Х. М. Уорд - Израненные - 2 (ЛП)

Эйвери наклоняется и отталкивает его руку.

– Мы придем. Дай нам секунду, – Шон выглядит раздраженным, но все-таки уходит. Его походка идеальна. Он ведет себя совсем иначе, нежели Питер, но их объединяет этот уверенный шаг. Эйвери вытягивает меня из моих мыслей. – Ты в порядке?

– Да, я в порядке,– но это не так. Я слишком нервная, и она это замечает.

Эйвери награждает меня понимающим взглядом.

– Если тебе захочется с кем-то поговорить, то я прошла через ад. Мне известно многое дерьмо, даже если большую часть времени я похожа на идиотку.

Я ценю этот жест и улыбаюсь ей. Взгляд, которым она меня награждает, говорит, что она в некотором роде понимает, что произошло. Я вижу это по ее глазам.

Я киваю и заправляю волосы за ухо, разрывая контакт.

– На самом деле, у меня к тебе один или два вопроса,– я говорю ей что думаю, и она отвечает без всякого осуждения.

– Питер говорил мне, что ты была его ученицей, – Шон награждает меня колким взглядом, как бы говоря, что я лишена морали.

– Да, Питер был и моим боссом, – я ковыряюсь в еде.

Питер заказал мне еду, пока мы были в баре. Еда отличная, но, похоже, что меня осуждают, а я ненавижу это. Особенно он. Шон бесит меня. У него есть это превосходство, а я не терплю, когда люди думают, что они лучше, чем кто-то еще. Возможно, я не должна говорить, но все-таки делаю это. Я кладу вилку и поднимаю на него взгляд.

– Послушай, если ты хочешь швырять камни, то не должен портить свое свидание из-за этого.

– О, черт, – Эйвери усмехается и опускает взгляд на свой салат.

Он смотрит мне в глаза, и я не отвожу взгляд. Он точная копия Питера, но с более резкими чертами.

– Ты думаешь, что я сужу тебя?

– Да.

– Нет, – говорит он, все еще глядя на меня, словно вовсе не имеет манер.

– Тогда зачем начал эту тему?

Питер наблюдает за нами, но не вмешивается. Он откидывается на спинку стула и сводит пальцы рук вместе, слегка сжимая их и глядя на своего брата.

– Потому что я подумал, что это интересно, – Шон устремляет взгляд на брата. – Она всегда такая враждебная?

– Только когда ее раздражают, – Питер улыбается и возвращается к ужину. После того как он откусывает кусок, в его глазах разгорается веселье.

– Это был глупый вопрос, – говорю я, все еще глядя на него. Возможно, я должна забить на это.

Шон выпрямляется на своем стуле.

– Отлично. Тогда поменяемся ролями, спроси меня о чем-то циничном.

– Циничном?

– Это означает нескромный…

– Я знаю, что это значит. Хорошо, у меня есть вопрос. Почему ты продолжаешь вызывать Эйвери? Почему просто не позовешь на свидание, как нормальный человек?

Шон отвечает довольно гордо, когда говорит:

– Потому что я не нормальный человек.

Мое лицо выражает то, что я думаю, а именно: что его ответ дерьмовый.

Эйвери наклоняется вперед, ставя локоть на стол, когда смотрит на него.

– Шон, ты сам попросил спросить тебя. Скажи, чего хочешь от нее,– они самая странная пара, какую я видела. Она такая светлая, а он окутан тьмой. Мне интересно: для обоих ли это значит нечто большее. Должно же быть хоть что-то общее между ними.

Шон откидывается на стуле и смотрит на меня.

– Ты мне не нравишься.

– Мне все равно, – черт, это было глупо. Кто, черт возьми, говорит такие вещи? Питер начинает волноваться, но я слегка качаю головой. Не нужно, чтобы он меня спасал, не от этого парня.

Шон издает недовольный звук. – Я попросил ее быть моей любовницей.

– Как лестно, – я смотрю на Эйвери и могу сказать на уровне подсознания – это совсем не лестно.

– А разве нет? – голос Шона звучит искренне, но он не может быть таким.

Я смотрю на Эйвери.

– Он не шутит?

Эйвери кивает.

– На сто процентов,– ее голос слегка надламывается, словно ее беспокоит, что он не просит о большем. Я замечаю это, и задаюсь вопросом: знает ли Шон? Он не видит этого, специально ведет себя как придурок.

– Ну что ж, удачи с этим, Шон, – я не хотела, но все-таки сгримасничала, когда посмотрела на Питера.

Шон не отступает.

– Ты думаешь, что это неуместно? Серьезно, после того как ты переспала с профессором и своим начальником, ты правда думаешь, что можешь судить меня?

– Шон, – предупреждает Эйвери и смотрит на Питера.

– Достаточно, – ворчит Питер. Это заставляет Шона замолчать, но я продолжаю сверлить взглядом дыру во лбу Шона. Он в ответ смотрит на меня.

– Ты думаешь, что все из-за денег его семьи? Думаешь, что я недостаточно хороша для него, что я из низких слоев, охотящихся за деньгами? Так? – я сжимаю челюсть. Я вижу это по его глазам, еще до того как он собирается ответить, поэтому прерываю его. – Мне не нужны его чертовы деньги. Я могу заработать собственные. У меня они всегда были и всегда будут. А ты умрешь одиноким и несчастным. Через пять секунд после нашего знакомства я поняла, что Эйвери заслуживает большего, чем ты мог бы ей дать. Ты гонишься за сном. Проснись,– я выплевываю последние слова ему в лицо, хлопая ладонями по столу, от чего трясутся на столе приборы.

Я смотрю на Питера.

– Прости, Питер. Не знаю, зачем мы вообще пришли сюда сегодня.

Питер выдыхает и смотрит на Шона. В его глазах предупреждение. Сначала я думаю, что Питер таким образом говорит Шону отвалить, но это не так.

Шон закатывает глаза, словно эта драма вызывает у него изжогу. Он стучит по столу рукояткой ножа, прежде чем поднять его и использовать как указку, наведя на брата.

– Потому что Питер хочет, чтобы я поехал с вами.

– Питер хочет, чтобы ты сделал что? – клянусь Богом, наверное, индейка съела мои мозги, пока я спала прошлой ночью, потому что не мог Шон сказать такое. Питер не говорил мне, чего хочет и почему ему нужен Шон, но мне не нравится это, потому что Шон ненавидит меня без всякой видимой на то причины. Тяжело столкнуться с тем, с чем мне придется. Я не хочу, чтобы Шон давил на меня.

Питер наклоняется вперед и берет меня за руку.

– Это всего на день или два. Тебе даже не придется с ним разговаривать,– Шон не двигается, но то, как он наблюдает за нами, говорит о многом. Он думает, что я плохой вариант для его младшего брата. Взгляд Шона возвращается к его тарелке. Его губы раскрываются, когда он разрезает свой стейк. Питер резко поворачивается и прерывает Шона, прежде чем тот заговорит. – Заткнись и ешь свой ужин.

Эйвери медленно ест, ковыряя свою еду. Она не знала об их плане, судя по выражению ее лица.