Куда ты денешься? - Натаэль Зика
— Хорошо, — ответила Мейер. — Я подумаю и перезвоню, пока оставайся там, где ты есть, и ничего больше не предпринимай.
Сбросив вызов, Вероника просмотрела сообщения и на пару минут зависла, рассматривая фотографии Головиной. Жена главврача была довольно красива и явно очень за собой следила. Волосы уложены волосок к волоску, маникюр не дешёвый, брови, ресницы и весь облик — всё выверено до мелочей. В каждом кадре она в новом платье, и ни одного повтора. Дорогие украшения, но не кричащие, а те, что говорят о вкусе, а не о желании пустить пыль в глаза. Туфли, сумочки, шарфы — всё в тон, всё очень точно подобрано. Эта женщина явно не жалела ни времени, ни денег на то, чтобы выглядеть безупречно. И, судя по тому, как она держалась перед камерой — неловко, но с вызовом, — ей было важно, чтобы её оценили и одобрили. Провинциальная дама, которая очень хочет быть столичной. Идеальная мишень для лести.
Мейер откинулась на спинку кресла и задумалась.
«В ресторане не поговоришь — там муж, официанты и слишком много посторонних ушей. А вот салон красоты — место, где дамы расслабляются, где языки развязываются сами собой, где можно «случайно» оказаться рядом и завязать разговор…»
Она тут же набрала детектива снова.
— Мне нужно знать, когда у неё запись в салон. Срочно.
Он перезвонил, когда машина Вероники уже подъезжала к Заозёрску.
— Ближайший визит — завтра в одиннадцать, Головина записана на маникюр и уход за лицом.
Вероника улыбнулась — она не первый год жила в этом мире и хорошо знала: в провинции, где самое доступное развлечение — это слухи, жена значимого человека всегда в курсе всех сплетен.
Оставалось только правильно к ней подобраться, с ходу заинтересовать и предложить выпить кофе, а уже там, в кафе или ресторане — куда получится затащить, — и начнётся самое интересное.
Но действовать нужно аккуратно, не в лоб и не трясти деньгами — вряд ли Лариса Головина настолько нуждается, что за энную сумму начнёт выворачивать перед Вероникой грязное бельё подчинённых супруга. Ей нужно другое — лесть, внимание и ощущение, что она не просто жена главврача в забытом богом городишке, а настоящая леди, которую столичная гостья оценила по достоинству.
— В гостиницу, — велела она водителю и откинулась на спинку сиденья: новый план начал приобретать реальные очертания.
На следующий день Вероника Станиславовна специально выдержала время и приехала в «Шарм», когда процедуры Головиной должны были подойти к завершению.
Мейер вошла в салон с высоко поднятой головой и надменным взглядом королевы. И с удовлетворением отметила, что её появление не осталось незамеченным — все тут же повернулись в её сторону.
Не спеша оглядевшись, она направилась к стойке администратора, отметив про себя, что та и не подумала выйти навстречу новой посетительнице.
«Провинция, что с них взять? — промелькнула в голове презрительная мысль. — Была бы я хозяйкой этого салона, нерадивая дура у меня уже летела бы за дверь с волчьим билетом!»
— Добрый день! — Вероника Станиславовна одарила администраторшу сдержанной улыбкой. — Мне нужно освежить маникюр, посмотрите, есть ли возможность обслужить меня прямо сейчас? Я не записывалась, но вдруг мастер уже освободился?
Администратор заглянула в журнал:
— К сожалению, всё занято до вечера, но есть окно на завтра, в десять утра.
— Ах, какая жалость, — Вероника вздохнула, но не двинулась с места. — Я уезжаю сегодня вечером... Случайно никто запись не отменял?
Администратор пожала плечами:
— Пока нет, но если вы подождёте пять минут, я попробую обзвонить клиенток, кто записан на сегодня, и уточнить, не изменились ли их планы.
— Буду вам благодарна, — кивнув, Вероника Станиславовна прошла в зону ожидания и присела в кресло у низкого столика, заваленного глянцем и рекламными проспектами.
Взяла какой-то журнал и принялась машинально перелистывать страницы, краем глаза контролируя пространство.
К счастью, время она рассчитала правильно и ждать пришлось недолго — буквально через пять минут из глубины зала показалась женщина, которую Мейер легко опознала, спасибо присланным детективом фотографиям.
Лариса Петровна Головина.
Не задерживаясь, главврачиха направилась к выходу, и Вероника поспешила к стойке администратора, по пути специально слегка задев Головину сумочкой.
— Ах, простите, я такая неловкая! — всплеснула руками.
— Смотрите, куда идёте, — сердито бросила та.
Но тут же, быстро оглядев незнакомку, оценила качество и стоимость её одежды. И добавила:
— Ничего, бывает. Вы здесь...
И замолчала, ожидая, когда незнакомка продолжит.
— Я здесь случайно, — Мейер потрясла рукой. — В дороге зацепила ноготь, увидела вывеску и решила обновить маникюр, но всё оказалось занято. Такая жалость, что здесь только один приличный салон... Ну что ж, придётся пять часов потерпеть, а там моя маникюрша всё поправит, я уже отправила ей сообщение, к семи приедет прямо на дом. Всё-таки в Москве с этим проще.
Головина моргнула, переваривая поток информации.
— Так вы гостья в Заозёрске?
— Да, проездом, — заулыбалась Вероника Станиславовна. — Мне так неловко, что я вас задела. Понимаете — засмотрелась: не ожидала встретить в этом захолустье настоящую леди.
Затем Мейер повела кистью в сторону Головиной, словно очерчивая ту овалом.
— Простите мою бесцеремонность! Я просто не могу не отметить, с каким вкусом подобран ваш лук! Вы москвичка, да? Узнаю столичный шик! Это ваш салон?
Лариса Петровна замерла. На мгновение в её глазах мелькнуло удивление, потом — настороженность, но комплимент был слишком хорош, чтобы от него отмахнуться.
— Спасибо, — ответила она с плохо скрытым удовлетворением. — И нет, к сожалению, я не москвичка, я местная, но не владелица салона красоты. В принципе, можно позвонить хозяйке «Шарма», и она...
— Что вы, — замахала руками Вероника, — я не хочу никого напрягать! Ничего страшного, потерплю до дома. Как мне к вам обращаться?
— Я Лариса, — немедленно отозвалась Головина. — А вы...
И замолчала, ожидая, когда собеседница представится.
— Вероника, — произнесла новая знакомая, протягивая руку. — Вы разрешите загладить свою оплошность и угостить вас кофе? Куда бы мы могли переместиться и выпить по чашечке?
Головина расплылась в улыбке:
— Тут за углом есть кафе. Не ресторан, конечно, но кофе варят сносный. Пойдёмте, покажу.
Они вышли на улицу, и Вероника, идя рядом, продолжала легко и непринуждённо разговаривать, будто они были знакомы много лет.
— Знаете, я просто не могу поверить, что такая женщина, как вы, живёт в этой глуши. У вас же столичный лоск! Вы, наверное, здесь от скуки умираете?
— Не то слово, — вздохнула Лариса, и в этом вздохе было столько наболевшего, что Вероника внутренне улыбнулась.
Ключик подходил!
Они устроились за столиком у окна. Вероника заказала