Рэйчел Гибсон - Влюблен до безумия

– Наши школьные годы прошли в Трули.

– И вы были с ним хорошо знакомы?

Делейни посмотрела в зеркало, потом снова на свои руки, делавшие пробор.

– Не думаю, что кто-нибудь знает Ника по-настоящему. А что?

– Моей подруге Гейл кажется, что она в него влюблена.

– В таком случае я ей сочувствую.

Ланна рассмеялась.

– Вас это не волнует?

– Нет, конечно. – Даже если бы Делейни считала, что Ник способен любить какую бы то ни было женщину, ее это не касалось. – А почему это должно меня волновать?

Она сняла зажим с волос Ланны и прицепила его к поясу своих шорт.

– Гейл мне все рассказала про вас и Ника и про то, что произошло, когда вы здесь жили.

Делейни продолжала расчесывать волосы и стричь. Слова Ланны ее нисколько не удивили.

– И какую же из версий этой истории она вам рассказала?

– Ту, в которой много лет назад вам пришлось уехать из города, чтобы родить ребенка от Ника.

Руки Делейни снова замерли. У нее возникло ощущение, будто ее ударили в живот. Зря она спросила. Мельница сплетен Трули перемалывала несколько версий про нее и Ника, но эту конкретную она раньше не слышала. Мать о ней не упоминала, да оно и понятно. Гвен вообще не любила говорить об истинных причинах отъезда Делейни из Трули. Говоря о том времени, она выражалась примерно так: «Это было, когда ты уехала учиться». Делейни не понимала, почему ее взволновали столь давние сплетни, однако они ее взволновали.

– Вот как? Для меня это новость, – сказала она, наклоняя голову и пропуская между пальцами пряди волос Ланны.

Она не могла поверить, что в городе считали, будто она была беременна. Хотя, если задуматься, почему бы и не поверить. Она спросила себя, знает ли об этих слухах Лайза. И Ник.

– Извините, – сказала Ланна. – Я думала, вы знали. Неловко получилось.

Делейни подняла взгляд. Казалось, Ланна говорила искренне, но Делейни не настолько хорошо ее знала, чтобы быть в этом уверенной.

– Просто я немного опешила, услышав, что у меня был ребенок, хотя я даже никогда не была беременна.

Выпустив прядь волос, она принялась расчесывать следующую.

– Тем более от Ника. Мы друг другу даже не нравимся.

– Гейл вздохнет с облегчением. И Лонна тоже. Они с ней вроде как ведут борьбу за одного и того же мужчину.

– А я думала, они подруги.

– Они и есть подруги. Когда встречаешься с Ником, он сразу дает понять, что брак его не интересует. Лонну это более или менее устраивает, а вот Гейл пытается попасть в дом.

– Попасть в дом? Что вы имеете в виду?

– Лонна говорит, что Ник никогда не приводит женщин домой. Он занимается с ними сексом в мотелях или еще где-нибудь. Гейл думает, что если ей удастся заставить Ника заняться с ней сексом в его доме, то удастся сподвигнуть его и на что-нибудь еще. Например, купить ей кольцо с большим бриллиантом и повести ее к алтарю.

– Должно быть, Ник тратит на мотели уйму денег.

– Наверное, – со смехом согласилась Ланна.

– Вас это не беспокоит?

– Меня? Может быть, и беспокоило бы, если бы я с ним встречалась. Мы с сестрой никогда не связываемся с одним и тем же мужчиной.

Делейни испытала облегчение, хотя, казалось бы, какое ей дело до того, занимается или нет Ник групповым сексом с красивыми двойняшками.

– Ну а вашу сестру это не волнует?

– Вообше-то не очень. Она же не ищет себе мужа. В отличие от Гейл. Та рассчитывает, что заставит Ника изменить своим принципам, но у нее ничего не выйдет. Когда Лона увидела, как вы с Ником танцуете, она предположила, что вы одна из его женщин.

Делейни повернула кресло и занялась последней прядью.

– Интересно, вы пришли, чтобы сделать прическу или чтобы кое-что разузнать для сестры?

– И то и другое, – рассмеялась Ланна. – Но ваши волосы мне с самого начала понравились.

– Спасибо. А вы не думали о том, чтобы подстричься покороче? – Делейни нарочно сменила тему, чтобы не продолжать разговор о Нике. – Очень коротко, как Холли Бэрри в фильме «Флинстоуны»?

– По-моему, мне не пойдет.

– Поверьте мне, вы будете выглядеть потрясающе. У вас большие глаза и идеальная форма головы. А вот у меня голова узковата, поэтому мне нужна объемная прическа.

– Мне нужно будет об этом как следует подумать. Я решусь не скоро.

Делейни отложила ножницы и взяла флакон с муссом. Она намотала концы волос Ланны на большую круглую щетку и высушила их феном. Закончив, она протянула клиентке овальное зеркало.

– Ну, что вы об этом думаете? – спросила она, заранее зная, что новая прическа Ланны смотрится отлично.

– Я думаю, – медленно сказала Ланна, разглядывая свою прическу сзади, – что мне больше не понадобится ездить за сто пятьдесят миль в Буаз, чтобы сделать стрижку.

После ухода Ланны Делейни подмела пол и вымыла раковину. Она думала о старых слухах, будто бы десять лет назад она уехала из города, потому что носила ребенка от Ника. Интересно, какие еще сплетни ходили, когда она уехала и поселилась в общежитии университета штата Айдахо? Делейни решила спросить об этом у матери, когда поедет к ней на обед.

Но ей не удалось расспросить Гвен. Когда она позвонила в дверь, ей открыл Макс Харрисон со стаканом в руке и приветливой улыбкой на лице.

– Гвен в кухне, готовит что-то из ягненка, – сказал он, закрывая за Делейни дверь. – Надеюсь, вы не против, что она меня пригласила?

– Конечно, нет.

Из кухни долетали такие аппетитные запахи, что у Делейни слюнки потекли. Никто не умел готовить ягненка так, как Гвен, и знакомые ароматы пробудили в Делейни теплые воспоминания о торжественных обедах в доме Шоу – например на Пасху или в день ее рождения, когда ей разрешалось выбирать любимые блюда.

– Как дела в салоне? – спросил Макс.

Он помог Делейни снять длинное шерстяное пальто и повесил его на вешалку.

– Нормально.

Делейни отметила про себя, что Гвен проводит с Максом довольно много времени, и невольно задалась вопросом, что происходит между ее матерью и адвокатом Генри. Она просто не могла представить мать любовницей какого бы то ни было мужчины, кроме Генри, – для этого Гвен была слишком чопорной, и рассудила, что между ними не может быть ничего, кроме дружбы.

– Зашли бы как-нибудь ко мне на стрижку, – предложила она.

Тихий смех Макса вызвал у нее улыбку:

– А что – может, и зайду.

Они направились в дом. Когда вошли в кухню, Гвен стояла у стола с пакетом карликовой морковки в руках. Она подняла взгляд и едва заметно нахмурилась. Делейни поняла: что-то не так.

«Похоже, у кого-то неприятности! И уж наверняка не у Макса!»

– Что у нас за праздник?

– Никакого праздника, я просто решила приготовить твои любимые блюда. – Она посмотрела на Макса и пояснила: – Каждый год Делейни просила приготовить на ее день рождения ягненка. Другие дети попросили бы пиццу или бургеры, но только не Делейни.