Развод. Спасибо, ты сделал меня стервой - Александра Багирова
— Илон… ну так получилось. Чего ты… — Софа краснеет, отворачивается. — Да, я лажанула! Вы это хотите услышать! Так помогите мне сейчас, потом будете лекции читать. Я не могу потерять свой ресторан! Он мне дорог! Я в него душу вложила! Он… он… я не могу его потерять…
И все… на глаза Платону падает красная тряпка. Бешенство накрывает мгновенно.
Он бьет кулаком по столу, вскакивает и орет на весь зал:
— Ты за вшивый ресторан переживаешь, идиотка! Так чем ты думала, как методично его гробила? У меня своих проблем выше крыши. А я разгребаю то, что ты натворила по своей тупости! Душу, говоришь, вложила? Интересно, какая у тебя тогда душа, раз мы все видим последствия твоих душевных вложений?
— Но я… Платон, как ты можешь мне такое говорить…
— Я думаю, Платон сейчас не в духе. Он взвинчен. Только вчера с женой расстался, — Илона не показывает удивления его речью, голос спокойных, с хрипотцой, которая пробуждает мужские желания. — Надо всем успокоиться. Снизить градус напряжения. А я попробую Арсению позвонить. Пусть уладит.
— Как твой Арсений это сделает? У него такие бабки водятся? — хмыкает.
— Он постарается, — отвечает самоуверенно. — А если нет, я к мужу обращусь он поможет.
— Илон, — Софа подает тихий голос, — А может ну его, не надо. Ни к кому не обращайся… Еще их впутывать. Как-то да будет.
Откуда у нее такой испуг в глазах? И почему?
Платон хмурится и пристальней наблюдает за реакцией Софы. Она кусает губы, ерзает, вся как-то скукожилась.
— Мы должны что-то делать. Раз Платон, — взгляд на него из-под полуопущенных век, — Отказывается помогать. А мы покажем, что и мы девочки что-то да можем.
— Вот и разбирайтесь. А у меня дела, — Платон взмахивает рукой, и стремительно идет к выходу.
Уже на улице вдыхает свежий воздух. Утомили они его. Фигней занимается вместо того, чтобы важные вопросы решать.
Набирает номер младшего сына.
— Андрюх привет, мы можем пересечься сейчас. Мне срочно надо с тобой переговорить. Ситуация вышла из-под контроля. Ты должен все знать и повлиять на мать.
— Не вопрос, скажи адрес, я подъеду, — дружелюбный тон сына дарит Платону надежду.
Глава 28
Договаривается встретиться с Андреем в кафе. Едва не ляпнул: «Заезжай ко мне в офис». И тут же грудина сжалась.
Нет больше офиса у него. Его детище, его фирмочка, которую он с нуля создавал.
Платон помнит, как горбатился на рынке в любую погоду. Не на теперешних новомодных, а в обычной металлической будке в отделе стройматериалов, с вечно заливающими горло мужланами по соседству. Зимой металл в будке холодил еще сильнее, а летом наоборот была парилка. Но Платон четко знал свои цели и шел к ним.
А что делала в это время Вика? Сидела дома в тепле и возилась с детьми. Да, с кое-какими бумажками ему помогала. Но это мог делать и человек за деньги. Никакого существенного вклада в фирму она не сделала. Всю жизнь на его шее провисела, шиковала за его счет и ни в чем себе не отказывала. Ее мелкая фирмочка не в счет. Что там она зарабатывает? Курам на смех.
Просто чтобы штаны дома не просиживать и создавать видимость занятости.
А сейчас она каким-то образом убедила Федю и оттяпала заработанное его трудом, потом и кровью!
Немыслимо!
В сердцах Платон набирает номер брата.
— Как ты мог, скотина неблагодарная! — выпаливает вместо приветствия.
— И тебе добрый день, брат, — в голосе слышится превосходство.
Никогда ранее он не слышал у брата такого голоса. Всегда Федя заискивал, делал комплименты и ждал, когда Платон кинет ему пару копеек. Он ждал от него подачек, как голодная собака. И если у Платона было хорошее настроение, он не скупился. И с фирмой он ему отстегнул слишком жирно.
Брат все же, хоть и недалекий.
Федю он недолюбливал с детства. Нет, как бы понимал, что это его брат. Но он всегда жутко тупил, получал в школе от каждого проходящего сопляка, создавал проблемы, а родители сломя голову мчались их решать. А Платон как бы был сам по себе. Старший брат, он же умнее.
И вроде бы родители их обоих любили, нахваливали Платона. Но проблемы Феди отнимали у них время, которое они могли посвятить Платону. Вместо того, чтобы радоваться его победе на олимпиаде, они мчались в больничку, штопать очередные последствия тумаков у младшего.
Вот всегда Федя был ходячим несчастьем, бедным родственником.
Все недовольство Платона вылилось в то, что он уговорил брата взять на себя кредит у бандюков. Естественно, он не собирался допускать этого идиота в свой бизнес. Хотел проучить. Ну и машинку он приглядел для себя классную. По тем временам просто шикарную. А из бюджета или бизнеса деньги было не вывести.
И тут очередное нытье Феди подоспело, мол ему так сложно, бабок нет. Он не знает, где и как их заработать. План сложился четко. Федя поймет, что ничего просто так не дается. Поумнеет. А Платон получит тачку мечты. С детства у него страсть к хорошим автомобилям. А сейчас его ласточка… стискивает зубы. Ничего, он все вернет. И накажет предателей.
Это Федя еще не понял, против кого попер.
Хотя вроде как бы и понял. По крайней мере, за эти годы Платон видел, с каким восхищением смотрит на него брат. Как пытается подражать, но естественно с его мозгами ничего у него не получается. Но брат был у него в руках, так он всегда считал. И не посмеет даже пискнуть в его сторону. Потому что четко понял, кто есть кто. И с Платоном лучше дружить.
Именно поэтому он выбрал Федора, чтобы спрятать фирму.
— Ты что учудил, недоумок?!
— Справедливость, Платончик. Или ты реально думал, что все тебе должны и будут под твою дудку играть? Нет, братец, ты высоко взлетел, и сейчас я смотрю, как ты падаешь в лужу. Это было эпичное падение, — сколько же яда в его словах.
— Ты понимаешь, что я от тебя мокрого места не оставлю. Я раздавлю тебя, я…
— Якалку прикрой. Довольно, — резко его обрывает, с несвойственной ему дерзостью. — Что ты мне сделаешь? У тебя ничего нет. А вот я теперь могу многое. Думаешь, получил сполна, Платош, — хмыкает. — Нет, брательник, я не успокоюсь, пока ты не окажешься на моем месте. Теперь я могу добавить, и непременно это сделаю.
— Так ты что мстишь за тот давний случай? — Платон дергает рукой, так что разливает на себя кофе.