Василиск - сын Горыныча. Часть 1 - Тимур Машуков

Прям родным домом повеяло.

— А тут был смысл? Кажется, мы просто хомячили, надеясь, что все закончится раньше, чем кто-то умрет от заворота кишок. Мне-то это не грозит, а вот насчет тебя сомневаюсь.

— Глупый мальчик… Я так и думала. Твоя любовь к мясу тебя до добра не доведет. В принципе, оно и виновато в том, что тебя так быстро находили и похищали.

— Эм… Не вижу связи.

— Но это не значит, что ее нет. Подумай лучше.

— Да о чем тут думать? Мясо, вкусное, с кровью, с перчиком…

— Стоп. Перчик. Что ты знаешь об Огнепряне?

— С армянками дел еще не имел. С армянами тоже.

— Дурак. Огнепрян — это смесь мелко молотых вулканических перцев, высушенной крови огненного ящера и пыльцы «пламенного цветка», растущего только на склонах действующих вулканов. Приправа ярко-оранжевая, с золотыми вкраплениями. При контакте с жиром начинает слабо искрить и издавать запах грозы. Но не суть. Огненные ящеры славятся своим нюхом и по крови могут найти своих родичей, где бы они ни находились.

Магическая наука не стоит на месте — так же это могут делать многие маги. Сожрав мясо с огнепряном, ты как бы поставил на себя метку, по которой всякий заинтересованный мог легко тебя найти.

Повариха, которая готовила тебе мясо, оказалась сучкой продажной и щедро посыпала им все, что можно. А потом продала информацию о тебе десятку родов. Точней, двенадцати из них. В ресторане тебя брать не рискнули, а вот в магазине запросто. Тем более, что нужный эффект от приправы достигается где-то через час и действует часа три, не меньше.

Так на тебя открыли охоту и так смогли отслеживать места, куда ты попадал. Ну, а дальше ты все видел сам.

— Эк они заморочились, — охренел я.

— Времени на подготовку у них было мало, а то мы тебя не успели бы вытащить.

— И что будет с этими… Ну, теми, кто так жаждет мужского тела?

— А ничего.

— В смысле — ничего⁈ Меня швыряли, таскали за воротник, не кормили. И ДАЖЕ!!! Даже сиськи не показали! Требую для них самой серьезной анальной кары. Даже готов ее провести лично.

— Экий ты кровожадный. По факту, урона тебе никакого не было нанесено. А если надавим, они скажут, что хотели просто с тобой поговорить, выбрав вот такой вот экстравагантный способ позвать в гости.

— А то, что это было ни разу не добровольно…

— Спасали, скажут. Мол, почувствовали угрозу тебе и спасали от других. Да мало ли можно всякого придумать…

— Ты совершенно права, милая, — к нам зашла уже виденная мной ранее начальница Надзора и села за стол. Посмотрела на него — ну да, мы ни разу не культурно жевали, –щелкнула пальцами, и он мгновенно стал чистым. Опять щелчок, и появилась служанка, которая быстро его накрыла. Нет, не мясом, а булочками всякими, да пирожками. Ну, и чай налила. Это нормально, для пищеварения самое оно.

— Эм… — мыча что-то неопределённое, завис я.

— Ольга Еленовна, — правильно поняла она мое затруднение. — Призвать их к ответственности не получится.

— И что? Они не будут наказаны? –искренне возмутился я.

— Ну почему же, — усмехнулась она. — Накажем, конечно. Очень больно, ты уж поверь. Но, скажем так… неофициально. Есть, знаешь ли, способы. А то ишь, моду взяли — мужчин воровать.

— Вот-вот. Когда будете наказывать — ну, пытать там или еще чего, обязательно меня позовите. Лично хочу им в глаза посмотреть.

— А ты со странностями, — посмотрела она на меня.

— Мне это сегодня уже столько раз сказали, что я даже устал считать.

— Так еще и не раз услышишь. Вообще не похож на мужчин — гордый, энергичный, похотливый. Заинтересовал. А раньше за тобой подобного не наблюдалось.

— Так я это… с ветки упал. Вот в голове что-то и щелкнуло.

— Интересный способ изменить личность. Надо будет как-нибудь его проверить. А зачем ты с ветки падал? По недомыслию или в знак протеста?

— Ну… Котенка полез спасать, а она не выдержала. Сломалась. Котенок вниз, я на котенка. Никто не выжил!!!

— Какая грустная история и трогательная история! — пустила слезу Наташа.

— Но ты-то выжил?

— Так котенок мягким оказался. Иначе бы все, плакали над моей могилой. А так только над могилой котенка.

— А потом?

— Меня спасли. Откачали. Вернули, можно сказать, с того света. Как же я страдал и страдаю! Некому поплакаться, прижаться к груди, рассказать о своих тревогах, переживаниях. Один я на этом свете, сиротинушка, — в знак солидарности с Наташей я тоже пустил слезу.

— Так, ладно. Хватит о грустном. Собирайся, в школу отправлю тебя.

— Эй, я не хочу!!!

Я попытался было гневно вскочить, но полный желудок не позволил, прижав меня к стулу. Предатель!

— Мне тут ночь пообещали. У меня стресс и лапки. Этот день не может закончиться так плохо!!!

— Да, мам, — умоляюще посмотрела на нее Наташа. — Давай отправим его завтра! Или через неделю. Мне ему надо столько показать!

Она так призывно облизнула губки, что я решил привязать себя к стулу ремнем, чтоб не вернули обратно. Осталось только его снять, но раздувшийся живот не давал это сделать быстро.

— Рада бы оставить, да нельзя, — развела руками Ольга Еленовна. — У меня приказ. Тем более, что действие Огнепряна закончилось. В общем, прощайтесь. Впрочем, вам никто не мешает продолжить знакомство, как только он выпустится из школы — то есть, уже через три дня. Ты уже себе выбрал дом?

— Нет еще. Как раз собирался, когда на меня эта напала.

— Вот и выбирай. Ты же поступать собираешься, так что бери поближе к академии, чтобы на дорогу времени не тратить много.

— А там общежитий нет, что ли? Ну, там смешанное обучение и все такое, — размечтался я.

— Нет. Парни в общежитиях не живут, иначе это плохо кончится. Для них.

— Тоска, печаль и пережаренное мясо, — тяжело вздохнул я. — Тогда это… Не прощаюсь же?

— Конечно, нет! — Наташа все же смогла встать, показав сильную волю и хорошие мышцы. — Скоро увидимся.

И она так меня поцеловала, что я едва не занялся с