Возвращение к истокам - Андрей Сергеевич Минин

— Чуть не опоздал! — Такими словами встретили меня друзья. Я же просто отмахнулся — «ну не опоздал же!» — и стал осматриваться.

Вокзал, не смотря на темное время суток (полночь) — переполнен. Снег под ногами превращен в серо-желтую «кашу». Поезд уже на путях, но посадку пока не объявляли. Командир тепловоза — машинист и его команда обходили состав и проверяли работоспособность узлов. Из-под вагонов во многих местах парило. На пути капал тягучий деготь и масло. Пахло разогретым металлом и резиной. Ржавчиной и кровью, что закономерно. Обшивка вагонов имела заваренные на скорую руку пробоины от когтей тварей выскакивающих на поезд во время пути. Следы проклятий (ведьмы) и неудачных попыток грабежа.

Ненароком я присмотрелся к машинисту в ранге бакалавра. За ним с интересом наблюдал не только я, но и все вокруг меня. И дети и взрослые.

Прикасаясь к составу — он убирал самые грубые огрехи нерадивых рабочих. Металл под его руками плыл кипящей водой, а ржа осыпалась. Похожей силой владел главный механик крейсера «Младший магистр» — майор Ифий. Видел его за работой после взрыва котла в машинном отделении. Впечатляет.

— Твои вещи погрузили в багажный вагон, — проворчал Титий, вынужденно припрыгивающий на одной ноге, так как ее отдавил проходящий мимо грузный мужчина, что хоть испуганно и извинился — а как же, наступил на ногу магу — и все же, приятного мало.

— Спасибо что присмотрел. Я был занят.

— Да не за что, — проводил он задумчивым взглядом строй заключенных скованных одной цепью.

Серые фуфайки из которых местами торчит пух. Пришитые к ним бирки с номерами. Валенки на ногах. Изможденные лица. Потухший взгляд вспыхивающий голодом при виде торговых рядов с выстроенными на них пирамидами из теплых пирожков расхватываемых на раз-два.

— Этапируют на каторгу, как думаешь?

— Наверняка.

Ирга сморщила носик. Заключенных провели рядом с нами. Запах немытых тел это нечто…

Заметив кое-что, я решил поинтересоваться у нее.

— Стесняюсь спросить, не разорился ли Титий покупая тебе эту шубу?

Девушка принарядилась. Сменила подаренную мной сугубо практичную вещь на наряд королевы, сотканный казалось из снега. Белоснежная шубка выглядела мило и ОЧЕНЬ дорого. Пахла магией и глубокими карманами.

— Он знает как угодить своей девушке, — обняла моего друга Ирга, чмокнув его в красную из-за мороза щеку. — А вот знаешь ли ты?

— Ты это о чем?

Она закатила глаза.

— Рогеде подарок купил?

Я кивнул.

— И какой? — С ощутимым любопытством осмотрела она мой ручной саквояж.

— Большая плитка меда с застывшими в нем орехами и изюмом. Вкуснятина.

Ирга рассмеялась, а я переглянулся с Титием. Тот пожал плечами. Чем плох мед? Хороший же подарок. Вкусный. А для драгоценностей наши отношения слишком непостоянны.

Гудок и двери поезда открываются. Проводники покидают теплые вагоны, спускают на глаза очки-артефакты и начинают проверять пассажиров и их билеты. К ним выстраиваются очереди. Крики. Визги детей. Лай собак. Толкучка. И споры.

— Мам, верхняя полка моя!

— Нет моя!

— Пап, скажи ему?

— Тихо, дети!

— МЯУ! — Перебил их рыжий котяра запертый в клетке и тоже считавший что верхняя полка достанется ему.

А потом раздался чей-то пронзительный крик вдалеке.

— Обокрали! Люди! ЛЮДИ!

Кто бы ни кричал, его услышали. Полицейский свисток. Окрик — «Стой!»… и погоня за каким-то ушлым малым.

— Поможем? — Азартно предложил Титий, потерев костяшки на кулаке.

— Какая ведьма тебя покусала⁈ — Спрашивает его Ирга, придерживая за руку. — Дурак!

Но наша помощь не понадобилась.

Молодой парнишка в форме и при погонах капрала полиции бежит так, словно ему на пятки наступает смерть. Подножка! Подозреваемый падает на грязный снег. Пытается уйти кувырком, но получает ботинком в лицо. Вскрик! Капрал хекает и с довольной улыбкой заламывает человеку руки. А подоспевшие на помощь молодому — сослуживцы — выворачивают задержанному карманы, бросая их содержимое на снег.

— Ага!

С опозданием появляется наевший пузико потерпевший.

— Это мой, МОЙ кошелек! Вот, — указывает он на кожаную сумочку с вышитыми по ней инициалами.

— Попался, бродяга, — похлопали взвывшего от досады воришку по плечу сотрудники полиции. — Теперь не отвертишься.

— Идем, — подтолкнула нас Ирга в сторону нашего вагона. — Хватит топтаться на месте. Ночь на дворе.

Она зевает.

Десятый вагон. Помимо проводника рядом с составом стоит еще один человек в форменной шинели железных дорог и в звании лейтенанта. Это начальник поезда. Пожилой уже маг в ранге ученика. Стоит и дымит сигаретой не обращая на нас никакого внимания. Весь ушел «в себя».

— Ваши билеты, пожалуйста, — обращается к нам проводник, выделяя глазами меня, мой медальон на шее и кольцо на пальце — светящееся каким-то яростным солнечным светом.

— Вот, — передал я ему стопку бумаг. — Там и билеты, и накладные на груз. Да много чего… Изучите.

— Ох, — почесал он прыщавый лоб под шапкой, осознав что ему придется помочь мне и проконтролировать разгрузку аж трех вагонов с моими личными вещами. Два вагона это строительные материалы — сухой лес, кирпич, стекло, гвозди и подобное. А один вагон — вывезенное мной имущество из-за моря.

На его лице так и читалось: «Задали же вы мне задачку, господин хороший».

Оторвав корешки от билетов, он вернул их нам.

— Все в порядке. Проходите. Первое и второе купе ваши.

— Спасибо.

— Кай, а где наши солдатики? — Спросила меня Ирга, пока Титий помогал ей подняться по железной лесенке и не испачкать шубу.

— В конце состава. Дешевые бесплатные места для служащих железных дорог где-то там. И хорошо что ты мне о них напомнила. Навещу-ка я их чуть позже.

— Хочешь, я этим займусь? — Предложил Титий.

Я хлопнул его по плечу.

— Отдыхай пока. И ты, Ирга. В Плешь мы приедем рано утром. Вы понадобитесь мне там свежими и выспавшимися.

— Хорошо тебе, — посмотрела на мою серую кожу девушка. — Три часа сна и ты снова бодр.

— Не завидуй, — щелкнул я ее по носу и быстренько закрыл перед ее разъяренным лицом дверь своего купе, придерживая ее рукой, а то она попыталась его открыть, слыша как я смеюсь.

— Напомни мне плюнуть в тебя ядовитым плевком завтра! — Услышал я ее