Муравьи не сдаются - Секора Ондржей

Ферда сразу принялся за дело. Он выскочил из-под листика и через минуту вернулся обратно, наскоро сделав из травы веник и щётку.

— Чищу, убираю, порядок навожу, подметаю, — запел он, принимаясь за уборку. Затем Ферда собрал на листок весь мусор и понёс его выкидывать, как вдруг споткнулся и — тррррр-а-хх! — раздался такой страшный грохот, точно небо обвалилось на землю — у Ферды прямо в глазах потемнело.

“Что это? Что это было? Ага, это я, наверное, так ударился”, — испугался Ферда. — Не сломал ли я себе чего?” — и он начал быстро ощупывать колени, локти, а потом и нос.

Но нет! И колени, и локти, и нос — всё было цело; это прогремел гром, приближалась буря, через минуту польёт такой ливень, что на полшага перед собой ничего не увидишь. Если Ферда не поторопится, муравьиные яички намокнут.

Нельзя было терять ни минуты. Ферда летал, как молния, носил, строил, и вскоре он возвёл такие стены из камней, листиков и травинок, накрыл их такой крышей из веточек и хвойных иголок, что мама очутилась в настоящем домике.

А когда раздалось новое “трррр-а-хх!”, когда снова загрохотало и полил дождь, Ферда тоже забрался в домик, прикрыл вход вместо двери камушком и вместе с муравьиной мамой оказался в безопасности.

“Бум-бурум-бум-бум-бум!” — застучали по крыше дождевые капли. Они хотели ворваться в домик, бегали от одной щёлочки к другой, но всё было плотно заделано. Ни одна из капелек не просочилась в домик. Внутри было чудесно: сухо, тихо и даже светло, — Ферда и об этом позаботился. Он вставил в отверстие стены одно из маминых прозрачных крылышек, и сквозь него можно было смотреть, как в окошко.