Твой малыш станет нашим - Эльза Ярс

«Так, что там говорила Людка? Сократить внутренние мышцы, запрокинуть голову назад и протяжно застонать… Пробуем!»

Ксюша выполнила всё в точности и о чудо! Артём довольно улыбнулся, ускорился и, не мучая долго свою партнёршу, быстро кончил ей на живот, успев покинуть горячее и такое привлекательно аппетитное тело девушки в последний момент.

«Ф-фух!» — едва не сорвалось с губ Ксюши, но она вовремя прикусила губу.

— Как ты? — обеспокоился парень.

— Нормально, — честно призналась девушка. Она была так рада, что всё, наконец, закончилось, что вмиг повеселела.

— Отлично. В первый раз всегда больно, но в следующий я покажу тебе настоящее удовольствие, — многообещающе заверил её Артём, а Ксюша мудро не стала спорить.

Зачем? Если мужчина хочет сделать ей приятное, она, возможно, даже согласится. Но не скоро. И не факт.

Он быстро поднялся, привёл себя в порядок, помог подняться ей, и они стали неспешно одеваться, поглядывая друг на друга в ночном сумраке.

Артём взял её за руку и под указания Ксении они направились в сторону её дома.

Ей удалось проскочить в свою комнату незаметно, и вот теперь, мучимая противоречивыми чувствами и душевными терзаниями, девушка пыталась привести разум в порядок, теряя сон и мечась на кровати.

Пробуждение вернуло Ксюшу в реальность пением петуха и прохладой. Она перевернулась на другой бок и накрыла голову подушкой, прячась от звуков деревенского утра. Домочадцы тоже потихоньку просыпались — в доме слышались шаги и приглушённые разговоры. Но желанию девушки не суждено было сбыться, так как в комнату, тихонько ступая, заглянула мать.

— Дорогая, — тихо позвала женщина, но не получила ответа, — Ксюша! — уже громче настаивала на своём мама.

— Угу-м-м... — донеслось из-под подушки.

Девушка почувствовала лёгкое дуновение ветерка, а затем за спиной прогнулся матрац, тёплая рука мамы опустилась в нежном прикосновении на растрёпанную гриву дочери. Она зачем-то пошебуршила в волосах девушки, а затем настойчиво потрепала ту за плечо.

— Ксюш, а ну посмотри на меня!

— Что? — недовольно пробурчала невыспавшаяся девушка и вынырнула из своего укрытия.

— Было? — задала мама единственный вопрос и протянула к лицу девушки высохший пшеничный колос, который только что извлекла из Ксюшиной головы.

— Было, — буркнула Ксюша, не соображая в такую рань, что вообще нужно было на это ответить. Отрицать? Оправдываться? Или довольно согласиться? Она сама ещё не разобралась, что чувствует по поводу случившегося.

— И как? — с тревогой спросила мама.

— Терпимо, — вздохнула Ксюша.

Женщина больше не стала пытать дочь, да и время поджимало: у неё в столовой всегда было много работы, а до обеда нужно успеть приготовить еды на целый колхоз. Но она бы извелась за день, если бы сейчас не поинтересовалась состоянием дочери! Ну, раз всё нормально, можно спокойно возвращаться к своим делам.

— Тебе помощь нужна? А то отец может тебя в район отвезти, в больницу там, или к бабке Агриппине сходи, — предложила напоследок женщина.

Ксюша спрятала пылающие щёки в руках и отрицательно помотала головой. Никуда она не поедет, а то к вечеру об её «потере» будет знать вся округа!

Мама Ксении ласково погладила дочь по плечу, наказала проследить за младшими, чтобы те читали заданные на лето книжки, и оставила дочь в покое.

Сон к девушке уже не шёл, и она поплелась в баню — ополоснуться. Принимать бодрящий, освежающе-холодный душ в саду у неё не было никакого желания. Девушка вошла в баню, разделась и оглядела себя со всех сторон. Исколотые сеном руки и ноги, пару синяков на бедре — видимо Артём наставил, а она и не заметила, и кровавые разводы на бёдрах. «Сколько же крови из меня вышло? Неудивительно, что было так больно» — сокрушалась Ксюша, наливая тёплой воды из бака. Она осторожно смыла с себя все следы бурной ночи, и посвежевшая вернулась в дом.

Родители ушли на работу, дети гонялись друг за другом по всему дому, а она пошла завтракать. У неё целый день впереди, чтобы решить, как быть с Артёмом. Может и правда такой дискомфорт только в первый раз? Отчего то, же секс всем нравится?

Но вечер внёс свои коррективы и что-либо решать Ксюше не пришлось. Судьба или случай вмешались в их жизнь и всё расставили по своим местам.

Дмитрий проснулся, как обычно, рано. Голова гудела, а на душе было паршиво. Ночью он отрубился, как убитый, видимо, армейская привычка засыпать по команде сказалась. Всё, что ему было нужно, он вчера узнал, смысла тратить ночные часы на бесплотные думы у него не было.

Анализируя своё поведение, чувства и эмоции, Дмитрий собирался на работу и готовил себе завтрак. Артём наверняка продрыхнет до обеда, и заваривать ему кофе сейчас не имело смысла. Так и получилось, что этим ранним утром мужчина в гордом одиночестве восседал за столом с кружкой кофе в руках и сосредоточенно хмурил брови.

Дмитрий пришёл к неутешительному выводу, что он влип не по-детски. И как его угораздило? И ладно бы девушка была повзрослее, а то ведь на двадцать лет его младше. По сравнению с ним — ребёнок! Да, у неё родители ему ровесники. И Артём ещё тут так не вовремя нарисовался.

Его думы прервал неожиданный звонок телефона с незнакомого номера. Кому бы он мог понадобиться в такую рань?

— Алло?

— Здравствуй, Дима. Не спишь? — раздался в трубке когда-то любимый и одновременно ненавистный женский голос.

Звонила Ирина. Много лет Дмитрий поддерживал связь с их семьёй через брата, и номера Ирины у него никогда не было. И что заставило её оторваться от своей городской шикарной жизни, чтобы вспомнить о нём?

— Не сплю. А ты что так рано звонишь, случилось чего?

— Случилось, Дим. Сын оболтус у меня случился, — тяжёлый вздох прервал речь на том конце трубки.

— Да вроде нормальный парень, Ир. Чего ты наговариваешь?

— Дим, он ведь у тебя?

— Да. Спит сном младенца.

— Он мне срочно нужен здесь в городе.

— Что стряслось, ты мне можешь объяснить?

После непродолжительной паузы, Дмитрий всё же дождался ответа:

— У нас хотят отжать бизнес. Всё очень серьёзно, Дим. Эти стервятники решили, что без Паши мы стали лёгкой добычей, и начали вставлять нам палки в колёса, вынуждая продать дело всей его жизни за гроши! — к концу речь Ирины стала настолько эмоциональной и громкой, что Дмитрий невольно поморщился.

Мужчине слышались в её голосе печаль, возмущение, злость, боль, но в нём не было паники, это вызывало у него невольное восхищение.