Павелителя I - Сергей Викторович Вишневский

— Почему… Почему мама так поступила… — стараясь не разрыдаться, произнесла она.

Джордж вздохнул и поджал губы. Говорить о том, что скорее всего виновата сила смерти и тьма, которую он использовал не хотелось, но и скрывать это смысла не было.

— Как тебя зовут? — спросил Джордж.

— Эсса.

— Эсса… Красивое имя. Чем занималась ваша семья?

— Мы… Мы лук растили. Отец много знал, у нас так много лука было, что мы его даже в город возили.

— Луковые… Можно было бы и догадаться, — кивнул парень, немного подумал и произнес: — Эсса, скорее всего, твоя мать испугалась того, что я вылечил тебя при помощи силы тьмы, — тут парень умолк и, тяжело вздохнув, добавил: — Вернее то, что я использовал тьму на тебе. Может быть она решила, что в тебе теперь демон или еще что-то в этом роде.

Девочка испуганно взглянула на парня.

— Вы…

— Нет, никакого демона я в тебя не поселил. И никак не вмешивался в твою волю, — буркнул парень. — Просто уничтожил заразу в тебе с помощью силы смерти.

Эсса растерянно хлопнула глазами.

— А…

— Добро и зло — крайне общие понятия, — продолжил Джордж. — И сила тут не причем.

— В смысле?

— Ну, вот костер — это хорошо?

Девочка думала несколько секунд, после чего кивнула.

— Без костра будет очень холодно.

— А если костер у ног человека, который привязан к столбу?

Тут Эсса молча нахмурилась. Джордж же продолжил:

— Костер не плохой и не хороший. Это просто огонь. Если он под ногами ведьмы, то это по твоему, скорее всего, хорошо. Если под ногами священника — плохо. А если ведьма попала на костер только потому, что лечила кого-то силой тьмы?

Эсса вытерла слезу и задумчиво уставилась на парня.

— Все это «добро» и «зло», «тьма» и «свет» — это относительные понятия, — продолжил Джордж. — Использование той или иной силы — это лишь способ достижения цели. А вот цели у всех разные.

Тут джордж усмехнулся.

— Вообще это противостояние «света» и «тьмы» частенько используют для того, чтобы объяснить непопулярные решения народу люди управляющие ими. Ну, почему вы голодаете и налоги такие большие? Потому, что виноваты темные. Это все из-за них, — с усмешкой произнес парень. — Я сам так когда-то…

Тут парень осекся и отвел взгляд на костер.

— Ты говоришь ересь, — тихо ответила девочка.

— Ересь? — улыбнулся Джордж. — Это еще почему?

— Свет… Свет — это добро. Свет он…

— Именем света и во славу его, — перебил ее парень. — Готов поставить что угодно на то, что твоя мать приговаривала именно это, когда отправляла тебя вниз по реке.

Эсса молча нахмурилась.

Джордж же молча поднял руку и выпустил капельку тьмы. Черный шарик заплясал между его пальцами., а парень произнес:

— Стихии плевать, добрый ты или злой. Убиваешь ты или калечишь, — тут парень тяжело вздохнул и произнес: — Она просто есть.

Эсса с тревогой глянула на черный шарик на руке парня и спросила:

— Ты колдун? Ты творишь зло?

— Я человек, — хмыкнул Джордж. — И я тебя вылечил. А вот твоя родная мать — посадила в бочку и отправила по реке. Так, кто из нас творит зло?

Девочка уткнулась в колени и едва слышно всхлипнула.

— Что мне теперь делать? — тихо спросила она, глядя мокрыми глазами в костер.

— Ты не поверишь — жить, — произнес парень и вздохнул.

Он поднял взгляд на девчонку, затем на гоблина и тяжело вздохнул, понимая, что просто так бросить девчонку уже не сможет. Спустя некоторое время та начала говорить:

— Я теперь твоя…

— Ты не моя, а со мной, — произнес парень и вздохнул. Он несколько секунд разглядывал девочку, после чего произнес: — Я еду на гору мудреца. И сколько я там пробуду — понятия не имею. Поэтому я найду место, куда тебя пристроить и оставлю тебя там.

— Павелителя, может не поедем? — пискнул Носок из седельной сумки.

Да, этот мелкий зеленый засранец вполне удобно разместился в ней, где спокойно спал и выдавал свои предположения и предложения. Видимо баня его совсем ничему не научила.

Ладно, теперь от него хотя бы тухлятиной не несет.

— Делать крюк на два дня пути я не собираюсь, — ответил ему я и почувствовал как за спиной заерзала Эсса.

Увы и ах.

Я согласен, что эта девчонка мне сейчас совершенно ни к чему. И да, я понимаю, что выглядит это все как «добрый порыв души». Но, как и у всех разумных существ у меня есть пунктик.

Слабый, странный, но тем не менее я стараюсь его блюсти.

Спасенный дважды — спасет в ответ.

Хм.

Мне всегда нравились кобальские ведьмы. У них очень хорошо получалось объяснять судьбы и превратности судьбы через плетение узлов и ковров. И мой пунктик они объясняли так: если нить держится на другой и цепляется за нее дважды, то в скором времени все перевернется и державшаяся сама окажется в положении висящей.

Замуно скажите вы?

Вы просто не видели их кружева из паутины огненных слизней.

Изумительное зрелище!

Убивать эту девчонку или продавать в бордель я не собирался. Я решил, что найду подходящее место и пристрою ее, пока не разберусь с пророчеством и этим чертовым мудрецом. А потом…

Возможно стоит ее держать при себе, а может это и вовсе не имеет смысла и судьба сама выведет ее в нужный «узел» наших судеб. Все же от нее слегка тянет тенью. Совсем капельку и может мне вообще показалось, но… Не проверял, но женщина с силой тени — страшная сила.

— Павелителя, я колбаса есть не буду, — снова запищал гоблин. — Моя травка есть, корешок… Может белка какой поймать…

— Почему он постоянно говорит про колбасу? —