелькали, хоть и не было той обильной красноты, которую я себе рисовала, но цветущие в меру поля приветствовали меня за окном. Потом разлились поляны голубых цветов, где я и Саджади ходили по синему ковру. Затем показались поля ярких жёлтых цветов, и снова мы вышли фотографироваться среди желтизны, дальше потянулись великолепные горы с отарами овец по сочной зелени. Бесконечно менялся пейзаж, я устала восхищаться, только изредка восклицала, когда совсем промолчать не могла. Парвиз как-то насторожился, заволновался:
– Почему молчишь? Так дело не пойдёт! Тебе что? Ничего не нравится? Я переживаю! Даже сон не идёт! Давай что-нибудь перекусим.
У нас с собой всегда был в машине пакет с вафлями, печеньем, соком, халвой на случай долгой дороги и внезапного голода. Но голод в нашей компании как-то категорически не допускался, а долгая дорога всегда проходила мимо шашлычной или ресторана. А что пакету попусту лежать? Мы его постоянно теребили, выуживая всякие вкусняшки. Парвиз кормил Сашу, пока тот рулил, а я отвечала за своевременную подачу печенья и халвы.
Ближе к Куму замелькали города с мечетями и золотыми минаретами, даже граффити на бетонных оградах имелись, движение на трассе уплотнилось, появилась разделительная полоса с газонами. Постепенно опустился вечер, и наступила ночь. Священный город Кум светящейся огненной полосой показался вдалеке. Саджади произнёс:
– Тамара ханум, смотри! Это город Гом! Здесь я учился в университете мусульманского богословия имени аятоллы Хомейни, здесь живу и работаю. Гом (так называют Кум иранцы) – родина исламской революции, особый город, это Мекка для верующих шиитов не только Ирана, здесь хранятся святыни, к которым стремятся паломники со всего мира. Гом – это город учёных, политиков, людей искусства и очень набожных иранцев.
Слушая Саджади, испытывала гордость за своего друга. Ежедневно я находилась в обществе имама, учёного богослова и замечательного человека. Это ли не удача? Это ли не провидение судьбы? Прав Парвиз, который всякий раз говорил мне:
– Тебе очень повезло. Бог тебя любит. Ты даже не осознаёшь, насколько тебе повезло, что все мы вместе. Вернёшься домой, почитай историю шиизма, почитай о городе Кум. Многое станет понятнее.
О своём исламском образовании он рассказал много позже, но его знания о религии шиитов были налицо, и я отмечала данный факт ежедневно.
Рассказ 17. Ночь в священном городе Кум
Домочадцы нашего Саджади живут в Куме, по месту работы главы семьи. Я была уверена, что по приезде в город, к тому же ночью, мы с Парвизом поселимся куда-нибудь на ночлег, а Саша поспешит домой, но я ошибалась. Наш друг заявил, что сначала поужинаем, это как ритуал, потом покажет ночной город, только после того поедет домой. Свою супругу он предупредил, она не волнуется, но я понимала, как ему хотелось в семью, как он торопился скорее приехать в свой родной Кум.
В дороге Саджади часто повторял, что скучает по дому и не может долго находиться вдали от своей семьи. Несмотря ни на что пообещал, если приедем в Кум днём, провезёт нас по городу для меня. Ответственность за свои поступки у этого человека столь высока, что первым делом решил выполнить своё обещание, хотя ночь уже наступила, и он изрядно устал сидеть за рулём.
Саджади является имамом, но не тем, которым строят великолепные мавзолеи на века и в их честь возводят мечети. Таких шиитских имамов всего двенадцать, их имена записаны в богословиях, они считаются пророками и проводниками между Богом и человеком. Саджади, так называемый «малый имам», то есть принадлежит к духовенству, и одновременно с изучением богословских наук может заниматься любым родом деятельности. Ещё со времени своего детства он ежедневно совершал намаз, а в годы отрочества, имея уже специальное образование, читал всеобщие молитвы в мечети. О его занятии, кроме изучения ислама, ничего не знаю. Друзья в известность меня не ставили, а сама расспрашивать не стала. Знаю только, что занимает пост политика в Куме. Перед тем, как начать эту книгу, я спросила у Саши разрешение на рассказ о нём. С его согласия пишу.
Знаете, мне постоянно хочется рассказывать о моей компании, наверное, в этом есть смысл. Общение с людьми другой культуры и религии ежедневно обогащало знаниями. Поведение друзей, их мысли, характеры открывали целый удивительный мир. Даже если говорить только о наших взаимоотношениях, то это стало бы не менее интересно, чем рассказ о посещении священных мавзолеев и наслаждении от чарующих природных ландшафтов. Теперь вот в Кум приехали, а это иная планета и новый рассказ.
Город светился переливчатыми огнями, но только в него въехали, как весь лоск священного ночного Кума рассеялся. Невыразительные, стоящие сплошной стеной дома тянулись по обеим сторонам улиц. Плотный транспортный поток едва двигался, скопление людей казалось катастрофичным. Сегодня 28 апреля, преддверие великого праздника мусульман – Дня рождения имама Махди, двенадцатого шиитского имама, последнего преемника пророка Мухаммеда – который отмечают второго мая, при этом дни подготовки тоже похожи на праздник.
Совсем не важно, как мы, христиане, воспринимаем эти имена и даты. Достаточно сказать, что мероприятие равносильно, как если бы мы отмечали День рождения Христа. Весомость события чувствует каждый верующий. Имам Махди в исламе – своего рода мессия, который живёт среди нас, поныне является имамом и явится всем перед концом света. Недаром первоначально Махди отождествлялся с пророком Иисусом, сейчас представляется в отдельном образе. Сам же город Кум – мировой центр ислама – сравни Ватикану для христиан католиков. Поэтому для шиитов Кум – важный центр паломничества после Мекки и Мешхеда. Всеми этими обстоятельствами легко объяснялись события в городе – паломники заполнили его в ожидании праздника.
Мужчины в тюрбанах и коричневых накидках вроде халатов отличались особой важностью без налёта праздности, а женщины все как одна укутаны в чёрную длинную до пят чадру. Саджади пояснил, что мужчины в тёмных накидках – это богословы, изучающие ислам, у него тоже есть подобное платье, которое носит, находясь в своём городе. Не зря Парвиз ещё два дня назад предупредил меня:
– По прибытии в город Кум наденешь длинное платье и никаких сарафанов с брюками. Трудно объяснить причину, сама увидишь и поймёшь.
Действительно, в городе витает атмосфера глубокой набожности, невольно проникаешься уважением к столь верующим шиитам, и уже самой хочется укутаться с головы до ног, чтобы никак не выделяться в общем строю и не привлекать к себе взгляды женщин, поголовно замотанных в чадры. Это вам не талышские красотки с бантами и ниспадающими локонами из-под платка!
Ночная суета и хаос на проезжей части не стоили моего внимания в сравнении с сияющим вдали куполом. Чем ближе мы приближались, тем ярче светили гирлянды огней на минаретах, и тем быстрее разочарование сменялось восхищением.
Комплекс мечетей и мавзолеев в центре священного города
Комплексы грандиозных мечетей, подсвеченные тёплым светом с тысячами съехавшимися паломниками, захватили моё внимание, но Саджади успокоил:
– Тамара ханум, здесь находится мавзолей святой Фатимы Масумы, но сегодня мы поедем на гору в мечеть Джамкаран. Это далеко. Завтра днём самостоятельно посмотришь мавзолей непорочной Масумы, это центр города. У тебя будет время.
Бог мой! Все эти сложные имена святых и названия мечетей, мавзолеев путались в моей голове, они никак не запоминались. Я то и дело доставала свой дневник и на ходу куриным почерком делала пометки для себя. Центр Кума казался каким-то диковинным и невероятно захватывающим местом, но Саша повёз нас мимо, на священную гору, где высоко на фоне ночного неба светилась причудливо мечеть. Зигзагообразный путь по склону изредка подсвечивался зеленоватыми огнями, и несмотря на очень позднее время, к мечети поднимались люди.
Трудно было вырулить среди транспортных пробок, но мы это сделали, максимально поднявшись на холм, и встали на автомобильной стоянке. Внизу простирался Кум, даже за шесть километров от центра города чётко прорисовывался комплекс мечетей с гирляндами огней. Для меня этот город с мечетями, медресе, пением муэдзинов походил на спектакулярное представление. С неподдающимся описанию