Без страха и упрёка 7 - Андрей Борисович Земляной

Когда король вернулся к семье, Берия ещё некоторое время стоял посреди разгромленной гостиной, разглядывая разбитую мебель и многочисленные пулевые отверстия в стенах. Затем он тяжело опустился в уцелевшее кресло, снял пенсне и, прикрыв глаза, произнёс:

— Я надеюсь, они понимают, что это означает войну.

Стоявший рядом офицер госбезопасности промолчал, но в душе был согласен с начальником. Такое можно отмыть только большим количеством вражеской крови.

Лаврентий Павлович прекрасно представлял, что произошло бы, если бы этим людям удалось осуществить задуманное. Убийство британского короля и его семьи в Москве, руками людей с настоящими удостоверениями МГБ, могло перечеркнуть всё, что за последние годы удалось построить в отношениях двух стран. Причём доказать непричастность советского правительства к убийству было бы чрезвычайно трудно, а тем, кто готовил провокацию, никаких доказательств и не требовалось.

И спасло положение не расследование, не огромный аппарат государственной безопасности и даже не тщательно разработанная система охраны, а один человек с пистолетом, вставший между убийцами и королевской семьёй.

Возможно советская сторона и засекретила бы факт покушения, но журналисты королевского пула, конечно ещё ночью разослали по редакциям газет и радио тексты статей, где живописали ситуацию так, что знаменитый герой войны, британский граф Александр Эшбернем, буквально встал грудью на пути орды нападавших, закрыв короля и его дочь, от пуль, и убивший всех бандитов за исключением того, кого решил оставить для допроса.

И кто-то, ну совершенно случайно, связал покушение с недавним лишением Сити всех привилегий городской корпорации, и очень многим банкам и компаниям внезапно стало очень неуютно на Острове, причём настолько, что им всем срочно понадобилась релокация, с избавлением от собственности которую могли арестовать. И этим мгновенно воспользовались Ротшильды и Морганы, перекупив огромное количество собственности по весьма сниженным ценам. Уже через неделю, оказалось, что представителей Клуба в Британии практически не осталось, совершенно освободив эту страну от их физического присутствия. Но это ещё будет, а пока, Алексей, перенёсший одну, но весьма длительную операцию, медленно приходил в себя в отдельной палате госпиталя имени Бурденко.

Отметив в целом, что организм отзывается на твёрдый трояк, вздохнул и увидев что-то делавшую в углу медсестру, чьи формы облегал тонкий халатик, чуть прокашлялся.

— Девушка?

— Ой! — Медсестра словно мангуст подскочила на месте, развернувшись в воздухе. — Товарищ генерал-лейтенант… Я сейчас доктора позову… — И вымелась словно за ней черти гнались.

Доктор тоже не вошёл, а ворвался, с блокнотом наперевес и в расстёгнутом халате.

— Товарищ, генерал…

— Док, кончайте. — Алексей взмахнул рукой. — В госпитале все либо доктора, либо пациенты. А поскольку на мне бинты, а на вас халат, то стало быть я пациент, а вы доктор. Давайте доложите, что и как меня подырявило и как заштопали.

— Ранение в плечо, вообще чудом. Ничего не задело, пуля навылет, рану только обработали вытащили куски ткани, и закрыли. Пуля в бедро чуть похуже, но вот на столько — Доктор показал пальцами примерно пол сантиметровый промежуток, — разминулась с артерией. Можно сказать, «пушкинская рана» только вам сильно повезло. А бок вообще ерунда, глубоко вспахало, да. Но без проникновения в полости. Вас оперировал сам Сергей Сергеевич Юдин…

— Надо же. — Алексей улыбнулся. — Бог хирургии…

— Он кстати о вас также говорил. — Доктор усмехнулся. — Сказал буквально, что мол бога войны, нужно быстро поставить на ноги, а то непорядок. Я ассистировал ему, на операции. Сам слышал.

— Ну и чудненько. — Алексей вздохнул. — А что вообще на планете творится?

— Вам газеты, или коротко?

— Давайте сначала коротко, после — газеты.

— Шум до неба. — Доктор усмехнулся, и кивнул медсестре. — Леночка, принесите пожалуйста из ординаторской газеты сегодняшние, и пошлите кого-нибудь в ларёк на углу. Пусть скупят для товарища… гм… пациента, всё что смогут.

В советской прессе всё звучало вполне ожидаемо. Дерзкая вылазка врагов мира и прогресса, незабудемнепростим, и прочая жвачка. Надо полагать, что на следующий день начнутся «стихийные» собрания трудовых коллективов с требованием карать, и не слезать. Так что Алексей, просмотрев по диагонали новости газет из ординаторской и всего остального газетного вала, что принесла девушка, а оторвал его шум в коридоре, и когда двери распахнулись на пороге возник Сталин и Берия.

— Молодец. — Сталин едва войдя в палату, коротко кивнул. — Сделал всё как надо, так что отдыхай, лечись, возвращайся к работе.

Берия выглядел бледновато, но собрано, и судя по лицу, уже «встал на след».

— Ты не переживай, Алёш. — Он хищно оскалился. — Коба разрешил нам немного пошалить, так что за тебя мы заплатим сторицей. Никому обидно не будет. Канцлер Двора Его Величества звонил, и подтвердил, что все материалы что есть у их разведки, будут у меня на столе сегодня к вечеру. Они тоже хотят крови. А ты не дёргайся. Ты свою службу справил на отлично. Теперь наша очередь.

Вера с бабушкой, появилась почти сразу после того, как ушли Сталин с Берия и к счастью не стали устраивать ни истерик, ни шумных плачей. Вера и так понимала, что муж — военный, а значит пули всё-таки будут летать, и рано или поздно дырочку найдут, а леди Виктория просто чуть прослезилась, высказавшись в том смысле, что Эшбернемы это столпы Короны.

Но конечно самого адского шороха навёл сам король Георг, появившись в военном госпитале в флотской форме со всеми орденами, и с Елизаветой, тоже одетой в мундир Вспомогательной Службы.

Какой-то деятель, уже выскочил им наперерез, чтобы «тащить и не пущать», но король, ласково улыбнувшись придурку, потрепал его по щеке, и сказав на едва понятном русском «Вольно, товарищ. Мы ненадолго», чинно прошествовал мимо.

Войдя в палату, огляделся, и видимо удовлетворившись тем что увидел, внимательно осмотрел Алексея.

— Рад видеть вас если не в полном здравии, то на пути к этому.

— Благодарю вас Ваше Величество. — Алексей, приложив руку к груди склонил голову. — Уверен любой из подданных Вашего Величества с радостью поменялся бы со мной местами, но судьба дала мне этот шанс отличиться в ваших глазах.

— И это случилось, по воле Господа нашего. — Георг кивнул, протянул руку и стоявший за его плечом мужчина в форме королевских ВВС, вложил в неё маленькую коробочку. — Крест Виктории — очень специальная награда, не знающая ни сословных и никаких других границ. — Он вынул крест, и осторожно прикрепил его прямо на бинты, накрывавшие левое плечо. — Вы, как никто достойны этой награды, лорд Эшбернем. Выздоравливайте, и мы ждём вас у себя в Букингемском дворце.

— Выздоравливайте. — Принцесса, склонилась над ним, буквально обдав облаком ароматов,