Пепельный лёд: тени прошлого - Паулина Александровская

— Нет, никакого давления не было. Они всегда поддерживали меня в любом моем выборе. Мне кажется, мама втайне надеялась, что я пойду по ее стопам, но папа всегда говорил, что главное — чтобы я занималась тем, что мне нравится. И в итоге они оба были рады моему решению.

Да ты у нас гордость мамочки и папочки. Идеальная дочь. Можно гордиться… Так выгораживать их… М-мм…

Нет, ну я не могу больше это слушать. Меня сейчас разорвёт от смеха вы че все там.

Я оторвалась от Степки и развернулась к окну. Надо срочно отвлечься.

— Спасибо Большое. — снова сказала Карина.

— Не за что.

Дальше на удивление мы летели молча. А потом меня начало вырубать...

ВЕРОНИКА

Открыв глаза, я повернулась к иллюминатору, где был вечерний город. Ну вот, уже почти прилетели. На меня навалилась такая усталость, что даже не хотелось выходить. Вот бы вечно так сидеть и смотреть, как внизу простирается сверкающая панорама города, разделенная на светящиеся районы и мерцающие огнями улицы. Дороги выглядели как яркие нити, связывающие различные части города. Вдали виднелся размытый горизонт, сливающийся с темным небом.

— Дамы и господа, говорит командир корабля. Мы начинаем снижение и готовимся к посадке в аэропорту Шереметьево. Пожалуйста, верните спинки кресел в вертикальное положение и уберите столики. Пристегните ремни безопасности. Благодарим за внимание.

Слева Степка зашевелился, видимо убирая книгу, потом щелкнул ремнем безопасности.

— Ника ты спишь? — шепнул он мне.

Я оторвалась от окна и покачала головой.

Он забрал у меня плед, и отдал стюардессе, которая в это время проверяла пристегнулись ли пассажиры. Я натянула куртку, которая болталась на талии и застегнулась. Степка наклонился ко мне и пристегнул.

Через несколько минут объявили посадку.

— Дамы и господа, мы благополучно прибыли в аэропорт Шереметьево. Благодарим вас за то, что выбрали нашу авиакомпанию. Пожалуйста, дождитесь команды бортпроводников на открытие дверей и начало высадки. Не забудьте проверить наличие своих вещей на багажных полках и под сиденьями. Добро пожаловать в Москву.

— Ну что, выходим?

Я снова кивнула.

Мы вышли из аэропорта. В Москве уже было темно, в воздухе кружился мокрый снег, падал на тротуар и таял.

Ангелина поправила сумку на плече и повернулась к нам:

— Степа, ты же на машине? Может подкинешь?

Степан задумался, что — то промычал, не смотря на Ангелину и забрал у меня сумку с плеч.

Понятно, ты не хочешь их подвозить. Или тебе не удобно отказывать.

Ладно, не будем ставить людей в неловкое положение. Степке видно, что не удобно ответить нет, а Ангелиночке нашей самой добираться. Но, с вами я точно не поеду. Так что, вариант один. Поеду одна. Тем более нужно отдохнуть уже от всех.

Я достала телефон из кармана куртки и открыла приложение для вызова такси. Степка нахмурился, заметив это:

— Сама доберёшься?

Я кивнула.

Он вздохнул и тихо спросил:

— Давай всё-таки вместе поедем?

Я отрицательно покачала головой, а он повернулся на Ангелину, она стояла в развалочку, руки в карманах черной куртки. Она сверила меня взглядом, потом посмотрела на Степку:

— Ну зачем же заставлять человека? Не хочет и не надо.

Мы и сами доберемся... Без обидчивых и молчаливых...

Настя до этого стоящая рядом молча с Ангелиной противно рассмеялась, взглянув на меня:

— Провалившаяся фаворитка, задетая до глубины души.

Ангелина поддакнула смехом

— Бывшая надежда нации, ноющая о несправедливости.

Настя продолжала:

— Неудачливая звезда, погрязшая в обидах и самокопании.

Да как вы смеете? Что вы позволяете себе?!

Я нервно сглотнула.

Степка молча перевел взгляд с меня на них.

А Настя продолжила смеется.

— Забытый талант, винящий всех вокруг в своих провалах.

— Разочарованная звезда, ищущая утешение в прошлых победах и обиде на настоящее.

Меня парализовало, сердце забилось сильнее, стало тяжело дышать. А Ангелина не сводив взгляда с меня продолжила:

— Несостоявшаяся победительница, полная горечи.

Тут вмешался Степан, стоявший молча до этого:

— Ну как бы...

Ангелина нагло перебила:

— Ну так что? Может подкиньте?

Я глубоко вдохнула. Ника тише, тише. Дыши. Им просто надо вывести тебя из себя. Нельзя поддаваться им. Нельзя. Они не увидят твоих слёз. Никогда. Но в горле уже стало больно от поступающих слез. Нет, нет. Тише. Тише. Тише. Ника блин, возьми себя в руки. Спокойно. Все хорошо.

Я взглянула на Ангелину и произнесла, хоть мой голос дрожал:

— Знаешь Ангелина, ты права, ничто не вечно. Даже твоя ненависть однажды угаснет. Но когда это произойдет, я надеюсь, ты не будешь оглядываться назад с сожалением, понимая, что цена твоей ярости была слишком высока. Подумай, прежде чем действовать, потому что последствия останутся с тобой навсегда. И цена ненависти может оказаться слишком высокой.

Настя с Ангелиной переглянулись, и Настя усмехнулась:

— Титул 'Чемпион мира по ерунде говорению' — это про тебя?

Ангелина посмотрела на Настю:

— Что-то слишком много о себе понимает, эта «чемпионка».

Степка сжал кулаки и рявкнул:

— Успокойтесь!

Но Ангелину понесло дальше.

— "Чемпионище! Мир еще не видел такой скромной личности.

— Ангелина! — продолжал Степан Угомонись немедленно!

Воронова пожала плечами как ни в чем не бывало:

— Меня просто Романова бесит.

— Боюсь разочаровать. Это не взаимно. — хмыкнула я.

Настя посмотрела на меня с головы до ног и встретилась со мной взглядом:

— Вы посмотрите... Недоделанная чемпионка стоит из себя умную.

Я сглотнула ком в горле, и хрипло произнесла:

— А тебе Насть не напомнить про твои достижения, например твою олимпиаду? А что пусть все знают.

— Романова…

И тут я не выдержала:

— Что Романова? — закричала я-Что Романова?! Я уже как двадцать три года Романова!

— Романова. — как специально повторила Настя- Следующая олимпиада будет за мной, а вот ты...Сомневаюсь, что ты даже до подъезда добежишь, не то, что до олимпиады

— Девчонки! — выдохнул Степан.

— Молчать! — рявкнула я, меня уже всю трясло.

Ангелина продолжала веселиться.

Да как ты это делаешь?!

— Остановите Землю, я сойду! Кто-то посмел перебить её, когда она говорила о… себе

— Не ори припадочная — поддакнула Настя.

— А ты мне не указывай что делать!

— Внимание! Объявлен красный уровень опасности! Чемпионка в ярости! Так, все прячемся! Сейчас будет буря- продолжала хохотать Ангелина.

Степан повысил голос:

— Прекратите немедленно! Обе! Что вы себе позволяете?! Успокойтесь!

Тут мой взгляд упал на маленького черного щенка дворняги. Он сидел под фонарным столбом, весь в снегу, и трясся. Мимо проходили