Мое влечение - Кирра Вейн

Моё сердце застучало. Зачем ему меня подвозить?

____

Заглянул))

Мы ехали молча.

Тишина в салоне машины была густой, почти осязаемой, но почему-то не тяготила. Я сидела, сцепив руки на коленях, и украдкой поглядывала на него. Руслан вел машину сосредоточенно, но расслабленно — одна рука на руле, другая на рычаге переключения передач. Я заметила, какие у него крупные, сильные руки, с выступающими венами и чистыми, ухоженными ногтями. Руки человека, который привык много работать. И убивать, возможно. От этой мысли по спине пробежал холодок, но он быстро исчез, потому что Руслан повернул голову и посмотрел на меня.

— От меня нужна какая-то помощь? — вырвалось у меня неожиданно. Я сама не знала, зачем спросила. Может быть, хотела нарушить эту тишину. Может быть, хотела понять, зачем он вообще приехал в кафе.

Он удивлённо приподнял бровь.

— В чем?

— Ну не знаю, — пожала я плечами, чувствуя себя немного глупо. — Как свидетель? Вдруг я что-то видела, что важно для вашего дела?

Он улыбнулся. Коротко, но тепло.

— Нет, принцесса. Как свидетель, не нужна.

Я выдохнула с облегчением, но в груди зашевелилось разочарование. Значит, он приехал не по работе. А зачем? Зачем приехал?

— Как учеба? — спросил он, меняя тему. — Справляешься?

— Да вроде, — я улыбнулась, чувствуя себя немного неловко от его интереса. — Закончили третий курс. Вчера вот закрыли сессию.

— Молодец, — сказал он, и в голосе послышалась искренняя похвала. — Кем хочешь стать?

Я задумалась на секунду.

— Пока не уверена, но думаю в сторону дерматовенерологии.

— Это что такое? — он снова посмотрел на меня, и в глазах мелькнуло любопытство.

Я засмеялась. Мало, кто знает.

— Это врач, который лечит кожу, ногти, волосы, а ещё венерические заболевания. Ну, то есть всё, что связано с кожными покровами и инфекциями, передающимися половым путём. Это довольно сложная специальность, но интересная.

Он кивнул, внимательно слушая.

— Понял.

— Ну или если не потяну по деньгам, — призналась я честно, — пойду в педиатрию. Детский врач. Там попроще поступить в ординатуру, конкурс меньше, и я люблю детей.

— Ничего себе у тебя разброс по направлениям, — усмехнулся он.

— Ну да, — засмеялась я. — От кожи до детей.

Мы снова замолчали. Я решилась спросить то, что вертелось на языке с самого начала.

— А вы... давно работаете так? — я покосилась на него.

— Как так? — спросил он, не поворачивая головы.

— Нууу, — я запнулась, подбирая слова, — вот так... Опасно. С оружием.

Он помолчал пару секунд.

— Давно, — ответил коротко. И всё. Никаких уточнений. Стало понятно, что он не хочет говорить на эту тему. И я не стала настаивать.

— А сколько вам лет? — спросила я просто из любопытства.

— Тридцать четыре, — ответил он.

У меня глаза округлились.

— Ого... А мне двадцать.

— Я знаю, — сказал он тихо и в его голосе промелькнула какая-то странная нотка.

Машина остановилась у моего подъезда.

Я сидела и не знала, что делать. Выходить? Он ничего не сказал. Но и не выглядело так, будто он собирается меня отпускать. Я посмотрела на него, на его профиль, на линию его челюсти, на руки, сжимающие руль.

— Эмм... Спасибо, что подвезли. Cнова, — сказала я, протягивая руку к ручке двери. — Ну, я пойду...

Он не ответил.

Вместо этого он повернулся ко мне всем корпусом. Я замерла. Его рука протянулась ко мне, и его пальцы коснулись моих волос. Он взял прядь, пропустил между пальцами, и я перестала дышать.

— Такая кукла, — сказал он тихо, почти шёпотом, и его голос прозвучал хрипло, с какой-то незнакомой мне нежностью.

— Что простите? — выдохнула я, не в силах пошевелиться.

Но он не ответил.

Он резко склонился ко мне, и его губы прижались к моим.

Поцелуй был дерзким, властным, требовательным. Он сразу взял инициативу в свои руки, и я почувствовала, как внутри меня разгорается пожар. Такой сильный, такой жаркий, что я забыла, как дышать. Мои руки сами собой поднялись и коснулись его плеч, пальцы вцепились в ткань футболки. Он целовал меня жадно, глубоко, и я таяла в его руках.

Я не умела целоваться. У меня никогда не было парня, никогда не было такого. Но моё тело реагировало само — я приоткрыла губы, и он углубил поцелуй, и я почувствовала его язык, его дыхание, его запах. Всё это смешалось в одно горячее, ошеломляющее ощущение, от которого кружилась голова.

А потом он так же резко отстранился.

Я сидела с открытыми глазами, пытаясь восполнить кислород и не в силах произнести ни слова. Губы горели, щёки пылали, сердце колотилось где-то в горле.

Он смотрел на меня. Те же глаза. Лёд и сталь.

— Я позвоню, — сказал он. Голос был хриплым, низким, и я слышала в нём то же волнение, что и в своём.

— Эмм, — я сглотнула, пытаясь прийти в себя. — Хорошо. Но у вас же нет моего номера...

Он усмехнулся. Коротко, чуть снисходительно, но без злости.

— Всё у меня есть, принцесса, — сказал он. — Топай давай быстрее.

Я открыла дверь, вылезла из машины, и мои ноги едва держали меня. Я стояла на тротуаре, прижимая руки к пылающим щекам, и смотрела, как чёрный внедорожник отъезжает от подъезда.

Мои губы всё ещё горели.

Я коснулась их пальцами и улыбнулась. Глупо. Как маленькая девочка, которая только что получила первый в жизни поцелуй.

Но это действительно был первый. Настоящий. Тот, который заставляет сердце биться быстрее.

____

И снова немжко визуала для вас

Я проснулась с улыбкой на лице.

Солнечный свет пробивался сквозь неплотно задёрнутые шторы, и в воздухе плясали тысячи золотых пылинок. Где-то на кухне тикали часы, а из приоткрытого окна доносился утренний гомон птиц и далёкий шум машин — обычное городское утро, но сегодня оно казалось необыкновенным. Я лежала в кровати, глядя в потолок, и глупо улыбалась собственным мыслям. Вчера случилось что-то невероятное. Мой первый поцелуй..

Я дотронулась до губ кончиками пальцев и почувствовала, как щёки снова заливает жаром. Воспоминания нахлынули волной: его руки в моих волосах,