Лабиринты моих снов - Сандра Барро

— Отлично, — тихо произнёс Рома, глядя девушке в глаза. — Ты молодец, что смогла передать адрес. Теперь расскажи мне, как дом выглядит изнутри. Нам нужно знать, где он. Где кабинет Шамиля? Есть ли оружие? Камеры?

Алина глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

— Дом двухэтажный. Спальни на втором, но он редко там бывает. Кабинет у него на первом, слева от главного холла. За двойной дверью. Внутри оружейный шкаф, он заперт. Иногда охрана бывает внутри, но чаще за дверью. Камеры — в холле, у главного входа, и на лестнице. Но одну можно обойти, если идти вдоль стены. Есть задняя лестница, которая ведёт в подвал. Но подвал — это тупик, оттуда выхода нет. Марина — в комнате наверху, третья от лестницы, правая сторона.

Рома кивнул, быстро запоминая каждую деталь.

— Молодец. Теперь послушай: иди через двор к забору, там есть проход к машинам. Они за теми деревьями, чуть в стороне от дороги. Там безопасно. Сейчас подъехали ребята из спецназа, беги напрямую к ним. Поняла?

— А Марина?.. — прошептала она.

— Мы идём за ней. Сейчас. Никто никого не бросит, слышишь? Беги, пока не поздно, сейчас здесь будет жарко.

Алина кивнула, с трудом поднялась на ноги и, бросив последний взгляд на дом, скрылась в темноте, побежав по тропинке к лесу. Рома, не теряя ни секунды, сжал пистолет и, пригибаясь, побежал к дому.

Амир

Я замер у стены особняка, прислушался. Изнутри доносились глухие голоса охраны. Один из них где-то в холле, другой, судя по шагам, прошёл в сторону кухни. Быстро сверившись по рации с остальными, я шепнул:

— Все на местах. Входим по сигналу.

Я прижался к стене с противоположной стороны от входа. Сердце билось глухо, будто отмеряя время до момента икс. Пальцы напряглись на спусковом крючке, а взгляд не отрывался от массивной двери. Поднял руку и начал отсчёт.

Три… два… один.

Выдохнул и толкнул дверь.

Всё произошло быстро. Мы ворвались внутрь, как единый организм. Рома и Паша с Артёмом уже были в холле через чёрный ход, отсекая охрану с другой стороны. Руслан с Димой проникли через крышу, сверху послышался глухой удар, за которым последовал крик и звук падающего тела.

Охранник у лестницы потянулся к кобуре, но не успел достать пистолет. Я сделал предупредительный выстрел в потолок, и он замер, подняв руки. Паша быстро подбежал к нему и, скрутив, оттащил в угол.

— Чисто! — прозвучало от Димы по рации.

— Амир, комната Марины наверху. Кабинет слева от холла. — раздался голос Ромки. — Иди туда. Паша, прикрывай его с лестницы.

Пройдя вдоль стены, я приблизился к двойной двери. Рома передал мне слова Алины о том, что он находится за этой дверью. Однако она была заперта. Я снова проверил пистолет и, убедившись, что он готов к бою, резко толкнул створку плечом, выбив её.

Внутри — полумрак, запах перегара и дыма. За столом сидел Шамиль, пьяный, но всё ещё опасный. В руке пистолет. Его взгляд был мутным, и в нём светилась злоба.

— Не делай глупостей, — сказал я прицелившись. — Положи оружие.

— Не сейчас… — прохрипел он и, вскинув руку, нажал на курок пистолета.

Раздался грохот.

Выстрел, резкий и оглушительный, словно удар кнута. Я едва успел отскочить в сторону, и пуля, ударившись о дверной косяк, выбила щепки. Воспользовавшись моментом, Шамиль стремительно поднялся, схватил запасной пистолет из ящика стола и с невероятной скоростью выбежал в коридор. Его силуэт метнулся вглубь дома, скрылся в полумраке, как крыса в щели.

— Всем! — закричал Рома. — Он уходит! Парни, за ним!

— Живой? — крикнул кто-то из наших.

— Пока да, — прохрипел я, прислонившись спиной к стене.

— Чёрт! — выругался Ромка, бросаясь за ним, но я остановил его. — Осторожнее, он знает дом лучше нас. Я пойду за Мариной.

Особняк словно ожил. Скрип половиц, топот ног, отрывистые команды по рации. Всё слилось в один вихрь.

Шамиль исчез в лабиринте коридоров, зная дом как свои пять пальцев. Я пересёк холл, мимо меня пронёсся Руслан с двумя ребятами, они побежали влево.

Рванул наверх, преодолевая ступени на автомате. Всё внутри горело — злость, страх, боль. Голова гудела, сердце стучало в ритме боя.

Наверху было полутемно. Третья дверь справа. Я подбежал, толкнул — заперто. С другой стороны послышался шорох.

— Марина⁈ Это я! Амир!

Пауза. Потом голос, сорванный, дрожащий:

— Я здесь! Дверь заперта! Я пыталась…

Я прислонился к замку плечом и резко дёрнул. Раздался скрежет, дверь открылась. Я вбежал в комнату, которая была пуста и освещалась лишь тусклой лампой у кровати. В окне — силуэт. Она пыталась выбраться из окна, стоя на подоконнике в согнутом положении и надеясь спуститься по простыне, перекинутой через оконную раму.

— Марина! — крикнул я, подбегая. — Не надо! Я здесь, всё хорошо!

Она резко обернулась, в её взгляде читался испуг, и её ноги соскользнули. Я успел схватить её за руки и потянул назад, пытаясь силой втащить в комнату.

Глухой удар — словно кто-то с размаху ударил меня по спине раскалённым ломом.

Я застонал, отпустил оружие и рухнул на колени, но не отпустил Марину. Краем глаза увидел: в дверях, словно из самого ада, стоял Шамиль, с пистолетом в вытянутой руке. Лицо искажённое, глаза — безумные.

Мои силы стремительно покидали меня. Острая боль пульсировала в груди, дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Но я не мог отпустить её. Сознание затуманилось, пот застилал глаза. Я снова увидел, как Марьям висит над обрывом, а мои руки разжимаются, и она летит в пропасть. Собрав последние силы, я громко произнёс молитву.

— «Поистине, мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы вернёмся! О Аллах, награди меня за моё несчастье и замени его чем-то лучшим!».

Я резко потянул её на себя, втащил в комнату, и мы упали на пол.

Из коридора уже выбежал Руслан. С глухим криком он несколько раз выстрелил, и Шамиль отлетел назад. Его тело ударилось о стену и безжизненно рухнуло на пол.

— Амир! — Руслан бросился ко мне и, схватив за руку, попытался поднять. — Брат, слышишь⁈ Я здесь!

Марина опустилась рядом, не в силах сдержать рыданий.

— Живой… живой, — шептала она, — только держись, прошу тебя…

Стены вокруг поплыли.

— СКОРУЮ! — Заорал Руслан. — Медиков сюда! Быстро!

Я почувствовал, как он прижимает меня к полу, что-то говорит, но слова расплываются. Надо было держаться. Надо было досмотреть, как она улыбается. Как выходит из этого дома свободной. Надо…

Тьма подступила быстро, но я боролся с ней. До