Хозяин Хаоса V - Максим Петров

— Это его проблемы, — я пожал плечами. — А у меня дела, очень много дел. Я готов вернуться сюда вечером и проникнуть в это хранилище, но при условии, что половину от содержимого получу себе. Как вам такая сделка, граф?

— Ну ты и хитрец, — с восхищением ответил Михеев. — Так и быть, согласен на твои условия. Главное, достань мне то, что там лежит, хорошо?

— Обязательно достану, Семён Семёнович, обязательно, — я медленно кивнул, думая про себя о печатях.

Теперь мне еще сильнее хочется встретиться с культистами, причем желательно, чтобы наша встреча была где-то в подземелье, где я бы смог допросить их с пристрастием и узнать, откуда у этих ублюдков такие знания. Печати ведь прерогатива высших демонов и демонов-лордов, а они не очень охотно делятся информацией, уж я-то знаю. Единственное, что мне приходит на ум, это то, что покровитель или покровительница этих гадов каким-то образом смогла договориться с демонами и получить от них знания. И, кажется, я догадываюсь, чем она им заплатила.

Эта догадка мне совсем не понравилась, но я удержал свои эмоции в узде и, попрощавшись с графом, направился на выход. Сегодня у меня еще разговор с друзьями Маши, которые должны стать моими сотрудниками, и просмотр своего имения, точнее дворца. Михайлов вчера обещал моим ребятам с утра прислать курьера с документами и ключами, так что дел у меня невпроворот. Ну и архив нужно изучить до конца, что-то мне подсказывает, что там еще много интересного найдется из того, что можно будет применить в будущем.

Поймав такси, я сел на заднее сидение и, погрузившись в легкий транс, пробыл в нем до самого дома, прокачивая каналы и источник. Ничего, огненный дар уже давно на уровне магистра, пространство тоже, а Хаос так и вовсе не подчиняется местным законам, но работает на порядок лучше того, что есть у обычных местных магов. Культисты — иное дело, эти твари используют божественную энергию, так еще и с демоническими вкраплениями, натуральное гадство, по-другому не скажешь. Впрочем, не сегодня так завтра с частью из них я точно встречусь, более чем уверен, что они не оставят остатки Шереметьевых в покое, вырежут на всякий случай, чтобы никто о них не узнал. Вот в этот момент я и возьму их за глотку, хе-хе…

* * *

Москва. Императорский дворец. Час спустя.

— Маша, держи себя в руках, — император уставился на жену недовольным взглядом, — я понимаю, что тебе всё это не нравится, понимаю, что речь идет о твоих родичах, но у меня на руках подписанное прошение от двадцати самых влиятельных родов столицы, и все они как один требуют разжаловать княжеский род Шереметьевых до баронского достоинства.

— Твари! — с ненавистью произнесла императрица, — они все просто падальщики, Леша, и ты потакаешь их желаниям!

— Ты можешь называть их как угодно, Маша, но эти рода, собравшись вместе, способны устроить проблемы даже Романовым, — спокойно произнес император, — хочешь на собственной шкуре почувствовать, что такое любовь высшей аристократии?

Императрица промолчала, поджав губы, а Алексей Николаевич хмыкнул. Он прекрасно знал свою жену, несмотря на все эмоции, она умела мыслить логически. Шереметьевых не спасти, и баронский титул — это максимум, что можно им дать. Да, возможно, через пару поколений этот род вернет себе былое могущество, но сам император в это слабо верил. В истории империи таких случаев почти не было, а все, что были, больше походили на чудеса.

— Жди меня тут, после дворянского собрания я вернусь, и мы серьезно поговорим, — император тяжело вздохнул и направился к выходу.

Покинув покои жены, Алексей Николаевич направился в малый тронный зал, где его уже ждали представители альянса во главе с Орловым и без пяти минут бывшая княгиня Алла Федоровна Шереметьева.

Дойдя до дверей, император на мгновение остановился, натянул на лицо суровое выражение и дал знак гвардейцам, после которого те открыли двери, пропуская его внутрь.

— Добрый день, господа, дама, — зайдя в малый тронный зал, император кивнул подданным и уселся на трон, — итак, я вас внимательно слушаю.

— Ваше величество, мы просим о справедливости, — Орлов взял слово первым, — княжеский род Шереметьевых полностью себя дискредитировал, и мы считаем, что отныне представители рода недостойны такого высокого титула.

— А что скажешь ты, Алла? — император перевел взгляд на почерневшую от горя женщину, — какие у тебя мысли на этот счет?

— Я приму любую вашу милость, ваше величество, — склонив голову, тихо ответила пока еще княгиня Шереметьева.

— Хм, достойный ответ, — Алексей Николаевич слабо улыбнулся и глянул на Орлова и других аристократов за его спиной, — господа, давайте говорить начистоту. Вы требуете невозможного, буквально замахиваетесь на устои. Я понимаю вашу боль, понимаю вашу злость, однако же одобрить тот вариант, что вы подали в мою канцелярию, просто не могу.

— Мы готовы обсудить ваши мысли, ваше величество, — Орлов спокойно кивнул, — но вопрос хочется решить сегодня, здесь и сейчас.

— Тогда приступим, — император выпрямился, — надеюсь на вашу дворянскую честь, господа, и помните, проигравшая сторона уже заплатила немалую цену!

— Мы это будем учитывать, — Орлов кивнул, а дальше начался торг.

Император давил на то, что альянс и так многое получит, а граф оперировал другими понятиями. Лишь княгиня до сих пор молчала, словно ее все это и не касалось…

* * *

Сорок минут спустя.

— Что ж, господа, я рад, что мы пришли к решению, которое устраивает всех, — император внимательно оглядел присутствующих в зале, — слушайте мое слово. Отныне род Шереметьевых не имеет больше права носить княжескую корону, теряет свой герб, взамен получая баронский титул. Также представителям баронского рода Шереметьевых на пятьдесят лет запрещается посещать столицу без приглашения от императорского рода. В качестве подъемных баронский род получает половину процента от того, что имел в княжеском достоинстве, а также отправляется в бессрочную ссылку в город Уральск. Такова моя воля!

— Благодарим за решение, ваше величество, — члены альянса глубоко