Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко
Время действия: тринадцатое августа, утро
Место действия: агентство, «Gizo Studio», Токио
— Зачем тебе понадобились строитель и юрист-консультант по недвижимости? — с подозрением интересуется Акиро, к которому я обратился с «небольшой просьбой».
— Я решила купить дом на Хоккайдо, — нейтральным голосом объясняю я.
— «Хоккайдо»? — недоумевает Акиро. — Но ведь там холодно и далеко?
— Зато там есть горнолыжный курорт. А если летать на самолёте, не так уж это далеко.
Собеседник задумывается.
— И сколько он стоит? — спустя пару секунд молчания спрашивает он.
— Десять миллионов иен. Плюс-минус…
— «Десять»? — сначала удивляется собеседник и тут же начинает снисходительно улыбаться. — Вряд ли на горнолыжном курорте можно приобрести что-то достойное за такую сумму. Наверняка строение потребует капитального ремонта и немалых финансовых вложений.
— Да, — не спорю я, — требуется реконструкция. В связи с этим мне нужен специалист-строитель, способный оценить, во сколько она обойдётся. Пишут, что можно получить от префектуры грант до 30% от стоимости реконструкции в рамках общей политики «Регионального оживления»…
«А может, мне за орден ещё больший процент расходов оплатят? — думаю я. — Процентов шестьдесят… Почему бы нет? Я же теперь без пяти минут, считай, царственная особа. А „особы“, они такие… Привлекают к себе толпы почитателей, которые будут есть, пить, гулять и кататься на ваших лыжах, тратя кучу денег. Соответственно, если хотите, чтобы у вас под боком жила принцесса, платите…»
Бросаю взгляд на Акиро, который молча смотрит на меня. Ну ладно, давай помолчим.
— Зачем он тебе? — наконец спрашивает японец. — Что ты с ним будешь делать?
— Хочу превратить его в уединённое место. Отремонтирую, установлю звукозаписывающую студию и время от времени стану приезжать, спокойно поработать над новым альбомом. А в перерывах между записями буду кататься на лыжах или любоваться пейзажами и лавандовыми полями.
«Потомок древнего рода» вновь задумчиво смотрит на меня. Не понимаю причины его столь долгих раздумий.
— Хоккайдо — это не престижно для bessō… — наконец говорит он. — В Ниппон есть более красивые и известные места, например, полуостров Идзу.
(bessō — вилла для отдыха/особняк, Япония. Прим. автора)
— Возможно, но более чем уверена: раз это известный курорт, то там будут толпы праздношатающихся людей и шумно. А мне нужен atelier — домик для творчества.
— Можно поселиться в закрытом районе, — продолжает убеждать японец. — Там тебе никто не будет мешать.
— Уверена, Хоккайдо обойдётся мне по деньгам на порядок дешевле.
— Хоккайдо — это не твой статус.
А, вот оно в чём дело! Вот причина долгих раздумий. «Статус»! И, возможно, расчёт, во сколько лично ему обойдётся моя затея.
— Я выбрала себе дом, — начиная сердиться и поэтому чётко проговаривая слова, заявляю я. — И хочу его увидеть.
Перекрещиваю свой взгляд со взглядом Акиро.
— У тебя на это нет времени, — не моргая, напоминает он. — У тебя концерт.
— Закажу частный борт. Джеты здесь летают?
Японец демонстрирует недовольство.
— Не знал, что ты бываешь такой упрямой, — с сожалением констатирует он.
— Хотел сказать — «упёртой»? — улыбаюсь в ответ, поняв, что оппонент «сдал назад». — Если бы я такой не была, то сейчас я бы с тобой не разговаривала, а продавала рыбу где-нибудь на корейском рынке. Ты ведь не подумал: «Там тебе и место»?
Засмеявшись, Акиро делает шаг назад и поднимает руки вверх, направляя раскрытые ладони в мою сторону — показывает, что сдаётся.
— У меня есть джет, — говорит он.
— Лично твой?
— Когда мне надо — да.
— Тебе срочно нужно слетать на Хоккайдо.
— Если только с тобой.
Критическим взглядом окидываю весельчака, желая оценить, действительно ли он «отмяк» или «шифруется» и по-прежнему обижен?
— Я не сказала главное, — говорю я, не сумев прочесть эмоции и на всякий случай решив «сгладить углы». — На Хоккайдо есть настоящая зима. На юге её нет.
— Ты любишь холод?
На мгновение задумываюсь, вспомнив свою первую жизнь — снег и морозы российских зим.
— Чтобы любить тепло, нужно знать, что такое стужа, — с умным видом говорю в ответ и, склонив голову, смотрю из-под бровей: «Ну ты понял?»
— Ты ещё и Юки–но–Джоо, ЮнМи-сан! — радостно восклицает Акиро и продолжает: — Тогда, конечно, тебе «нужно». Как только скажешь — так и полетим.
(«Yuki no Jōō» — «Снежная королева», яп. прим. автора)
«Кажется, у меня появилось ещё одно прозвище, — думаю я, глядя на довольного мужчину. — И он им будет пользоваться, пока ему „давать“ не начнут…»
— Ты разговаривала сегодня с one-san? — задаёт вопрос Акиро, меняя тему разговора.
(«one-san» — старшая сестра, яп. прим. автора)
— Да, я её сегодня поздравляла, — отвечаю я.
— Не забыла передать от меня привет?
— Как можно, Акиро-сан! — с деланным испугом восклицаю я. — СунОк-сан была очень благодарна за ваши пожелания и сказала, что со жгучим нетерпением ждёт момента, когда вновь сможет увидеть вас.
Ну, на самом деле, после того, как я передал онни «привет от Акиро», то по звуку сделанного ею вздоха мне прямо увиделось, как она закатила глаза. И никакой «обратки» для Акиро она не говорила. Это уже мои дипломатические политесы. Не любит она его, за что-то… наверное, за то, что он японец…
— Ей понравился твой подарок? — тоже «политично» интересуется «сын Ямато», примчится она сюда или ещё есть время на спокойную жизнь.
— Ваша идея про клинику, Акиро-сан, оказалась просто великолепной! — изо всех сил льщу я (нельзя же всё время пытаться доминировать!). — Это было вот прямо то, что нужно. Тютелька в тютельку! Онни просто в невероятном восторге! Счастье чувствуется прямо в каждом её слове!
Японец довольно улыбается, гордо расправив плечи. А что? Дал совет — и все просто в экстазе от ликования. Красив, молод, богат и ко всему этому — умён! Ещё чуть-чуть — и, считай, божество!
— СунОк сказала, что АйЮ–сан взяла у неё мой номер телефона. Она хочет со мной встретиться.
Акиро удивлённо смотрит на меня, не понимая, зачем я об этом сообщил. Я тоже, пожалуй, не объясню смысл сделанной «озвучки». О чём мне с ней разговаривать? Сказал — «аривидерчи», если позвонит, да и отключился.