Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко

— А чего это он так стоит? — главный инспектор подозрительно прищурился, поправив очки. — Странная поза для ухаля. Ждёт чего-то? Или вы его там током бьёте для послушания?

Я даже глазом не моргнул. Шагнул вперёд, вставая между инспектором и вольером.

— Это тапироид-йессо. Мы его ещё изучаем, — произнёс я, оглядывая инспекторов. — Вид редкий, и недавно у него была инициация. Обычно он так ведёт себя, когда ему любопытно. Вот и смотрит на новых людей. А замер, потому что боится чужаков. Рефлекс такой природный. Он так защищается.

— Руки у него в какой-то… — присмотрелась женщина в форме к Бурбуру, сморщилась. — Он что, обслюнявил их? Это его слюна?

— Так точно. Слюна, — закивал я. — Вот он руки свои обслюнявил. А зачем? Чтобы метку оставить. Показать, что это его территория и его вольер. Метят они так.

Инспекторы переглянулись. Мало кто в этом времени настолько подробно изучал йессо, чтобы сейчас со мной дискутировать. Поэтому мои слова прозвучали достаточно убедительно.

Инспектор с бульдожьими щеками хохотнул, черкнул пометку у себя в протоколе.

— Был бы я его габаритов и с такими ручищами, вообще бы никого в этой жизни не боялся!

Комиссия заулыбалась, напряжение немного спало. Но тут женщина с планшетом, самая дотошная из троицы, подошла ближе к стеклу, присмотрелась к рукам тапироида.

— Постойте-ка, — она нахмурила тонкие брови. — Я, конечно, не специалист по йессо, но оранжевой слюны у тапироидов не бывает. И она какая-то слишком… густая, мутная. Похожа на смолу.

Кира тихо кашлянула, затем закашлялась сильней, отошла в сторону.

— Всё верно подмечено, — я ответил моментально, не давая позникнуть даже малейшей паузе. — Наш фамтех ему недавно ставила капельницу, ударную дозу витаминов группы «Б» и эфирных добавок. Как я уже и сказал, у нашего Бурбура был недавно переход. Ядро стабилизировали. Всё хорошо. Вот секреция желёз и поменяла цвет, как мне известно.

— Но это ненормально, — произнесла женщина, врезаясь в меня удивлённым испытующим взглядом. Я выдержал его, даже глазом не моргнул.

— Это ненормально. Разумеется, — согласился я. — Но ведь это временно. Прибрежные виверны после витаминных капельниц вообще цвет меняют шкуры на несколько дней. А игольчатые барсуки и того хуже, выделяют через поры красные сгустки, похожие на кровь. На самом деле это всего лишь шлаки, которые выгоняет иммунная система. Под воздействием витаминного комплекса.

Я выдал базу, и у каждого инспектора в глаза появилось удивление. Затем оно сменилось на уважительные нотки. Не каждый тренер знает такие тонкости. И они были слегка ошарашены моими познаниями.

Это укрепило мою позицию, и видимо сняло ещё несколько вопросов.

— Через пару дней пройдёт, — добавил я. — Если хотите, могу позвать фамтеха, она покажет ампулы.

— Ох, что вы, я же просто поинтересовалась, — женщина впервые широко улыбнулась. Затем поставила ещё одну галочку в протоколе.

— Так. В целом проверка закончена. Условия содержания соответствуют регламенту Бронзовой Лиги, — резюмировал главный инспектор. — Вольеры приняты. Вот только их надо будет зарегистрировать. Они же Эс-класса, а такие нужно фиксировать в реестре Лиги.

— Обязательно подадим заявку, — Кира отпустила мою руку, подошла к главному инспектору и расписалась в документах.

Я тоже поставил свои автографы. После чего худощавый инспектор шлёпнул печати, передали нам копии протоколов и… покинули помещение. В сопровождении Белова.

Дверь вольерной закрылась, и внутри на какое-то время воцарилась тишина, прерываемая лишь натужным сопением Бурбура.

— Артур Викторович… Это же! Это было гениально! — Костя Смирнов первым нарушил молчание.

Парень смотрел на меня с таким восхищением, будто я вечный двигатель изобрёл.

— Вот так испытание, — хохотнула Лера, покачивая головой. Она с удивлением посматривала в сторону Бурбура. — Я до последнего думала, что сейчас сядем в лужу. И все дружно провалимся.

Кира, всё ещё бледная, привалилась к стене, сняла очки, шумно выдохнула. Затем тихо рассмеялась.

— Если бы… хи-хи… если бы они только поняли… — Воронцова вытерла выступившие от нервного смеха слёзы. — Если бы они осознали, что всё это время стояли в тридцати сантиметрах перед незакреплённой тяжёлой стеной, которая могла в любой момент придавить их…

— Но ведь этого не произошло, — хмыкнул я.

— И всё благодаря тебе, Артур, — благодарно взглянула на меня владелица гильдии. — Я уже сбилась со счёта какой раз ты выручаешь.

— Да брось. Это моя работа, выручать, — произнёс я, слегка улыбнувшись.

— Не брошу. Ты знаешь, что я права, — Кира подошла, улыбнулась, затем озадаченно всмотрелась в сторону Бурбура. — А что дальше?

— Я уже вызвал Полину. Скоро придёт, — произнёс я. — Надо же освобождать нашего славного увальня.

Ребята приободрились. Костя крепко обнимал свою Желешку, прихваливая за работу. Та в ответ хлопала глазами и пускала большие пузыри, видно от радости.

Лера ласково трепала по загривку Бублика, хваля его за качественный клей. И только бедный Бурбур, намертво приклеенный к стеклу, жалобно хрюкал, всем своим видом напоминая, что Раиса Павловна обещала к пирожкам с капустой наваристый борщ. Он же задание выполнил, а награда, понимаешь, задерживается.

— Покинули главный корпус, Артур Викторыч, — прохрипела рация голосом Родионыча. — Уже отъезжают.

По лицу Киры было видно, как у неё отлегло на душе.

Тут же и Раиса Павловна подоспела.

Кира вышла из вольерной, оживлённо и в ярких красках передавая Белову, что недавно произошло. Костя с Лерой в компании с питомцами вернулись на плац, откуда донеслись хохот и радостные возгласы.

Кризис миновал, но расслабляться было рано.

Полина производила раствор для освобождения Бурбура. Бригада с крепежом запаздывала. А Раиса Павловна уже успокоила тапироида, закармливая его борщом, вливая в этого проглота половник за половником.

Моего участия ситуация не требует. И я решил ненадолго отвлечься. Следует приступить к самой в данный момент насущной проблеме.

Я вновь вспомнил вчерашний ультиматум Вити Пороха. Три дня на вскрытие бронированного сейфа. Точнее уже меньше, два с половиной. Иначе этот скользкий тип выполнит, что обещал. Сдаст барона Сверчанского ушлёпкам из Синдиката. Он сделает это даже не моргнув глазом, запросто. И никто не сможет ему помешать.

Оставив команду праздновать очередную победу,