Бывшие. Цена ошибки - Елена Архипова

- Паш, ты не побоялся пойти против своего шефа.

Я замоталась в одеяло и обошла Павла, встав перед ним, потому что сам он категорически не хотел поворачиваться ко мне лицом.

- У тебя завтра будут проблемы? Он тебя теперь уволит? - поймала его взгляд.

- Не уволит, - Павел жестко усмехнулся. - Не вспомнит он завтра ничего!

- Не вспомнит?

- Нет, не вспомнит. Когда он переберет с алкоголем, как сегодня, то на утро следующего дня не помнит ничего.

- Совсем ничего?

- Совсем ничего, Аль! Абсолютно.

Я растерянно моргнула.

- Я знаю то, о чем ты хочешь меня спросить, - Павел невесело улыбнулся. - Не помнит он вашей с ним ночи на озере. Потому и в Масяне не видит себя. Хотя она очень на него похожа. Да и тест на отцовство это показал.

- Тест? Владимир делал тест?

- Не он. Я. Вчера вот только получил результат, - Павел вытащил из заднего кармана джинсов свернутую бумагу и протянул мне.

Я машинально забрала протянутый мне лист, развернула бумагу, пробежала строчки, нашла процент совпадения и не удивилась. Чему удивляться-то? Я и сама знала, кто является отцом моей дочери.

Меня потрясла другая информация - оказывается, всё то, что я себе напридумывала, Чернов просто-напросто не помнит…

- Аля, а хочешь, я увезу вас с Масяней отсюда. У меня есть квартира. Правда, там давно никто не жил. Я ее купил, отремонтировал, но сам не жил в ней. Там никто не жил. Она на другом конце города, а с моим графиком работы мне проще здесь, в его доме жить. Аль, он сейчас уснет, и я могу вас с Масяней увезти. Если ты, конечно, захочешь уехать отсюда. Я смогу сделать так, что он не найдет вас. Можно и паспорт сменить, и фамилию. В идеале бы тебе замуж надо выйти, Аль. Замужние женщины его не интересуют даже в роли любовниц!

Павел замолчал на миг, собираясь что-то еще добавить к своей, самой длинной за все время нашего с ним знакомства, речи, но мне хватило и того, что я услышала.

- Павел, хочу! – не дала я ему продолжить. - И уехать хочу, и замуж хочу. Паш, ты возьмешь меня в жены?

Он впился в меня тяжелым взглядом и произнес медленно, чеканя каждое слово:

- Возьму. Аля, я возьму тебя в жены. Собирайся, Аль. Я увезу вас. Когда он уснет, я приду за вами, - и, не говоря больше ни слова, Павел вышел из нашей с Масяней комнаты.

А я, постояв секунду, бросилась собирать наши с дочкой вещи.

Может, я и совершаю ошибку, но сейчас я не хотела оставаться в доме человека, который не помнит нашей с ним ночи любви, и который, в этом я уже не сомневалась, не вспомнит и сегодняшнего своего поведения.

Мне было всё равно, чего еще он не помнит в своей жизни. Быть забытой, пусть даже и под парами алкоголя, я не хотела. Обидно и горько быть той, кого не помнят. Мне было больно.

Глава 26

*Павел*

- А на утро Владимир проснется в своей кровати с раскалывающейся головой, с почему-то не открывающимся левым глазом и с прокушенной нижней губой.

Алька тяжело вздохнула и перевела взгляд на дочку, спящую в кресле, сделала вид, что поправляет на Масяне шапочку.

- Потом он спросит у своего отражения в зеркале, когда увидит всю эту красоту: “Какого рожна?”. Выматерится, потрогает сначала заплывший глаз, потом опухшую губу, - я улыбнулся, глянув в зеркало заднего вида на Алю, и, не удержавшись, похвалил:

- Знатно ты его укусила. Но на будущее имей в виду, на пьяных это не всегда срабатывает. Реакция у него могла быть и обратной.

- Хорошо, - Алька стыдливо отвела глаза.

- Аль, тебе нечего стыдиться. Ты все правильно сделала. Молодец, не растерялась. Еще помогает сильный удар коленом насильнику между ног. Но это если есть возможность, понятное дело.

Аля кивнула.

- Рассказывать дальше о том, каким будет завтрашнее утро Владимира?

- Расскажи.

- Потом Чернов там же, в зеркале, увидит свою руку. Сначала одну, потом посмотрит на обе, убедится, что костяшки не сбиты, поймет, что драки не было. И задаст вполне закономерные вопросы: “А что вчера было? Откуда это все на моей морде?” Потом встанет вопрос: “Черт возьми, сколько я вчера выпил? И почему Павел меня не остановил?”

- Ты так хорошо его знаешь?

- Я с ним работаю вот уже почти десять лет. Он мой работодатель, мой босс и мой объект охраны. Я обязан всё это знать.

- А его надо охранять? - тут же забеспокоилась Аля.

- Ну девяностые у нас, конечно, прошли, но разборки еще случаются. А специфика его деятельности такова, что он знает многое из того, что люди предпочитают скрывать.

- Кстати, да. Я всё хотела спросить, а чем он… Чем вы занимаетесь?

- Помогаем людям решать проблемы! - ответил уверенно, но, увидев испуганные глаза девушки, поспешил добавить:

- Нет. Ты неправильный вывод сделала. Мы не бандиты, Аль. Как раз-таки наоборот. Надо о ком-то собрать информацию? Это к нам. Поверь, не все в нынешний век повсеместного интернета и фотографирования всего подряд, в том числе и себя, на фоне этого всего подряд, так делают. Ты же вот не делаешь так?

- Нет, не делаю. Не вижу смысла. Да и кому может быть интересна жизнь матери-одиночки?

- Именно об этом я и говорю, - кивнул, давая ей понять, что знаю об этом. - Надо найти человека? Это к нам. Найти способ добраться до кого-то, кто должен ответить за содеянное - это тоже к нам.

- Вы каратели из секретного отряда? - выдала Алька неожиданную версию. Спросила, округлив глаза и даже понизив голос.

- Что? - от неожиданности я улыбнулся. - Нет, Аль, сами мы не караем. Для этого есть правосудие. Скорей уж, нашу деятельность надо отнести к детективному агентству. Собрали сведения, нашли, кого требовалось, и передали заказчику информацию.

- Ясно.

- И да, честно скажу, наши методы не всегда оправданы с точки зрения того же самого правосудия. Но мы никого не убиваем и не караем. Только сбор информации для заказчика.

- И что здесь такого? Это я сейчас к тому, зачем ему охрана?

- Что