Василиск - сын Горыныча. Часть 1 - Тимур Машуков

Я слушал ее и просто выпадал в осадок. Она это сейчас серьезно, что ли? Вот так вот решила взять меня в свои руки? Начать командовать⁈

— Марго, далеко уехала? — не слушая больше эту дурочку, я набрал номер по бумажке. — Можешь вернуться? Да? Отлично, жду!

— Эй, это что сейчас такое было⁈ –обалдела Настя.

— Это называется — пошла ты в жопу со своим командованием! — грубо ответил я. — Не нравится мой запах, моя одежда, мои знакомые… Значит, не нравлюсь и я. Пример Наташи тебя ничему не научил, так что пока. И удали мой номер телефона, он тебе больше не понадобится.

— ЧТО-О⁈ Ты променял нас… меня на вот этих вот⁈ Тварей без роду и племени⁈ Бандиток, уголовниц, уродин!!! У них за душой, кроме ржавого корыта, на котором они ездят, и нет ничего!

— Зато у них есть эта самая душа. И она свободна от условностей. В отличии от вас. Адьес.

Надев шлем, я запрыгнул на сиденье магомота, который лихо притормозил возле меня.

— Не смей уезжать!!! Мы не закончили!!! — донеслось мне в спину, но мне было глубоко похер.

Ящер выше условностей и моральных запретов. Ящер не терпит, когда им командуют и помыкают. Ящер любит свободу, а они хотят ее забрать. Почуяли, что могут на меня влиять? В себя слишком поверили? Я им не комнатный мальчик и буду делать что хочу и как хочу.

— Куда? — спросила Марго.

Мы спокойно катились по дороге без всякой цели.

— Я у вас там, ну, где магазин, бар видел. Как думаешь, можно в нем мою днюху отметить?

— Ни слова больше. Так отметим, что город содрогнется! — произнесла она, и двигатель магомота взревел на повышенных оборотах.

Мы неслись, и Марго как-то умудрялась и рулить, и с кем-то разговаривать по телефону.

Промелькнул прежний маршрут, и вот мы уже тормозим у знакомого входа. Слезаем. Марго как-то смущенно смотрит на меня. Подхожу, целую. Нежно, просто касаюсь губами. Отстраняюсь, вижу ее улыбку.

— Ты такая милашка. Так бы и съел, -облизнулся я. — Как ты относишься к секс-марафону с перерывами на еду?

— Никогда такого не пробовала, но звучит отлично, — выдохнула она.

— Ну вот и прекрасно. А теперь пошли смотреть, что может предложить бедный бар богатому покупателю.

— Василий! — выскочила Варя. — Ты чего вернулся-то?

— Надоели. Я вольный ящер, а эти ошейник захотели на меня одеть. Не выйдет, — зло сплюнул я на землю.

— Наш человек, — шутливо пихнула она меня плечом. — Пошли, наши уже на стол накрывают. И днюху твою отметим, и вступление в банду. Ох, и обзавидуются все.

— А пошли, — я шлепнул ее по заднице для ускорения, отчего она взвизгнула, как девчонка.

Обернулась и, увидев мою ехидную улыбку, так же улыбнулась в ответ. Не, ну красотка же — и шрам с татухой ее вообще не портят. А уж тело — не оторваться.

Я толкнул тяжелую железную дверь, и меня накрыло волной тепла, пота, ароматом жареного мяса и дешевого магического эля. Еще в нос ударил запах резины, машинного масла и женских духов — странная смесь, но именно так пах настоящий байкерский бар. Я шагнул внутрь, и дверь за мной захлопнулась с глухим стуком, отсекая уличный шум.

Внутри было темно, только пара тусклых ламп под потолком и неоновая вывеска с ящером, который изрыгал пламя. Стены были увешаны старыми колесами, цепями, ржавыми номерными знаками и фотографиями, где женщины в кожаных куртках стояли на фоне горящих домов. В углу стоял старый музыкальный автомат, который играл что-то тяжелое и ритмичное.

Но главное — это люди. То есть, женщины. Их было много. Почти весь бар был забит байкершами в черной коже, с нашивками в виде ящеров и черепов. Они сидели за столиками, стояли у стойки, и все повернулись в мою сторону, когда я вошел. На мгновение в баре стало тихо — даже музыка стихла, автомат будто закашлялся. А потом они заорали.

— Васька! Наш именинник! — загремело со всех сторон.

Я даже не успел опомниться, как меня схватили за руки, потащили к барной стойке и буквально запихнули на высокий табурет.

Кто-то сунул мне в руку кружку с пенным элем, кто-то хлопнул по плечу так, что я чуть не свалился. Вокруг столпились девушки — все в куртках, с нашивками «Ящеры Тьмы», и у каждой на поясе висела цепь или кастет. Некоторые были с бритыми головами, другие с длинными косами, третьи с татуировками на руках и шеях. Все они улыбались мне, но улыбки были хищными, злобными. Все, как я люблю.

— С днем рождения, новобранец! — прорычала высокая женщина с проколотой бровью. Она подняла свою кружку, и все остальные последовали ее примеру. — За Ваську! За нашего нового Ящера!

— За Ваську! — грянули они хором, и я услышал звон десятков кружек.

Я поднял свою, чокнулся с соседкой и сделал большой глоток. Эль оказался горьким, с привкусом можжевельника и еще какой-то травы, от которой по телу разливалось тепло. Я вытер губы и огляделся.

В баре было шумно, жарко и тесно. Кто-то уже начал стучать по столам, кто-то танцевал прямо на стойке, а в углу две байкерши играли в дартс, и дротики с глухим стуком вонзались в мишень, где вместо кругов были нарисованы морды разных животных. Больше всего исколота была мишень с изображением лисы.

— Васька, мы слышали, ты сегодня знатно отметился на улице! — крикнула мне рыжая деваха с кожаной банданой на голове. — Говорят, ты Марго выручил, троих уложил!

— Было дело, — скромно сказал я, хотя внутри меня распирала гордость.

— Молодца! — засмеялась она и с силой сжала мое плечо. — В нашем клубе слабакам не место. А ты — наш!

Другая девушка, невысокая, но коренастая, втиснулась между мной и соседкой и поставила передо мной тарелку с дымящимся мясом. От него шел такой пар, что у меня слюнки потекли.

— Ешь, именинник! — приказала она. — Набирайся сил. Сегодня мы тебя будем