Мое влечение - Кирра Вейн

А потом он так же резко отстранился, как и начал. Выдохнул. Прикрыл на секунду глаза, выпрямился, захлопнул дверь. Обошёл машину, сел на своё место, завёл двигатель.

Как будто ничего не было.

Его военная выдержка снова встала на место — невозмутимая, каменная. Я сидела, прижимая руку к груди, и не могла привести дыхание в порядок.

«Да боже мой! Почему я так реагирую на этого мужчину? — пронеслось в голове. — Почему от одного его поцелуя у меня всё переворачивается?»

Мы выехали с парковки аэропорта и двинулись в сторону моего дома. Дождь барабанил по крыше, дворники смахивали капли с лобового стекла, и я смотрела в окно, пытаясь успокоиться.

— Я привезла тебе сувенир из Сибири, — сказала я, чтобы нарушить тишину.

Он быстро глянул в мою сторону, и на его губах мелькнула лёгкая улыбка.

— Спасибо, — сказал он, но в голосе не было любопытства.

— Даже не хочешь узнать, что это? — не унималась я.

— И что это? — спросил он, делая вид, что ему интересно.

— А вот и не скажу! — я хитро прищурилась. — Сам посмотришь, когда приедем.

Он хмыкнул, но я заметила, как его взгляд стал чуть теплее.

— Устала? — спросил он через пару минут.

— Нет, — ответила я честно. — Бодра и весела.

Он посмотрел на меня таким пристальным, тяжёлым взглядом.

— Это очень хорошо, — сказал он, его голос прозвучал низко, с явным подтекстом.

Я вся собралась в комок от предвкушения. В салоне повисла густая, электрическая тишина, которая бывает перед сильной грозой.

Мы доехали до моего дома. Он вышел, вытащил чемодан из багажника и понёс его к подъезду. Я шла за ним, чувствуя, как сердце колотится всё сильнее с каждым шагом.

Третий этаж. Дверь. Я открыла замок, мы зашли в квартиру, и я закрыла за нами дверь.

И в этот момент он резко развернул меня на 180 градусов, припечатав спиной к стене.

— Наконец-то, — почти прорычал Руслан.

Внизу живота всё зашевелилось от его голоса.

— Я уже устал дрочить на твои фотки, — выдохнул он.

Он подхватил меня под бёдра и понёс к кровати, не обращая внимания на то, что я пыталась сказать.

— Руслан, я с дороги, хочу освежиться, — сказала я, подрагивая от его напора.

— Нет, — отрезал он резко.

— Нет? — переспросила я, немного испугавшись его голоса.

— Нет! — и начал яростно стягивать с меня одежду.

Я немного запаниковала — от его силы, от того, как он сдирал с меня вещи, словно они были ему врагами.

— Тише, тише, Руслан, — сказала я, пытаясь перехватить его руки.

Он замер на секунду, глядя мне в глаза.

— Прости, маленькая, — сказал он, и голос его дрогнул. — Но мне похуй на твои водные процедуры. Я сейчас взорвусь.

И снова накинулся на мои губы, пожирая их, как будто мы расставались на годы. Одежда летела в разные стороны — его футболка, моя кофта, его джинсы, мои джинсы. Я не успевала ничего соображать, меня просто накрыло этим бульдозером — его руки, его губы, его горячее тело. Он был везде: сжимал меня, кусал, гладил. Иногда так сильно, что я вскрикивала от боли, но он не останавливался.

Я осталась в одних трусиках, когда он резко рванул их, и тонкие стринги повисли тряпкой на одной ноге.

— Ай! — вскинула я от неожиданности.

Он замер. Поднял на меня виноватый взгляд.

— Прости, — прошептал он, глухо.

Он чуть отстранился, и тонкая струйка слюней из его рта упала на мою промежность. Пальцы сразу же начали растирать влагу, проникая внутрь, и я выгнулась ему навстречу.

— Не болит? — спросил он с тревогой.

— Нет, всё хорошо, — выдохнула я.

— Отлично, — выдохнул он. — Сейчас быстро будет, Юль. Потом — как ты захочешь. Ок?

— Да, — только и успела я ответить.

Он приподнялся, пристроился между моих ног и резко вошёл в меня. Жёстко, грубо, на всю глубину, разрывая меня на части. Я вскрикнула — удар был таким сильным, что у меня перехватило дыхание.

— Боже, Руслан! — выдохнула я, чувствуя, как он начинает двигаться — толчок, толчок, толчок.

— Больно? — спросил он неостанавливаясь и заглядывая в мои глаза.

— Нет-нет, — прошептала я, но если честно, я не уверена, что сказала бы «да», даже если бы было больно. Он был слишком возбуждён, слишком голоден. В его глазах горело такое животное вожделение, что я понимала — он не остановится. И мне это нравилось.

Он жёстко трахал меня, вколачиваясь в моё тело яростными толчками. И я сдалась этому дикому, первобытному ритму. Его пальцы сжимали мои бёдра, его дыхание было рваным, хриплым, и он что-то шептал, но я не могла разобрать слов.

Через несколько минут он резко напрягся, громко выдохнул и кончил мне на живот — горячими, пульсирующими струями. Его тело содрогнулось, и я почувствовала, как он дрожит надо мной.

Он откатился в сторону и лег рядом, закрыв глаза. Тишину нарушало только наше тяжёлое дыхание. Прошло около пяти минут, прежде чем он повернул голову и посмотрел на меня.

В его взгляде была тревога.

— Я грубанул, маленькая, — сказал он тихо, и в голосе послышалось сожаление. — Просто я...

— Нет, — перебила я, пытаясь улыбнуться. — Мне понравилось.

Он нахмурился и прищурился:

— А что я говорил про враньё, Юль?

Я прикусила губу. Он видел меня насквозь. Всегда видел.

— Я не вру, — сказала я, глядя ему в глаза, но голос дрогнул.

Он вздохнул, приподнялся на локте, провёл рукой по моему животу, растирая свою сперму, и покачал головой.

— Сейчас всё будет, — сказал он тихо.

И начал поднимать меня на руки, чтобы отнести в ванную. Чтобы показать, что он умеет быть не только эгоистичным дикарем.

Мы зашли вместе под душ. Пар клубился вокруг нас, запотевшее стекло скрывало очертания тела, а тёплая вода обволакивала кожу, смывая усталость и напряжение.

Руслан стоял за мной, его руки легли на мой живот, и он начал нежно смывать с меня свои следы. Большим пальцем он проводил по моему телу, убирая последствия нашей дикой встречи. Потом взял гель для душа и