Девяносто девять дней в "Сантосе" - Юлия Поспешная

— Лана, — процедил он, впечатав ладонь в стену рядом со мной, — сейчас ты заходишь в эту комнату, — он кивнул себе за спину, — и на выбор указываешь на двух парней. Мне всё равно кого ты выберешь, просто укажи на две морды и проваливай на все четыре стороны.

— Что значит «всё равно»?! Я же говорю, что это не они! — ошарашенно запротестовала я. — Это другие…

— Да мне нас**ть! — рявкнул Ростислав. — Зайди, твою мать, вытяни пальчик и покажи на тех, кто тебе наименее симпатичен. А потом вали в объятия своего Стрельцова! Только не трать попусту время! Дело нужно закрыть! Поняла?!

Я не могла справиться с навалившимся на меня потрясением.

Да что он такое несёт?! Как… Как можно взять и обвинить кого попало… Эти люди…

— А кто эти мужчины? — спросила я.

Рос опять выругался.

— Да какая тебе на *** разница?! — воскликнул он.

Я вздрогнула, когда он вновь навис надо мной.

— Какие-то бомжи, бродяги и пьяницы. Им за решеткой только лучше будет! Пошли!..

Он схватил меня за руку и потянул в кабинет.

— Я не буду осуждать невиновных! — яростно воскликнула я и, набравшись смелости, вцепилась ногтями свободной руки в его в запястье.

— Ах не будешь?! — он развернулся и с силой притянул меня к себе. — Не будешь?! Ты значит у нас такая правильная, хорошо воспитанная и честная?! Для тебя это низко?! Недопустимо?!

— Рос, пусти! Мне больно! Придурок! — я попыталась вырваться, но Жарковский вдруг выкрутил мне руку да так, что я непроизвольно вскрикнула.

— Пошли!.. — потребовал он.

— Пошел ты сам!.. — выдохнула я со слезами.

— Хрена ли ты упрямишься, Лана?! — проорал вскипевший Рос. — Что тебе до этих людей?! Ты их завтра забудешь! У них все равно никакого будущего! Они, как гнойники на теле страны — никакого толку от этих вонючих пьянчуг! Пошли, говорю! Будешь упрямится, дура, я отцу скажу, и он ваш дельфинарий снесёт к чертовой матери! Не забывай, в чьих угодьях ты работаешь! Поняла меня?! Вставай!

Он грубо дёрнул меня за руку, вновь заставив скривится от боли и всё-таки затолкал обратно в кабинет.

Стоявшие здесь полицейские с любопытством посмотрели на меня, а затем на Ростислава.

Я, опустив голову и всхлипывая, пыталась справиться с растекающимся по щекам слезам.

— Всё в порядке? — рискнул поинтересоваться один из полицейских.

— В полном, — буркнул Ростислав. — Просто девушка вспомнила, что с ней чуть было не сделали эти ублюдки и расплакалась. Обычное дело, не так ли?

— Ну, да, — пожал плечами полицейский.

— Давай, — шепнул мне на ухо Рос. — Не заставляй меня рушить жизни твоего дяди и всей вашей дельфиновой братии.

Я подняла заплаканные глаза на стоявших передо мной людей. Глотая слёзы, дрожащей рукой я, мысленно проклиная себя за свой омерзительный поступок, указала на первых двух.

— Вот эти, — ослабевшим голосом ответила я.

— Вы уверены? — спросил один из полицейских что-то быстро набирая на ноутбуке.

— Да, — ненавидя Ростислава, обреченно ответила я.

На улице уже был полноценный темный и поздний вечер, когда я, понуро опустив голову, вышла следом за Ростиславом.

Жарковский шел впереди, совершенно не обращая на меня внимания, и говорил по телефону.

Я его не слушала, не могла слушать. В голове и в самом сознании распространялся какой-то монотонный тяжелый звон, заглушающий мои мысли, кроме одной: я оболгала невиновных! Я возможно сломала жизни вообще ни в чем не повинных людей!

Я подняла увлаженные от теплых слёз глаза на спину Ростислава.

Зачем он заставил меня это сделать? Зачем?! Что вообще происходит?!

Жарковский, тем временем, неторопливо шел к своей машине, даже не оборачиваясь в мою сторону. Он вёл себя так, словно меня вообще здесь не было.

Я попробовала пару раз окликнуть его, но Ростислав даже не оглянулся, продолжая посмеиваться в трубку.

Он дошел до своей машины, я ускорила шаг и тоже подошла к его автомобилю.

— Лана, мне нужно по делам, — сказал он, качая головой.

Я уставилась на него, с влажными от слез глазами и испуганной растерянностью.

— Но, Рос, сейчас почти ночь… я не знаю города, как мне вернуться назад…

— Позвони своему романтичному неудачнику, — со злобной небрежностью бросил Жарковский.

С этими словами, он открыл дверцу своего шикарного седана и уселся за руль.

Он резко дал с места, обдав меня пылью из-под колес.

Я скривилась, быстро отвернулась и закашлялась. В горле запершило, глаза начали слезится сильнее. Сухая пыль жгла горло, под стать той горечи и разочарования, которое я сейчас испытывала.

Я ощущала себя так, будто он отвесил мне пощечину, перед тем, как в ночи бросить одну посреди чужого, для меня, города.

Несколько минут я шла прочь от полицейского участка, пытаясь понять, что за пугающие метаморфозы произошли с Ростиславом. Я догадывалась, что он мог просто играть роль хорошего парня, да и то не слишком убедительно, если вспомнить инцидент на его яхте. Но я и не представить не могла, что он может быть таким… Что с ним произошло?..

Я неторопливо и понуро плелась по озаренным тысячами огней ночным улицам города.

Маленький и уютный курортный городок, как и прежде жизнерадостно цвел на берегу моря, под сиянием южных созвездий и почти идеального месяца, как с картинки. Южный морской город продолжал веселить отдыхающих здесь людей, десятками баров, уютных ресторанчиков, клубами и безмерным количеством аттракционов.

Всегда веселому и жизнерадостному городку не было дел до моей печали и тому, что я наделала десять минут назад.

Спустя несколько минут бесцельного брожения по улицам Анапы, я поняла, что вообще не понимаю, куда иду.

Тогда я остановилась неподалеку от магазина с пляжной одеждой и набрала Костю.

Чисто теоретически я могла бы, наверное, вызвать Uber. Но я была одна, ночью, посреди чужого города, растерянная и напуганная тем, как вынудил меня поступить Ростислав. Тем более, после того, как я увидела, что здешняя полиция или часть её в кармане у Жарковских, мне крайне стремно ехать куда-то с незнакомым человеком. Сейчас мне, как никогда, было жизненно необходимо, чтобы рядом со мной оказался, кто-то, кому я могу доверять.

Кто-то верный, добрый и ласковый, кто может обнять сильной рукой, с чувством прижать к себе и прошептать мне на ухо: «Всё в порядке, не бойся, я рядом…»

— Лана? — судя по голосу, Стрельцов был взволнован и обрадован одновременно. — Ты где? Как всё прошло? Этот упырюга уже везёт тебя обратно?

— Нет, — тихим надломленным голосом, произнесла я.

— Почему?! — немедленно взвился Костя. — Что ему опять от тебя нужно?! Где