Девочка-война (СИ) - Коэн Даша

И в машине, пока возвращались в Москву, Илья все не переставал тянуть ко мне свои руки, чем как-то невероятным образом меня...не раздражал, нет, вы не подумайте, просто я не привыкла к такому тесному телесному контакту. Вот и все.

- Я слишком сильно тороплю события? - видя мою зажатость, спросил мой парень. Господи, Боже ты мой, я чуть во всю глотку не заорала «Да!», но вовремя дала себе ментальный подзатыльник.

- Ну, мне бы пообвыкнуть, Илья, - все же выдавила я из себя ответ и Иванов мне тепло улыбнулся.

- Я все понимаю и давить на тебя не стану. Мы будем делать все вместе, ты главное, не молчи, говори, если что-то не так, а я уж, вот увидишь, подстроюсь под тебя и все у нас будет хорошо.

Ну идеальный же, умереть, не встать!

А спустя минут тридцать мы уже прощались друг с другом перед калиткой в мой двор. Илья ласково обнял меня и прижал к своей груди, а я так неуместно вспомнила, как точно так же прижималась в библиотеке к двухметровому амбалу, что пах, как сам грех и тискал так, что сердце отбивало не то румбу, не то ча-ча-ча и чертовые мурашки так оголтело бегали по моему телу. Опять двадцать пять, Агата? Зато сейчас спокойно, уютно и надежно. Вот! Наслаждайся уже в конце-то концов!

- Не забыла, что завтра мы идем хоккей? - спросил Илья, а я аж все напряглась. Черт, какой еще такой хоккей и почему я должна о нем не забыть?

- Э-э-э, - смущенно улыбнулась я и покачала головой.

- Где витаешь, Агата? - рассмеялся мой парень, - Я взял нам два билета на «Спартака», Пашка и Машка тоже идут. Ну так что?

- Еще спрашиваешь? - выдавила я из себя энтузиазм, - Конечно я с вами!

- Супер! Тогда встречаемся завтра после пар?

- Ага, - закивала я чересчур радостно.

- Тогда до встречи, - и его теплые губы ласково коснулись моих, и я вновь затаила дыхание, ожидая появления в своем глупом теле хоть какой-то захудалой реакции на эту близость. И все-таки дождалась. Мурашки! Они появились, вот вам крест, что появились!

- Замерзла совсем? Ну все, беги, давай и до завтра.

- Угу, - кивнула я и пулей кинулась к подъезду.

А дома меня встретила с порога моя мама и, увидев мой взгляд, отчего-то нахмурилась и спросила:

- Что случилось, милая? У тебя все нормально?

- Я начала с парнем встречаться, - как на духу выдохнула я.

- С тем самым? - долбанная мышца, что же она так ноет постоянно-то...

- Нет, мам. Это друг Паши Левина, он учится на физмате в...блин, забыла. Ну, в общем, хороший парень, очень, мы с ним на одной волне и завтра опять идем на хоккей, -скороговоркой выдала я.

- Хорошо, дочь. Главное, чтобы ты была с ним счастлива, а уж остальное и не важно, - тепло улыбнулась мне мама и обняла меня.

Счастлива? Конечно, я счастлива! П-ф-ф, какие тут могут быть сомнения вообще?

А утром я опять заглянула в то отделение своей гардеробной, где ровными рядами и колоннами висело мое новое шмотье. Оправдание этому я нашла очень быстро - хоккей же, как-никак. В итоге сегодня я опять выглядела как столичная фифа: брючный костюм цвета пыльной розы с удлиненным пиджаком, под ним базовая бежевая шелковая блуза и завершал образ стильный поясок золотого цвета и лаковые бежевые ботильоны.

А еще я впервые позволила папе Вене довезти себя до института. Как-то родитель сегодня меня не настойчиво упрашивал, а мягко предложил, и я согласилась. Правда, очень быстро об этом решении пожалела, потому что всю дорогу Вениамин Иванович раздавал мне наставления по поводу моего нового статуса в качестве девушки Иванова Ильи. А под конец вообще выдал мне душещипательную речь и газовый баллончик.

- А это еще зачем? - насупилась я.

- Возьми, пожалуйста, Агата, и твоему старику будет спокойнее.

- Ладно, - вздохнула и все-таки приняла защиту.

А стоило нам только перестроиться и показать поворотник в сторону преподавательской парковки, как перед нами с визгом выскочила ядовито золотая Приора, рыча, как раненый в задницу зверь и отчаянно шаркая асфальт днищем. Ну, началось, Агата, терпи, вот просто терпи и все!

- Господи, это что еще за ужас, летящий на крыльях ночи? - задал вопрос папа Веня.

- Одногруппник мой, - скривилась я, - Громов Демид. Знаешь такого?

- Знаю, конечно, - неопределенно кивнул родитель и оставил тему без продолжения. Ну и славно! Не больно-то и интересно.

Распрощавшись с отцом, я двинула к нужной аудитории, а найдя искомую, перед дверью глубоко вздохнула и перешагнула порог. Только напрасно, не помогло. На верхотуре уже восседала элита группы во главе с расписным мажором, который впервые со среды тут же в упор посмотрел прямо на меня, а потом обнял, сидящую у него на коленях Пелех и, не отводя от меня своих стальных глаз слегка оттянул голову девушки за, намотанный на руку, хвост и прихватил зубами ее нижнюю губу. И тут же БУМ! Как с ноги в солнечное сплетение, да так, что и не продохнуть! Почему?

Ну, да потому, что фу! Мерзость-то какая!

До чего же они меня бесят! Оба! Вот прям до красных всполохов перед глазами! И не столько даже из-за факта, что они там трутся, как селедки в банке друг об друга, а от последовавшего после взгляда этой королевишны в мою сторону, мол «вот, плачь и смотри».

Да три ха-ха! Подавись ты своим Громовым, царица египетская! Мне он и даром не сдался. У меня теперь Илья так-то есть! Вот!

Закатила глаза, скривилась и потопала к своему излюбленному месту. Фиолетово!!!

POV Агата

С этого дня на пары я ходила как на каторгу, потому что каждый божий день мне приходилось лицезреть Погремушку, зажимающую, то тут, то там местную королеву красоты. И каждый раз, замечая мой брезгливый взгляд, Громов только цинично ухмылялся и еще настойчивее распускал свои руки в отношении Пелех. А та и рада! Только что не повизгивала от восторга, а так все бегала за ним как собачонка на привязи, с придурковатой улыбкой на лице. Люди, если жизнь когда-нибудь накажет меня настолько, что я разум потеряю и буду за парнем вот точно также день и ночь семенить, то, пожалуйста, от души дайте мне леща! Без шуток!

За всем этим цирком «Шапито», я даже не могла получить особого наслаждения от встреч с Ильей. А ведь он старался! Мы каждые выходные с ним куда-то выбирались, или вместе, или в компании с ребятами, да и посреди недели частенько пересекались, чтобы сходить на очередную премьеру в кино или поиграть в боулинге. И да, мы действительно, здорово проводили время, но я почти не чувствовала вкуса этой новой для меня жизни, потому что после учебы и лицезрения «милых голубков» я от чего-то была постоянно эмоционально выжата как лимон, что и не передать словами. Они словно два энергетических вампира высасывали меня до донышка.

Хотя нет, вампир там был только один, что перманентно присасывался, словно пиявка, к Пелех, сверкая в мою сторону насмешливым взглядом стальных глаз.

Да Боже ты мой, мне даже кошмары начали сниться на эту тему. Да-да! Будто бы бегу я, бегу, а на каждом шагу только и делаю, что встречаю копии этой сладкой парочки, что бесконечно облизывают друг друга и смеются надо мной. После таких убийственных сновидений я стабильно просыпалась разбитой и даже несчастной. Ну, а как? Уже и месяц почти прошел, как эпопея с этим дебильным спором завершилась, а я все никак не могу избавиться от этого совершенно назойливого присутствия в моей жизни мыслей об разрисованной мажористой Погремушке, чтоб ему пусто было!

- Сегодня последний день Громов на своей ласточке рассекает. Все, завтра опять на Мерсе на учебу приедет, - кивнул в сторону парковки Пашка, а я даже головы в ту сторону не повернула, боясь увидеть его в извечной компании своей расфуфыренной подружки.

- Жаль, - потянула Полина, - я как-то к этой красотке даже душой прикипела. С утра увидишь этот пыхтящий золотой драндулет и сразу настроение в гору идет.

- Так перекупи, - ржет Анька, - ты как раз на права сдала, вот и будет тебе первый автомобиль. Зато разбить не жалко, а даже полезно, - и вся наша дружная компания рассмеялась вслед за ней, кроме меня. Мне было не до веселья. Надоел уже этот Громов со своей тарантайкой, сил нет.