Беспощадный король - Айви Торн

Однако в этот момент я замечаю, что они смотрят на меня с искренностью. Возможно, они не заслуживают моего прощения. Возможно, мне не стоит принимать их слова. Возможно, мне следует накричать на них, рассказать, как их пренебрежение привело ко всем тем ужасным вещам, которые произошли со мной, и отказаться когда-либо снова иметь с ними дело.

Но я чувствую... благодарность? Я рада, что они хотя бы немного осознают свою ошибку. И ещё кое-что — растущее тепло в моей груди, которое, как я понимаю, опасно. Я знаю, что не должна испытывать к ним сочувствие.

Я делаю шаг вперёд и беру телефон. Он матовый чёрный, и мне интересно, они просто решили, что это мой любимый цвет, когда выбирали его, или отправили кого-то выбрать его за них, или это было то, что они случайно взяли.

Кейд прочищает горло.

— Мы спросили Мию, какой цвет тебе нравится, — говорит он почти застенчиво. — Мы спросили её и о кошельке тоже.

Я в изумлении смотрю на него. Мысль о том, что они могли бы подойти к Мии и спросить о моих личных предпочтениях, кажется совершенно несвойственной тем парням, которых я знаю. Честно говоря, это сложно представить. Я бы почти не поверила им...

Но, несмотря на все испытания, которым они меня подвергали, они не лгали мне. Если уж на то пошло, то только Джексон может быть обвинён во лжи, но он упорно игнорирует всё это, сосредоточившись на еде, к которой, кажется, даже не притронулся. Кроме того, мне нравится думать, что я неплохо разбираюсь в людях. И я не верю, что они лгут.

— В бумажнике есть кредитная карточка, — спокойно говорит Дин. — У неё нет лимита, но обращайся с ней разумно, если не хочешь, чтобы тебя наказали.

Я могла бы поклясться, что его глаза зловеще блеснули при этих словах.

— Мы, конечно, оплатим и связь, — продолжает он. — Все расходы по-прежнему будут лежать на нас. Но если ты хочешь иметь возможность пройтись по магазинам, написать подруге или просто выпить кофе, то теперь это возможно. — Он прочищает горло. — Мы также отменяем запрет на выход за пределы кампуса. Если ты хочешь поехать в город с Мией, то можешь это сделать. Но только не в одиночку, ты поняла? — Он прищуривается, глядя на меня. — Если мы узнаем, что ты отправилась в город одна после того, что произошло, наказание, которое ты получишь, будет не из приятных. Я понятно выразился?

Я киваю, и Дин ухмыляется.

— Ты не так нам отвечаешь, милая. Тебе лучше знать.

Я облизываю губы, пристально глядя на него в ответ.

— Да, сэр, — отвечаю я и краем глаза замечаю, как Джексон закатывает глаза.

В какой-то момент мне придётся заняться его проблемами, если я хочу, чтобы мой план сработал. Но сейчас у меня нет сил. Я всё ещё нахожусь под впечатлением от открывшейся передо мной свободы, которую я не ожидала. Удивительно, как то, что раньше казалось мне само собой разумеющимся, теперь может восприниматься как привилегия.

Это даёт мне слабую надежду на то, что они будут открыты для другой свободы, которую я желаю, учитывая произошедшие события.

Я кладу свой новый телефон в карман, сажусь за стол и набираю себе порцию еды. Я очень голодна, мой аппетит удвоился с тех пор, как я снова начала заниматься спортом. Если раньше Кейд или Дин могли бы что-то сказать о том, сколько я ем, то теперь ни один из них не произносит ни слова.

— Я хотела бы вас кое о чём попросить, — нерешительно говорю я, ковыряя рис в своей тарелке. — Я знаю, что вы стараетесь, чтобы я чувствовала себя в безопасности, и я очень ценю это. Но что действительно помогло мне почувствовать себя лучше, так это то, чтобы я вернулась в спортзал и стала сильнее. И я думаю, что смогу использовать это, чтобы ещё больше помочь себе… и нам.

Дин прищуривает глаза.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу драться, — нервно облизываю губы. — Как Джексон.

Джексон вскидывает голову, впервые за несколько недель обращая на меня внимание.

— Откуда ты об этом знаешь?

Угроза в его голосе заставляет меня отпрянуть, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Я хотела привлечь его внимание, но теперь, когда он сосредоточен на мне, я уже не так уверена в себе.

— Моя семья была частью «Сынов дьявола», — напоминаю я ему как можно спокойнее. — Я знаю всё о подпольных боях. И поскольку я не раз видела, как ты возвращался домой поздно вечером в пятницу весь в синяках и крови, мне было нетрудно догадаться, что ты был одним из бойцов.

Дин искоса смотрит на него, его лицо напрягается. Но Кейд даже не вздрагивает, что наводит меня на мысль, что у него тоже была какая-то идея на этот счёт.

— Ты не можешь просить о том, о чем я думаю, ты просишь, — говорит Дин, сердито глядя на меня. — Я знаю, что мы были снисходительны к тебе после похищения, Афина, но, возможно, мы позволили тебе слишком много, если...

— Давайте выслушаем её, — прерывает Кейд, не сводя с меня пристального взгляда. — Почему ты считаешь это хорошей идеей, Афина?

Странно слышать своё имя из его уст, как будто он разговаривает со мной на равных, как в обычной беседе. Я действительно его ровня, но никогда раньше не чувствовала, что он так обо мне думает. Это придаёт мне уверенности, чтобы продолжать.

— Никто с вами не будет разговаривать, даже с Джексоном, — решительно заявляю я. — Никто из вас не сможет убедить кого-либо открыться и вступить с вами в разговор. В конечном счёте, вы всегда будете наследниками, и любой, кто станет обсуждать с вами то, чего вам знать не следует, столкнётся с последствиями. Однако не все из них вспомнят меня. Они будут поглощены зрелищем драки девушек. Вы сможете многое увидеть и услышать, что там происходит. Если кто-то из вас будет сопровождать меня, вы также сможете следить за мной, чтобы никто не схватил меня и не нанёс мне травм, превышающих допустимые на ринге. Это будет полезно и для вас, и для меня. Это даже окажет терапевтический эффект. — Я с надеждой смотрю на них, желая, чтобы они выслушали меня. — Разве вы тоже не хотите узнать, что произошло? Здесь скрывается нечто большее, чем