Врачебная тайна 3 - Дия Семина
— Мне срочно нужно забрать у вас тёпленького гостя. Доктор медицины, барон фон Реден, подданный Царства Российского, личный врач Её Величества. Его привезли сюда, и подозреваю, что в бесчувственном состоянии…
— Подумать только, мне не докладывали, — генерал сделал удивлённое лицо, но мгновенно взял себя в руки.
— Потому что это не задержание, а захват. Хорошо, буду честен, вскрылось дело об отравлении, через считанные часы вспыхнет пламя политического скандала, но наша обязанность его затушить до того, как проблема станет катастрофой. Её Величество отравили, и сейчас она очень нуждается во враче, но кое-какие силы, всячески препятствуют, это заговор…
Комендант побледнел:
— Даниил Романович, но каким образом?
— После подробности, времени нет! Я уже чувствую, где искать парня, поспешим, ваши ключи весьма кстати, и позовите лекаря крепости, потому как барона усыпили хлороформом. Надо бы его привести в чувства, а если те, кто его привёз ещё здесь, то их задержать, предписание сразу напишу. Пусть посидят до выяснения всех деталей смуты, они похитители и соучастники преступления.
Только что довольный жизнью генерал, сник, с трудом сглотнул ком в горле, вздохнул и решил, что Аракчееву можно доверять.
Спасательная операция началась немедля, долго искать не пришлось: чёрная карета, в какой привезли бесчувственное тело доктора, стоит у входа в казематы.
— Задержать всех посторонних, и кучера, и охранников этой кареты, — генерал сам догадался, что делать, без подсказок Его Сиятельства. — Нам сюда, его, должно быть, оформляют, решили сделать дело, а после и меня поставить перед фактом. Надеясь на какие-то неопровержимые улики.
— Возможно, таковы и имеются, но до того, как ему их подкинули, Маркус Феликсович сам пришёл ко мне лично и показал средство, каким пытались убить Её Величество, а принимая во внимание мои способности и сан инквизитора, то вы должны понимать, никто не сможет сказать неправду. Я гарантирую его невиновность, доктор просто помешал заговорщикам.
Комендант с таким уважением посмотрел на Аракчеева, что сомнений не осталось, доверие есть и особых усилий прилагать не придётся, чтобы спасти хотя бы одного из страдальцев. Со спасением Насти так легко не получится.
— Сюда, Ваше Сиятельство, — Егор Иванович показал невысокую старинную дверь, здесь ещё нет запаха сырости, и нет давящих низких сводчатых потолков, но уже ощущается плотная хмарь страха, накопившаяся за столетия… Из высоких, узких окон открывается вид на эшафот, самое ужасное место столицы.
В просторном кабинете уже полным ходом идёт совершенно старенное «оформление». Сам же подозреваемый лежит и стонет на широкой лавочке, его, кажется, хорошенько потрепали те двое из дворцовой охраны, что сейчас с апломбом, дают показания против «немецкого шпиона», отравившего цесаревича. Местный дознаватель сидит за столом, слегка ошалело пишет под диктовку ложные обвинения.
— А вот и наши подозреваемые, задержать всех! Господа, сопротивление бесполезно, все ворота в крепость заперты, без моего разрешения никто не покинет Заячий остров, даже вплавь! — в голосе коменданта прозвенел металл. Дознаватель подскочил, и что-то невнятное проворчал…
— Лекаря сюда, надо нашего доктора привести в чувства. А этих я сейчас сам допрошу, всего две минуты… — Аракчеев успел проверить состояние Маркуса Феликсовича, и, убедившись, что с ним более или менее всё в порядке, а дурнота скоро пройдёт, решил лично вытрясти правду из молодчиков, похитивших Настю.
Комендант тоже осмотрел несчастного, и со вздохом выдал вердикт:
— Да, конечно, сейчас мы вынесем вашего доктора, но он плох, увы, придётся ему занять в нашем лазарете койку, быстро не сможет встать на ноги, увы, вам бы к царице кого-то из военного госпиталя…
— Хорошо, позаботьтесь о нём, Её Величеству я сам помогу…
События развернулись стремительно, и в этом захватывающем вихре, даже самоуверенные охранники Юсуповой растерялись, до конца не поняли, что произошло. Привыкшие, что любая прихоть Её Светлости исполняется беспрекословно, а сейчас что-то поменялось?
Граф, не теряя драгоценные секунды, прорычал:
— Куда вы увезли Анастасию Сергеевну? Кто приказал?
— Понятия не имеем. Мы застукали этого доктора с поличным. Я главный телохранитель Её Светлости княжны Юлии Николаевны Юсуповой, она фрейлина Её Величества и отвечает за порядок и безопасность. Мы при исполнении. У вас нет полномочий нам указывать. Если мы что-то предприняли, значит, на это есть приказ самого царя, дела дворцовые, канцелярию не касаются! — старший охранник не потерял дерзость и выдал свою правду с гонором, считая, что им и Тайный советник не указ, и своей несговорчивостью развязал инквизитору руки, а себе подписали короткую дорогу на эшафот, но пока сами не поняли, что им светит.
— Э, как вы запели, птицы голосистые! Не хочу вас разочаровывать, но Её Светлость превысила свои полномочия и начала использовать власть без санкций Его Величества. У вас нет ни единого законного основания задерживать барона фон Редена, и тем более не было оснований похищать Анастасию Сергеевну Гринёву. Вы соучастники страшного преступления — похищение невинных людей. Если с боярыней Гринёвой хоть что-то случится, то, надеюсь, эшафот вы заметили во дворе, он станет последним, что вы увидите перед смертью. А про здоровье Её Величества и Его Высочества я даже упоминать не хочу до времени, своими действиями вы поставили под угрозу жизни царской семьи в угоду Юсуповой. Ваша хозяйка более не фаворитка,, а вы с этой минуты — арестанты Петропавловской крепости. Итак, у меня один вопрос, куда вы отвезли Анастасию?
Охранники замерли, Аракчеев учуял животный страх, панику и единственное желание вернуть время вспять…
— Я жду, господа, как инквизитор, могу заставить сказать вас силой, но мне важно, чтобы вы произнесли название места вслух при коменданте Петропавловской крепости.
— «Приют бывших жён», — простонал младший по званию и более трусливый. — Это частная больница для душевнобольных женщин, в одном из фортов Кронштадта, место неприметное, о нём известно скудному числу осведомлённых, по сути, тюрьма для неугодных…
— Мать честная, у нас и такая пакость есть? — простонал комендант и не сдержался, перекрестился, словно услышал сейчас какое-то ужасное проклятье.
Ледяная дрожь пробежала по спине Аракчеева, с ненавистью взглянул на двоих охранников Юсуповой и ответил коменданту, понимая, что сам уже не успеет разобраться с этими делами, ему предстоит брать штурмом форт:
— Уф! Выходит что есть. Признаться, я думал о совершенно другом заведении, но, чтобы так… Егор Иванович, позаботьтесь о докторе и этих со всей строгостью запереть, через день-два