Мелодия сердцебиения. Часть 2 - Лаура Зоммер

— Зачем? У меня был секс много раз! С самыми разными мальчиками! Генри был бы просто одним из многих. И это не стоило бы того, чтобы об этом говорить! — Я захлопнула дверь перед её носом. О... Мой... Бог! Что я наделала? Я замерла и не двигалась. Наверняка мама сейчас закроет меня в моей комнате на веки вечные.

Как Рапунцель или Спящую красавицу...

Но ничего не произошло. Ни звука. Ни слова. Ничего, абсолютно ничего. Я едва осмеливалась пошевелиться или вздохнуть, потому что не знала, что произойдёт дальше. Неужели я действительно только что сказала это? Своей маме? Что бы я ни сказала в будущем, мама наверняка поверит только в эту версию. И мой ключ всё ещё у неё. Я снова открыла дверь и увидела, как она идёт по коридору.

— Мама! Ключ! — крикнула я. Но она мне не ответила. Однако когда я снова пошла закрывать дверь, то увидела, что он лежит на полу перед моей дверью. Отлично. Теперь у меня снова был ключ от комнаты, но мама всё равно думала обо мне самое плохое.

Я громко вздохнула, захлопнула за собой дверь, заперла её на ключ и рухнула на кровать.

Какой хаос! Может, лучше было просто запереться в комнате навсегда? Я лежала на боку и поглаживала подушку, пока не поняла, что не проверила свои сообщения. Я подумала о том, не злится ли Себастьян на меня до сих пор. Хотя я больше ничего от него не хотела, мне было важно, чтобы разногласия между нами были улажены. Я попыталась нащупать свой смартфон, но ничего не нашла. Где же он? Вчера вечером я брала его с собой на родник, а потом...

В панике мои глаза стали больше. Мой телефон был у Генри! Я положила его на стол, прежде чем лечь на кровать. Вероятно, он всё ещё там! Но ведь он был выключен, не так ли? Я не хотела, чтобы Генри читал мои сообщения. С другой стороны, он был настолько любопытен, что я могла даже поверить, что Генри мог бы сделать это. Чёрт!

Я вскочила и достала из шкафа пару длинных узких джинсов и жёлтую футболку, новое нижнее белье и такую же жёлтую, как моя футболка, резинку для волос, а затем побежала в ванную. Быстро приняв душ, я переоделась, планируя снова убежать к Генри. Если повезёт, он даже не заметит. С другой стороны... Я и везение? В данный момент это совсем не про меня.

Я только высушила волосы феном и собрала их в пучок, после чего поспешила выйти из дома. Но тут заметила, что мама сидит за кухонным островком и плачет, попивая вино.

— Мама? — спросила я, раздражаясь, и тут же остановилась. Она никак не отреагировала, не посмотрела на меня и не ответила на мой вопрос. Я видела только то, как она вытирает слёзы и смотрит в сторону. Рядом с ней лежал телефон.

— Только не говори мне, что ты плачешь только потому, что я сказала тебе, что у меня уже был секс? — Такая реакция была явно преувеличена, и это даже не было правдой.

Мама продолжала вытирать слёзы со щёк, потом взяла телефон в обе руки, глубоко вздохнула и сказала:

— Я только что разговаривала с доктором Руни по телефону и записалась на приём на следующий понедельник. — Она уставилась на телефон и даже не взглянула на меня.

— Ты больна? — С мамой было что-то не так? Рак? Опухоль? Что-то с сердцем? Паника охватила всё моё тело. Только сейчас, произнеся это, я осознала, как быстро могу потерять маму, поэтому тут же пожалела о том, как вела себя с ней последние несколько недель.

— Нет. Доктор Руни — это детский и подростковый психолог. Ты пойдёшь к ней... — И я снова больше не жалела о сказанном ранее. Хотя меня немного успокаивало то, что мама всё-таки была в добром здравии, но психолог? Для меня?

— Не говори мне, что это из-за того, что я сказала, что у меня уже был секс в шестнадцать лет? Это была шутка! Я просто не хочу говорить с тобой о чём-то подобном. Для этого у меня есть подружки! — Это действительно не могло быть правдой. Это запоздалая первоапрельская шутка?

— Дело не в этом. Ты сильно изменилась, я тебя совсем не узнаю! Я не позволю тебе пойти по наклонной! Ты постоянно в депрессии, стервозная, ты больше не разговариваешь ни со мной, ни с отцом. По ночам гуляешь с мальчиками, будь то Генри или кто-то другой. Ты похудела, не ешь и запираешься в комнате. Я столько раз пыталась поговорить с тобой за последние несколько недель, но ты закрыта. Я переживаю за тебя, Юли. Я боюсь, что ты можешь навредить себе! — Она закрыла рот рукой и продолжила плакать.

— Мама? — Я не могла поверить, как сильно вся эта ситуация повлияла на неё. Я никогда не видела, чтобы она так горько плакала. Я и сама была в слезах и не знала, как реагировать. Убежать? Или поговорить с ней? На самом деле я всё ещё злилась на неё. Хотя уже не так сильно. — Просто у меня сейчас некоторые проблемы... Сандра и Софи были здесь, и мы снова помирились. Это нормально, что друзья иногда ссорятся. Я просто неважно себя чувствовала, поэтому стала меньше есть. Но сейчас я иду к Генри, и мы будем готовить вместе. Ну, мы собирались сделать пиццу и мороженое... А насчёт парней... Я сказала это только потому, что злилась на тебя. А ключ... Я просто хочу уединиться. Я взрослею и не хочу, чтобы ты постоянно приходила в мою комнату без спроса. Так что не нужно плакать, волноваться или даже отправлять меня к психологу. — Моё сердце бешено билось в груди. Весь мой прекрасный мир рушился. Я разрушала не только свою собственную жизнь, но и жизнь своей мамы.

— Ты так себя ведёшь потому, что мы с папой собирались разводиться? Мы ходим на терапию, всё вроде налаживается... Так что не волнуйся, ладно? Мы с твоим отцом должны быть рядом с тобой, Юли... Мы любим тебя. Нам следовало начать разговаривать друг с другом гораздо раньше, тогда бы не дошло до того, что ты так плохо себя ведёшь... — Она долила вина и выпила бокал одним махом.

— Это не имеет никакого отношения к тебе и папе! Я просто поссорилась с Сандрой и Софи! — Конечно, я тоже