Порочные цели - Мила Кейн

Она тут же поднялась на колени. Я стянул футболку через голову и швырнул ее в сторону. — Эту дверь можно было бы вообще не закрывать, из комнаты все равно ничего не украдут.

Она не отводила от меня глаз. Я раздевался не спеша, наслаждаясь восхищением в них.

— Потому что здесь нечего красть, кроме старых носков? — прошептала она.

Я снова усмехнулся. Одним движением расстегнул ремень и выдернул его из петель джинсов.

Она следила за каждым моим движением, затаив дыхание. Я сложил ремень петлёй, накинул его ей на шею и подтянул ближе к себе.

— Здесь есть что красть. И немало… но никто не осмелится. Взять что-то отсюда, черт, даже зайти в эту комнату – значит пойти против клуба. Байкеры не любят делиться.

— Но я здесь, — пробормотала она, опустив глаза к моим губам. Ее щеки порозовели, и придав ей чертовски соблазнительный вид.

— Да, но ты здесь со мной. А в этом я точно ни с кем не делюсь.

Я выпустил ремень, и он мягко упал вокруг нее, а затем грубо поцеловал ее. Джинсы полетели в сторону, и освободить мой член из тесного плена было чистейшим блаженством. Ее одежда последовала за моей – я сорвал ее и отбросил прочь.

Я отступил на шаг, чтобы окинуть взглядом ее обнаженное тело, потирая большим пальцем губы, пока мой член лежал на животе, с нетерпением выделяя предэякулят. Я провел рукой вниз и сжал его. Мои яйца горели от желания опустошиться внутри этой женщины.

Я уже представлял, как это будет потрясающе. Мои пальцы все еще помнили тепло ее киски.

Я навис над ней, целуя ее живот, поднимаясь выше, к груди. Черт, она была идеальна. Такими сиськами можно было задушить мужчину – и он умер бы счастливым ублюдком. Я нашел ее сосок, зажал его губами и потянул, перекатывая твердый бугорок между зубами, одновременно упираясь головкой члена в ее мокрую щель. Она приподняла бедра, без слов умоляя меня войти в нее.

— Если ты и дальше будешь подставлять мне свою драгоценную киску, у меня не останется выбора, кроме как трахнуть тебя так жестко и быстро, как я захочу, — произнес я, не отрываясь от ее кожи.

Переместив губы к ее шее, я погрузился чуть глубже. Я заполнял ее сантиметр за восхитительным сантиметром, пока ее киска жадно сжималась вокруг меня. Я уже понял, что у нее мало опыта – по тому, как она краснела и ерзала, по этой милой, беззащитной манере… Она явно не привыкла, чтобы ее так желали. И это чертовски освежало. Делало каждое ее движение в тысячу раз сексуальнее. Естественная, не наигранная чувственность. Такие женщины, как она, обычно не смотрели на парней вроде меня. До сегодняшнего вечера.

— Хмм, я хочу этого… — Ее глаза встретились с моими. В тусклом свете луны они казались бездонными – темные, огромные, полные немого желания.

— Чего ты хочешь? — я нарочно заставлял ее повторить. Мне нравилось, как она стесняется прямо попросить, чтобы ее трахнули.

— Я хочу, чтобы ты… сделал это, — выдохнула она.

Из моей груди вырвался смешок из-за ее нежелания нежелания сказать прямо.

Я протолкнулся в нее еще на дюйм, потом еще. Нам предстоял долгий путь.

— Хорошо, красавица, я сделаю это… и даже больше. Я сделаю с тобой всё, о чем ты слишком стесняешься попросить, — прошептал я ей в ухо, затем перенес вес на локоть и намотал ее волосы на кулак, запрокидывая ей голову.

Ее киска сжалась вокруг меня. Я потянул ее за волосы и медленно, с выдержкой, которую годами оттачивал на тренировках, вогнал член в ее жадную киску. Хоккей научил меня дисциплине, без нее в этом спорте не добиться успеха. И сейчас мне требовалась каждая крупица этого самоконтроля, чтобы сдержаться. Дать ей время привыкнуть. Позволить расслабиться.

— Я… предохраняюсь, — выпалила она.

Черт. Защита. Обычно я не забывал о ней, но сегодня это просто вылетело из головы. Я думал только о том, как пульсирует кровь в жилах, требуя оказаться внутри этой женщины. Я был чист, как стеклышко, и готов был поставить свою будущую карьеру в НХЛ на то, что она тоже.

Она вздохнула, когда я погрузился глубже, заполняя ее. Господи, она была идеальна, ее тело вмещало меня, бедра обхватывали мои, а ее кожа пахла лучше всего на свете. Пышная грудь прижалась к моей, когда я опустился на нее и вошел до конца.

Она вскрикнула, а я сдавленно застонал – усилие, чтобы не кончить прямо сейчас, было почти невыносимым. Но я был хозяином своего тела. Я всегда держал себя под контролем… и не собирался кончать, пока не заставлю ее увидеть звезды. Я вышел почти полностью, и тут же вошел снова, первый полный толчок заставил мои пальцы ног сжаться от удовольствия. Жар разлился у основания позвоночника. Ее ногти впились в мои плечи, пока я медленно трахал ее, заставляя ее сходить с ума от желания и заливать меня своими соками. Она цеплялась за меня, запрокинув голову, пока ее бедра непроизвольно двигались.

Ее тело напряглось и обвилось вокруг моего, как самый прекрасный инструмент, на котором мне доводилось играть.

Я просунул руку между нами и откинулся назад, усаживаясь на колени между ее ног, так, чтобы ее тело поддерживали мои бедра и матрас. Большим пальцем принялся ласкать клитор, продолжая трахать ее, пока ее ноги не задрожали. Она посмотрела на меня, в ее глазах снова мелькнул страх, она боялась кончить, боялась отпустить себя, но я настойчиво подтолкнул ее к оргазму. Ее киска сжалась в десять раз сильнее, вытягивая сперму из моих яиц. Она кончила с громким криком, и я последовал за ней. Наши голоса слились – ее крик и мой хриплый стон – и мне стало интересно, увидела ли она в этом звуке цвета.

Я заполнил ее до краев, наслаждаясь тем, как сперма обволакивает меня по всей длине, когда я остался внутри. Все еще твердый и готовый к продолжению.

Она заерзала на моем члене, ее веки дрогнули, а губы растянулись в блаженной улыбке.

— Это было потрясающе, — сказала она хриплым, томным голосом. Красиво.

— Хммм, — согласился я и вернул пальцы к ее киске, играя с завитками на лобке, пропуская сквозь них пальцы. В следующий раз, решил я, кончу прямо на них.