Куда ты денешься? - Натаэль Зика
— Сейчас, — Никольская метнулась на кухню и загремела посудой.
Через полчаса вещи были загружены в автомобиль. Виктор быстро перекусил, бережно взял на руки спящего Савву и перенёс его на заднее сиденье. А потом достал из кармана маленький бумажный пакетик и протянул Алёне.
— Вот, держи. Старую прямо сейчас достань и выбрось, а эту вставь. Симка оформлена на меня, так что тебя по ней не вычислят. Я не очень понял, что у вас стряслось — потом расскажешь. Но если человек не хочет показываться на вокзале, значит, он боится, что его найдут. И первое, что нужно сделать, это избавиться от старого номера.
Алёна взяла пакетик, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло.
— Спасибо, Витя, — тихо сказала она.
— Вынь старую и выбрось прямо здесь, — напомнил он. — Чем меньше следов, тем лучше. Как только вставишь новую, твой старый номер перестанет существовать. Никто тебя не найдёт. Кстати, Поль, а это тебе, — и протянул тётке второй пакетик. — Новая жизнь, новая связь! Доедем, я тебя наберу — у меня оба эти номера уже в телефоне.
Алёна вытащила из телефона старую симку и зашвырнула куда-то в палисадник. И почувствовала, словно вместе с симкой выбросила часть прошлой жизни.
А потом обняла Полину.
— Спасибо, — сказала, чувствуя, как голос снова срывается. — Ты не представляешь, что ты для меня значишь. Ты и Савва — вы для меня всё, понимаешь?
Та обняла её в ответ и прошептала:
— И ты для меня всё, Алёнушка. Мы справимся. Ты очень сильная. Никогда не сдавайся.
— Завтра позвоню с нового номера.
— Я буду ждать, — ответила Полина, не скрывая слёз. — Береги себя и Савушку. И ничего не бойся. Ты сильнее, чем думаешь.
Алёна кивнула и села в машину, к сыну. Виктор завёл мотор, машина тронулась с места.
Полина стояла у подъезда, пока огни машины не скрылись за поворотом дороги, и шептала в темноту:
— Береги себя, дочка!
Она ещё долго смотрела в ту сторону, где исчезли фары, а потом подняла глаза к небу, глубоко вздохнула и, вытерев ладонью мокрые щёки, улыбнулась.
Пусть сейчас темно и холодно, но завтра обязательно взойдёт солнце.
Глава 24
Вероника Станиславовна сидела в своём кабинете, и единственным источником света была настольная лампа с зелёным абажуром, выхватывавшая из полумрака гору бумаг. Обычно здесь был порядок, но с тех пор, как курьер привёз серый пакет от частного детектива, всё полетело кувырком.
Она не торопилась его вскрывать — сначала положила перед собой, потом отодвинула, потом снова приблизила, словно боялась. Но не самого содержимого: Вероника переживала, что там окажется не то, что она мечтает увидеть.
Наконец женщина решилась, взяла ножницы, надрезала бумагу и вытряхнула содержимое на стол. И рвано вздохнула: кроме листов с отчётом и копий документов из пакета выскользнули несколько фотографий. Дрожащей рукой Вероника Станиславовна взяла снимки и внимательно рассмотрела их один за другим — похож или нет?
И разочарованно вздохнула — мальчик оказался копией Алёны! С поправкой на возраст и пол, конечно, но родство с Никольской визуализировалось без труда. А вот сходства с Германом не было.
«От кого она родила? — с досадой подумала Вероника, перебирая фотографии. — Надо же, какая живучая дрянь, даже ребёнка умудрилась в себя вылепить».
И на пару минут бывшая свекровь пригорюнилась — если ребёнок действительно от Германа, то как ей полюбить мальчика, который вылитый ненавистная Алёна?!
Но тут же сама себя одёрнула — что ж теперь поделать, не отказываться же от единственного кровного внука? Был бы у неё выбор, она бы о щенке Никольской и слышать не захотела, не то что тратить на него время, проверять, тем более признавать! Но теперь не до жиру — если этот мальчик сын Германа, то у семьи наконец появится продолжатель фамилии!
— Ничего, — пробормотала она себе под нос, откладывая фото и берясь за сканы документов. — Я воспитаю его настоящим Мейером и постепенно отважу от плебейки-матери. Через пару лет мальчик от неё отвыкнет, а станет постарше — скажу, что родная мамаша его нам продала.
И она углубилась в изучение отчёта.
Надо сказать, детектив поработал на совесть — в присланной папке лежали: копия свидетельства о рождении, справка из садика с указанием группы, график прививок, группа крови и даже заключение педиатра за последний год.
Отдельным листом шли сведения о матери — её график работы, круг общения, кто и когда за эти дни приходил в квартиру, какие машины стояли у подъезда. Также было указано, что Никольская подала заявление на увольнение и сейчас дорабатывает последние дни. Куда собирается устроиться после этого, детективу выяснить пока не удалось. Зато он сумел установить, что за все пять лет Алёна не была замечена в близких отношениях с мужчинами — единственное исключение: недавнее ДТП, в котором пострадал сын мультимиллионера Вересова.
По слухам, Никольская оказывала ему не только медицинские услуги, видимо, именно из-за этого она и вынуждена была уволиться. Из постоянных контактов у неё значилась только терапевт Полина Григорьевна Зайцева, с которой Алёна все эти годы поддерживает близкие, можно сказать, родственные отношения.
Мейер отложила бумаги и ненадолго задумалась — по срокам всё сходится. Но в свидетельстве о рождении вместо отца стоит прочерк. И отчество у мальчика — Сергеевич, как у матери.
«Сначала тест, потом подумаю, куда двигаться дальше. Вполне возможно, что после этого этапа всё остальное станет неактуальным».
И она взяла телефон, нашла контакт человека, с которым заранее всё было согласовано, и нажала вызов.
— Завтра образцы мальчика должны быть в Москве. Действуйте, как договаривались.
В этот же день вечером в квартире медработника детского садика Елены Романовой раздался звонок. Недоумённо посмотрев на время — почти девять! — она пошла открывать, думая, что это опять кто-то из соседей. Наверняка нужно померить давление или поставить укол, и плевать, что уже поздно, что она устала, что не обязана...
«Надо прекращать эту лавочку», — раздражённо подумала Елена, поймав вопросительный взгляд мужа.
— Опять бесплатная консультация? — буркнул супруг и, потянувшись за пультом, сделал телевизор погромче. — Если не получится отвязаться, веди на кухню, а в зал дверь закрой.
Она так и сделала. Но на площадке стоял не кто-то из соседей, а незнакомый мужчина.
— Вам кого? — удивилась хозяйка.
— Елена Романова? — вопросом на вопрос отреагировал незваный гость.
— Да. Но, простите...
— Где мы можем поговорить? — продолжил мужчина. — У меня есть кое-что, что вас обязательно заинтересует.
И