Стример из иного мира. Том 2 - Андрей Схемов

— Сегодня уже один покушался на мою собственность. И он уже отправился на новый круг перерождения, — после чего я подкрепил свои слова выстрелом морозной стрелы.

Враг хоть и не смотрел на меня, но всё же среагировал моментально. Причём у него даже хватило времени на ответный выстрел дротиком из духовой трубки. А затем Чо Тун устремился в сторону, сгребая своим невидимым телом рассыпавшиеся в воздухе частицы льда. Последнее, кстати, позволило мне определить направление манёвра врага, благодаря чему я сразу попытаться выстрелить на упреждение.

После того, как я сам уклонился от дротика, разумеется.

Я ожидаемо промахнулся. Попробуй попади по невидимке. Но опять же, по нехарактерному разлёту крошева льдинок снова смог определить, где враг находится, и выстрелил снова.

После чего повторил действие ещё несколько раз!

Но все стрелы улетели в молоко, а враг в итоге снова пропал.

— Ты решил сжечь форпост? — голос Чо Туна опять прозвучал везде и сразу.

Он имел в виду случайно опрокинутую одним из моих снарядов жаровню, угли из которой упали прямо на рассыпанную на земле солому. Последней уже вовсю занимался огонь и вплотную подбирался к деревянной сторожевой башне.

— Сейчас знатно полыхнёт, — продолжал Ло комментировать всё происходящее. — И хорошо. В дыму можно увидеть эту крысу вонючую.

Разумеется, Чо Тун моментально воспользовался тем, что я отвлёкся на огонь, и снова вынырнул из пустоты с кинжалом наперевес. И в тот раз он оказался быстрее и таки зацепил меня. Полноценно проткнуть меня ему не удалось, а лишь по касательной задел, но мне от этого легче не стало. Повезло, что я стал крепче после недавних пилюль, а то, боюсь, уже лишился бы конечности.

Вспышка боли ударила по разуму. В голове, словно в колокол ударили, а глаза утратили ночное зрение. Восстановить правильное течение техники для поддержания умения не удавалось.

Зная о моей внезапной слабости после попадания, Чо Тун набросился на меня с молниеносными атаками, каких до этого момента ни разу не проводил. Он больше не пытался скрываться в тени и бить исподтишка. Он буквально обрушил на меня всё своё боевое мастерство.

Я же, чувствуя как боль усиливается с каждой секундой, едва успевал защищаться. О контратаках думать не приходилось, мне едва хватало сил на оборону.

— Что, Шен, зрение подводит? — дразнил меня Чо Тун, нанося удар за ударом в полной уверенности, что в какой-то момент мне не хватит скорости реакции.

И, в целом, он был прав. Я и сам чувствовал, как под всё нарастающей болью силы оставляют меня, а ночное зрение ни в какую не хочет возвращаться. Похоже, лезвие вражеского клинка было отравлено или влияло на ток энергии в теле. Иначе мне непонятно, почему хоть и глубокий, но всё же обычный порез оказал на меня настолько сильное влияние.

А ещё, как назло, у меня совершенно не было времени, чтобы принять противоядие или болеутоляющее. Отвлекись я хоть на мгновение от защиты, сразу же пропущу удар. Скорее всего, смертельный.

— В смерти нет ничего зазорного, — одновременно с этим подливал масла в огонь минотавр. — Если только умираешь достойно. Но это не про тебя, хозяин. Умереть от яда — это, конечно же, позор.

Кстати, об огне. Пламя уже вовсю ползло по сторожевой башне, однозначно намекая на то, что к рассвету от неё ничего не останется.

Но мне некогда было глазеть на неё. Как и думать о том, что внутри могли находиться стражники, которые, скорее всего, заживо сгорят прямо во сне.

— Просто сдайся и я обещаю закончит твои страдания, — Чо Тун продолжал давить, а я, не имея другой возможности, отступать.

И тут внезапно, будто мне было мало яда и противника серебряного ранга, восприятие начало сигнализировать мне о том, что я неуклонно приближаюсь к той самой ловушке, от которой несло жаром не меньше, чем от горящей башни.

Ну нет. Это уже слишком. Я, конечно, люблю хардкор, но сколько можно?

Как бы меня сейчас выручила та особенность моего наруча, которая помогла в битве с Су Хо на берегу. Вот только я не понимал механизма её активации.

Стоило мне об этом подумать, как помощь пришла оттуда, откуда ожидать не приходилось.

Познавший бедность властелин золотых гор даёт вам подсказку об одной из скрытых возможностей вашего наруча.

В следующий миг в моём разуме само собой возникло понимание того, что именно нужно сделать для активации навыка моего элемента доспеха. Мне оставалось лишь направить в него немного духовной энергии, смешанной с яростью определенным образом, и всё.

Последняя моему характеру не под стать, но в таких вот моментах можно немного и поддаться эмоциям. Тем более что спину уже начала обжигать та печать на дороге. Еще буквально шага три и я окажусь в ловушке. И там сгорю быстрее башни.

— Гой-да-аааа! — что было сил выкрикнул, пробуждая в себе чистую ярость.

Почему-то именно это слово из моего родного мира я счёл самым подходящим для этого случая.

На мою удачу, у меня получилось с первой попытки. Уже следующий удар Чо Туна по моему щиту вызвал ослепительный всплеск энергии, от которой кольцом устремилась ударная волна.

Земля вздрогнула. Между мной и противником в земле появилась трещина, которая закралась под горящую башню. Последняя, потеряв устойчивость, начала заваливаться прямо на нас.

Но это было полбеды. Второй половиной был Чо Тун, которому, как и положено серебряному мастеру, вспышка не причинила никакого вреда. Лишь слегка оттолкнула его от меня.

А плюсом к этому мой наруч временно потерял свой основной навык — полусферу силового щита. Теперь я даже защищаться не мог.

Все беды в кучу. Где же я так нагрешил?

— Хорошая попытка, — картинно облизнув окроплённое моей кровью лезвие кинжала, Чо Тун прыжком бросился на меня.

Собрав в себе остатки сил и решимости, я попытался отбить атаку мечом, но враг исчез прямо на моих глазах. А затем меня охватило острой болью — вражеское лезвие прошло моё тело насквозь со спины.

Похоже, Чо Тун воспользовался шагом через пространство, чтобы в один миг оказаться позади меня. А я среагировать не успел.

— Вот и всё, Шен из дома Линг, — выдернув из меня кинжал, проговорил противник. — Твой Путь окончен.

В глазах помутнело. Я едва держался на ногах, не в силах пошевелиться. Острая боль расходилась от раны по всему телу, затмевая моё сознание. Ловушка-печать обжигала спину.

А ко всему прочему горящая башня продолжала заваливаться прямо на меня.